Жанна Де Роло

Карета остановилась у дома Камден так тихо, что можно было подумать — она подъехала на цыпочках. Но Жанна не была тихой.

Стоило Ларисе переступить порог вместе с Аджаем, как Жанна буквально материализовалась перед ней, словно выскочила из воздуха с эффектом внезапного фокуса.

— ЛАРИСА!

Выпалила она, вытянув вперёд руку с письмом, как знамя победы.

— Для тебя это может быть самой прекрасной новостью за всю историю Англии!

Лариса едва успела моргнуть, как письмо уже почти касалось её носа.

— Жанна…

Мягко произнесла она, забирая конверт.

— Если ты ещё ближе поднесёшь письмо, я прочту его лбом.

Аджай тихо прыснул в кулак, но сделал вид, что это был кашель настоящего восточного принца.
Лариса развернула лист, прочла строки… и её лицо озарила улыбка, тёплая и искренняя, как летнее солнце над Темзой.

— Родители приезжают…

Выдохнула она.

— Они приезжают! Я так скучала! И теперь я смогу познакомить их с тобой, Аджай.

Он галантно наклонил голову:
— Я очарую их так же, как очаровал вас, мисс Камден.

— Ой, да очаруешь.

Фыркнула Жанна.

— Ты уже умеешь кружить людей как карусель. Это считается.

Лариса закатила глаза, но с улыбкой, и обняла подругу:

— Спасибо, Жанна. Это правда прекрасная новость.

Тем временем в кафе, где пахло крепким чаем и надеждами, сидел Вильям Андерсон.
Он смотрел в одну точку так серьёзно, что точка могла бы покраснеть от внимания.
К нему подошёл высокий джентльмен с тёмной кожей, в элегантном жилете и с видом человека, который знает всё, но говорит мало.

— Простите, сэр Андерсон.

Произнёс он глубоким бархатным голосом.

— Я наблюдаю за вами уже пять минут, и могу поклясться: вы пытаетесь взглядом вскипятить стену.

Вильям оторвался от своей точки:

— Это не стена виновата, а дама.

— О-о?

— Дама, которая дерзкая для своего пола. Слишком громкая, слишком смелая, слишком… Жанна Де Роло.

Джентльмен понимающе улыбнулся:

— А-а. Мисс, которая способна поставить на место любого мужчину, просто чихнув по-французски.

— Именно.

Мрачно кивнул Вильям.

— Тогда совет от человека, который знает толк в непокорных сердцах.

Он наклонился ближе.

— Не планируйте долго. Делайте красиво. И быстро.

Он поправил перчатки и добавил:

— Меня зовут Люсьен Дюваль. Был рад беседе.

И ушёл так стремительно, что дверь кафе даже не успела скрипнуть драматично.

Вильям проводил его взглядом и пробормотал:

— Быстро… красиво… А если я упаду?

— Тогда упадёте эффектно.

Донёсся голос Люсьена уже с улицы.

Вильям вздрогнул:

— Он и правда всё знает…

Но тут же снова нахмурился, спрятав лицо за чашкой чая:

— Я не могу так сразу. На моём пути стоит Кристофер Калпеппер. Этот блондинский цирк-джентльмен с пятью языками в кармане.

Официантка рядом прошептала коллеге:

— Он влюблён или репетирует похороны?

— И то и другое.

Ответила вторая.

А дома Жанна уже рассказывала, как письмо пахло Индией, как Аджай «пока не самый ужасный жених», и как она лично проверит всех аристократов Лондона, если понадобится.

И Лондон ещё не знал, что его ждёт.

А где-то огромный дуб в парке стоял молча… но тоже был готов к драме.

Кухня дома Камден была наполнена ароматами свежего хлеба и слегка подгоревшего печенья. Анне, рыжеволосая и всегда чуть взбалмошная, сидела на низкой скамейке, скрестив руки. Рядом с ней — Бенте, тёмнокожая, с почти неуловимой улыбкой на губах.

— Ну.

Начала Анне.

— Скажи мне честно… на кого, по-твоему, мисс Жанна Де Роло больше всего похожа?

— На принцессу из какой-нибудь страшной сказки.

Сказала Бенте, нахмурив брови.

— Только эта принцесса не ждёт помощи от принца. Она сама носится с мечом и шпагой, ставит всех мужчин на место и ещё умудряется съесть целую коробку печенья без посторонней помощи.

Анне прыснула, хлопнув по столу:

— Именно! Я думала, что принцессы всегда милые и тихие, а Жанна… она громкая, дерзкая и умеет делать французский язык оружием!

— Да!

Поддержала Бенте.

— Представь, если кто-то осмелится сказать ей хоть слово лишнее…

В этот момент дверь кухни приоткрылась. На пороге стоял Себастьян, старый дворецкий с вечной серьёзной миной, держа поднос с грязными чашками. Он тихо поинтересовался:

— Про кого это вы так оживлённо болтаете, дамы?

Анне с хитрой улыбкой посмотрела на него:

— О, Себастьян, только не спрашивай! На кого мисс Жанна похожа в сказках… Мы спорим уже пятнадцать минут!

— Хм.

Усмехнулся дворецкий, положив поднос на стойку.

— А на кого же вы решили?

Бенте вздохнула:

— Я говорю, что на храбрую принцессу, которая сама спасает своё королевство.

Анне склонилась к Себастьяну и добавила:

— А я считаю, что на злую фею, которая внезапно налетает с обедом и шпагой.

Себастьян улыбнулся уголками губ — редкость для него.

— Могу ли я вмешаться?

Спросил он спокойно, садясь рядом на табурет.

— Я бы сказал, что Жанна больше похожа на героиню, которая учит всех мужчин вокруг, что девушки вовсе не обязаны слушаться их приказов.

— Точно!

Воскликнули обе.

— Себастьян, вы правы!

— Но я тоже должен идти.

Сказал он, поднимаясь.

— Подносы и чашки сами себя не донесут до зала.

Девушки переглянулись и, как только дворецкий ушёл, снова засуетились, обсуждая:

— А если придёт какой-нибудь джентльмен и попробует покорить её сердце?

— Он будет умолять!

Добавила Анне.

— И вряд ли Жанна даст ему шанса.

— Точно.

Согласилась Бенте.

— Она сама выбирает, с кем разговаривать, а кого посылать к чертям.

И так, в кухне царила весёлая суматоха: смех, громкие жесты, шепот и сплетни — настоящая жизнь XIX века, где даже дворецкий не мог устоять перед чарами мисс Жанны Де Роло.