41 глава
Утро в доме Камден было тихим, почти умиротворённым. Солнце пробивалось сквозь занавески, делая комнату мягкой и тёплой. Жанна и Лариса сидели за столом, накрыв его ароматными круассанами, свежими ягодами и кофе, что едва не кипел.
Жанна аккуратно нарезала хлеб и мазала на него масло, а Лариса сидела напротив… и уже больше часа просто смотрела на еду, улыбаясь.
— Лариса…
Начала Жанна, поднимая бровь.
— Ты что, готовишься съесть весь этот завтрак своим взглядом?
Лариса вздрогнула и, смущённо играя пальцами, пыталась что-то ответить.
— Эээ… ну… это…
Она заикалась, слова никак не складывались.
— Я просто… ммм… думаю о…
Жанна хитро улыбнулась. Француженка мгновенно поняла, что подруга скрывает что-то важное.
— А, понимаю!
Весело произнесла Жанна, наклонившись ближе.
— Это вчерашнее… на балу, да?
Лариса опустила взгляд, но Жанна положила руку на её и весело подмигнула.
— Ну-ка, рассказывай!
С энтузиазмом потребовала она.
Лариса глубоко вздохнула, взяла себя в руки и начала тихо говорить, ещё робко, словно стыдилась.
— Жанна…
Прошептала она.
— Это было… ну… я провела ночь с принцем Аджаем.
Жанна чуть не уронила вилку на стол. Её глаза распахнулись, рот открылся… и из него вырвался громкий крик:
— Quoiiii?!
Французский восторг и шок одновременно.
— Ты… ты что, правда?!
— Тшшш!
Лариса быстро сжала ладонь на её руке, пытаясь приглушить крик.
— Тише, пожалуйста!
Жанна, едва успокоилась, снова наклонилась и начала говорить на французском, как будто вдруг забыла все английские слова:
— Mon dieu! Quelle aventure! C’est merveilleux! Incroyable! Tu as trouvé l’amour! Oh là là!
— Жанна…
Лариса слегка смущённо улыбнулась.
— Я… я немного жалею… ведь я незамужняя, и тут… мы… эээ…
Жанна тут же взяла её за руки обеими, сияя как солнечный луч:
— Лариса! О, ma chère amie! Ты не должна жалеть ни о чём! Любовь — это прекрасно! И немного шалости не повредит! Мы все совершаем ошибки, но иногда эти ошибки делают нас счастливыми!
Лариса улыбнулась, наконец расслабившись.
— Ты правда думаешь так?
Спросила она робко.
— Конечно!
Жанна хлопнула по столу, будто подтверждая всю важность этого заявления.
— И помни: если кто-то осудит, скажи, что это были «искусство и романтика, и всё по правилам сердца».
Лариса захохотала, чуть задыхаясь от смеха.
— Ты просто… невозможная, Жанна!
Сказала она.
— Невозможная? Может быть. Но ты — смелая!
С сияющей улыбкой ответила Жанна.
— И это главное. Любовь — это смелость.
Они обе засмеялись, и смех их был таким заразительным, что даже слуги, проходившие мимо, останавливались и улыбались.
— Знаешь?
Тихо сказала Лариса, чуть коснувшись плеча Жанны.
— Теперь я рада… пусть всё произошло так. Я боюсь, но… это чувство… такое… удивительное.
— Видишь!
Воскликнула Жанна.
— И не бойся. Ты прекрасна, смелая и счастливая!
Она подмигнула и добавила с улыбкой:
— Ну а я… я просто рада, что могу делиться твоей радостью.
И в этом утреннем свете, среди запаха кофе и свежей выпечки, две подруги смеялись, делились секретами и маленькими романтическими переживаниями.
Даже обычное утро в доме Камден стало волшебным, полным комедии, дружбы и маленькой, но настоящей романтики.