Глава 239. Заброшенное поместье
— Хорошо. — С этими словами Гу Уцзи направился в сторону Цзинь Юя. Юноша по-прежнему сохранял полное спокойствие, но глаза его смотрели твёрдо, как будто он наконец принял для себя какое-то решение. — Но прежде чем ты закончишь эту картину, мне нужно кое-что с тобой обсудить.
У остальных заметно отлегло от сердца. Хотя никто не знал, как именно Гу Уцзи собирался разобраться с этой ситуацией, они верили, что юноша непременно найдёт какой-нибудь способ.
Ци Юньсю и другие игроки, хотя и были не на шутку обеспокоены, могли только наблюдать за происходящим со стороны. В конце концов, если они сейчас решат встрять в разговор этих двоих, могут сделать только хуже... Нет, наверняка так и будет. Им оставалось лишь внимательно следить за ситуацией, чтобы вмешаться, если понадобится их помощь.
— Мм? — заинтересованно протянул Цзинь Юй. Похоже, молодой человек пока не торопился убивать Гу Уцзи. Разумеется, он прекрасно понимал, что тот, вероятно, лишь тянул время, но всё это не имело значения. Цзинь Юй с нетерпением ждал, какие ещё сюрпризы преподнесёт ему Гу Уцзи.
Художник с нежной улыбкой взглянул на юношу:
— Всё в порядке, можешь говорить со мной о чём угодно, у нас полно времени.
К этому моменту ни для кого уже не было секретом, что этот безжалостный злой дух явно неравнодушен к флирту. Игроки невольно прониклись сочувствием к Гу Уцзи. Если бы кому-то из них пришлось оказаться на месте юноши и ощутить подобное моральное давление, они сомневались, что смогли бы выдержать.
Несмотря на внушительные масштабы, павильон не был бесконечным, и довольно скоро Гу Уцзи подошёл к Цзинь Юю почти вплотную, после чего заглянул в глаза и сказал:
— Я думаю, убить меня — для тебя проще простого. Но не будет ли это слишком жестоко? Как насчёт дуэли или чего-то в этом роде?
— Что ты имеешь в виду? — Цзинь Юй в притворном недоумении приподнял бровь.
Гу Уцзи ни капли не сомневался в том, что художник прекрасно понял, что он имел в виду, однако, похоже, Цзинь Юй настаивал, чтобы он произнёс это вслух, поэтому юноша сделал глубокий вдох, как перед прыжком в омут, и выпалил:
— Как в тот день, когда мы впервые встретились в мире живописи. Что ты об этом думаешь?
— Что касается остальных, — Гу Уцзи оглянулся на своих товарищей и заговорил нарочито небрежным тоном, чтобы не вызывать ненароком излишнего интереса у такого неуравновешенного призрака, как Цзинь Юй, — Они не имеют к тебе никакого отношения, так что пусть подождут здесь.
— Что ж, это имеет смысл. — Похоже, Цзинь Юй нашёл предложение Гу Уцзи уединиться довольно романтичным, настроение призрака заметно улучшилось, он снова мечтательно улыбнулся и нежно проворковал: — Это действительно был очень памятный момент, давай так и сделаем. Остальные вправе оставаться здесь столько, сколько захотят, а могут уйти, если пожелают — мне всё равно. Убийство этих людей не принесёт мне ровным счётом никакого удовольствия.
Несмотря на богатый опыт, игроки впервые столкнулись с такой явной дискриминацией со стороны злодейского босса, однако это не пробудило в них ничего, кроме невероятного чувства облегчения. В конце концов, гораздо безопаснее для жизни и здоровья не привлекать излишнего внимания опасных и жадных до чужой крови злых духов. Разве что Ци Юньсю возмутился такому положению вещей, но в итоге даже ему пришлось смириться. Молодому человеку ничего не оставалось, кроме как беспомощно сжимать кулаки, опасаясь ненароком импульсивными действиями разрушить план Гу Уцзи. В поисках безмолвной поддержки он бросил короткий взгляд на Жун Цинманя, мысленно отмечая, что выражение лица его соперника также выражало целый спектр эмоций. Вот только что-то в его облике было не так.
Длинные, изящные пальцы Цзинь Юя обхватили ладонь Гу Уцзи.
Конечно, Гу Уцзи мог с лёгкостью освободиться, если бы захотел, но вместо этого лишь закусил губу и сдержался, не желая попусту выводить из себя непредсказуемого призрака.
Цзинь Юй бросил на Гу Уцзи многозначительный взгляд, а затем коснулся картины, которая с минуты на минуту была готова забрать жизнь юноши. На короткое мгновение вспыхнул ослепительный золотой свет, и двое исчезли из зала.
............
......
Гу Уцзи и Цзинь Юй оказались на самом краю горизонта, где встречались небо и земля, посреди живописного цветочного луга, налитого последними лучами закатного солнца. Тёплое золото, словно нежные мазки кисти, раскрасило лепестки полевых цветов, наполняя их магическим сиянием.
Окружающий пейзаж казался слишком невероятным, чтобы существовать в реальности, и больше походил на чей-то волшебный сон.
Гу Уцзи невольно задумался, что заставило Цзинь Юя выбрать именно эти декорации. В конце концов, такая обстановка больше подходила для романтических свиданий, чем для серьёзных разговоров.
— Отсюда открывается прекрасный вид, не правда ли? Признаюсь, сначала я хотел воссоздать приёмный покой больницы, где мы впервые встретились, однако всё же то место чересчур пропитано смертью... К тому же, не в моих правилах переписывать картины, которые уже отправились в утиль. — Цзинь Юй говорил мягко, не отрывая жадного взгляда от Гу Уцзи, отчего юноша мгновенно покрылся гусиной кожей. — В конечном итоге, мне пришлось выбрать эту сцену, чтобы компенсировать смазанное впечатление прошлой встречи. Что ты об этом думаешь?
В виски́ Гу Уцзи, как рваный парус на мачте галеры, упрямо бился вопрос: что именно тут происходит? Если не знать сути всей ситуации, можно было бы ошибочно принять их за двух влюблённых, воркующих о любви.
— Я думаю, выглядит неплохо, — простодушно брякнул Гу Уцзи, предпочитая делать вид, что не заметил двусмысленность чужих фраз. К этому времени он успел достаточно хорошо узнать Цзинь Юя, поэтому уже ничему не удивлялся и прямо спросил: — Действуют ли здесь какие-то правила?
Он огляделся, пытаясь понять, что же отличает эту картину от остальных. В конце концов, Цзинь Юй никогда не рисовал обычных пейзажей, здесь явно должно быть скрыто то, что позволит вычислить слабое место художника. Но на первый взгляд ничего не бросалось в глаза.
Цзинь Юй с улыбкой ответил:
— Просто побудь счастливым, я не доставлю тебе неприятностей.
Он с такой лёгкостью обронил эти слова, что Гу Уцзи на мгновение опешил. Юноше пришлось напомнить себе о том, что не следовало терять бдительности. Кто знает, что вдруг взбредёт призраку в голову, и что он сделает в следующий момент.
— Хорошо, — кивнул Гу Уцзи. Ранее он не мог действовать свободно из-за того, что вокруг него было слишком много людей. Но теперь, когда их всего двое, он мог больше не сдерживаться.
Не прерывая зрительного контакта с Цзинь Юем юноша порывисто отступил назад, его лицо стремительно побледнело, а тело едва не рухнуло на землю, как будто жизненные силы вмиг оставили его. В этот момент позади Гу Уцзи безмолвно выросли две огромные сумрачные тени.
Так и есть.
Гу Уцзи призвал двух злых духов уровня Короля призраков, спящих внутри него. С самого начала он не собирался сражаться с Цзинь Юем один на один, ведь разве это не означало бы верную смерть? Несмотря на свою наивность, Гу Уцзи отнюдь не был таким отчаянным и сумасбродным человеком. В случае смертельной опасности следовало выбирать самый надёжный путь.
Если бы он остался в павильоне, такой манёвр мог ненароком нанести вред остальным игрокам, поэтому Гу Уцзи под выдуманным предлогом попросил Цзинь Юя перенести их в мир живописи, чтобы, каким бы шокирующим ни оказался поединок, он не навредил другим людям.
— Мм? — Цзинь Юй, приподняв брови, с интересом посмотрел на Гу Уцзи. По всем правилам он должен был злиться, но, казалось, напротив, стал выглядеть куда более взволнованным. — Как и ожидалось от тебя, всегда можешь сделать то, что удивит меня... Должен признать, эти два злых духа очень сильны, кто бы мог подумать, что в твоём теле кроются такие козыри...
От изнеможения Гу Уцзи уже едва мог стоять на ногах. Он жмурился, оглушённый собственным сердцебиением, и с огромным трудом удерживал себя в сознании, чтобы позволить злым духам разобраться с Цзинь Юем. Однако, похоже, три призрака вовсе не были настроены вести переговоры и сразу же бросились в бой.
Всего минуту назад живописная и безмятежная долина полностью преобразилась, словно кто-то опрокинул стакан мутной воды на только что написанную картину. Гу Уцзи даже не заметил, как наступила темнота, как выросла она из болотной грязи, прокралась меж деревьев, растеклась чёрной тушью по тенистым сторонам леса и собралась по оврагам. Небо потемнело, и над полем поднялся порывистый стылый ветер. Энергия Ци сгустилась настолько, что стала почти осязаемой и вязкой. Призраки сражались так яростно, как будто их связывали неразрешимые многолетние обиды, даже Гу Уцзи в какой-то момент остался не у дел.
«Кажется, всё складывается довольно удачно».
Гу Уцзи понимал, что ему пора уходить. Разумеется, не совсем честно с его стороны было оставлять этих двух злых духов здесь, сражаться вместо него, но первоочередной задачей в данный момент было пройти последний уровень.
«Надеюсь, что они втроём ещё какое-то время будут заняты своим сражением». С этой мыслью Гу Уцзи принялся искать способ покинуть картину.
На его удачу, это не заняло много времени, потому что мир живописи был уже на грани разрушения. Похоже, холст просто оказался не в состоянии выдержать натиск энергии трёх могущественных призраков, чья схватка к этому моменту уже приняла масштабы божественного бедствия. Гу Уцзи быстро отыскал самое уязвимое место в пейзаже, где краска успела потрескаться, толкнул нарисованную дверь, скрытую за склоном холма, и оказался в холле особняка, захлопывая за собой дверь — уже самую что ни на есть реальную.
К этому часу локация финального квеста начала производить пугающее впечатление: затянутое тучами небо помутнело от кровавого марева, а путь, по которому пришли люди, полностью заволокло туманом. Если Гу Уцзи не собирался поворачивать назад, путь был только один: оставалось лишь направиться к полуразрушенному поместью в конце дороги.
В этот момент раздался звуковой сигнал Системы, сообщающий Гу Уцзи о том, что он выполнил очередное задание и теперь мог перейти к следующему.
— Что ж, приятно слышать. — Гу Уцзи сделал глубокий вдох, полный решимости пережить это испытание и положить конец ужасу. Он не стал возвращаться в обитель художника, чтобы позвать с собой остальных. Отчего-то юношу не оставляло смутное предчувствие, что этот последний дом мог посетить только он. Неважно, приведёт ли он кого-нибудь с собой, это не поможет, а лишь создаст дополнительные проблемы.
К тому же, силы игроков, всех вместе взятых, недостаточно, чтобы справиться с финальным боссом, обитающем в самом последнем здании. Гу Уцзи не был и вполовину уверен даже в своём успехе, что уж говорить про остальных, поэтому никак не мог позволить своей команде погибнуть впустую.
— Простите, друзья, но с этим мне придётся столкнуться в одиночку.
Что касается того, что случится, когда сражение трёх злых духов подойдёт к концу, Гу Уцзи пока даже не хотел думать об этом... Тем не менее, в их команде собрались все самые выдающиеся игроки сверхъестественных квестов: неважно, с каким по силе небесным штормом им предстояло столкнуться, их способностей с лихвой хватит, чтобы остаться в живых.
Если же это не сработает, Гу Уцзи в любом случае не нанимался телохранителем, так что ничего не мог с этим поделать.
............
......
Когда Гу Уцзи достиг поместья, небо окончательно потемнело, и на всё пространство локации тяжёлым бархатным полотном опустилась ночь. Чернильная тьма обволакивала мир, стирая грани между небом и землёй.
В этой непроглядной темноте все звуки обострялись, и каждый шорох казался зловещим предупреждением. Воздух пах мокрой листвой, скользкой и прелой, и сырой древесной гнилью... Дул промозглый ночной ветер, и Гу Уцзи внезапно почувствовал, как волна холода поднялась в его теле.
Несмотря на то, что он оставил обитающих внутри него злых духов в мире живописи, для температуры его тела было бы просто невозможно мгновенно упасть до уровня обычного человека из-за циркулирующей внутри него энергии Ци. И это не говоря уже о том, что он никогда в своей жизни до этого момента не чувствовал такого пронизывающего холода.
Похоже, такова была особенность этого места. Это заставило Гу Уцзи почувствовать себя так, словно он снова вернулся в те дни, когда впервые оказался в мире сверхъестественных квестов.
Тогда он внезапно угодил в эту локацию, совершенно ничего не зная ни об игроках, ни о квестах. Гу Уцзи улыбнулась удача — ему выпал шанс выжить благодаря помощи призрачной горничной, до осколков души которой ему чудом удалось достучаться. Когда последний день квеста подошёл к концу, ему даже не удалось узреть истинный облик главного злого духа.
И это было к лучшему. Ведь если вы хотя бы один взгляд бросите на это лицо, уже никогда больше не сможете покинуть прóклятую обитель.
«Впервые попав в мир квестов, мне пришлось столкнуться с финальным боссом такого ужасающего уровня... Можно сказать, в тот день мне сильно повезло, что я вообще выбрался».
Однако не стоило забывать, что в то время истинная сила финального босса была ограничена низким уровнем локации, Король призраков не мог полностью проявить свои способности. Зато сейчас... Гу Уцзи напомнил себе, что сейчас всё обстояло иначе.
Гу Уцзи попробовал использовать имеющиеся у него артефакты, но те оставались безучастны, а призраки, которых он хотел призвать, никак не отреагировали на зов. Казалось, лишившись своих способностей, он внезапно в одночасье превратился в обычного человека.
«Установленные на этом отрезке локации ограничения поистине удивительны. Похоже, и в самом деле, кроме меня больше никто не смог бы подойти к этому дому».
Если бы на месте Гу Уцзи оказался кто-то другой из продвинутых игроков, такой резкий переход к статусу обычного человека, безусловно, мог стать огромным потрясением для разума. Неготовому к таким кардинальным изменениям человеку было бы сложно пересилить себя и пересечь границу локации. В конце концов, тому, кто привык считать себя могущественным и всесильным, невероятно сложно смириться с внезапной потерей всей своей силы.
Однако Гу Уцзи на удивление принял этот факт без особых сожалений. В любом случае, в его представлении это выглядело всего лишь возвращением к исходным настройкам.
Неважно, как сильно он избегал встречи с этим финальным боссом, чему быть, того не миновать. Ему, конечно же, не удастся победить, слишком уж неравными были их способности, однако этот заключительный квест не мог оказаться тупиком. Выход непременно должен был существовать, просто надо найти его...
Юноша подумал о призраке, которого встретил перед тем, как отправиться в мир живописи вместе с Цзинь Юем, и о словах, которые тот ему сказал... Возможно, события в этом финальном квесте могут принять совсем другой поворот.
В любом случае, Гу Уцзи не видел смысла топтаться на месте и неторопливо направился к заброшенному поместью.