15 глава
Утро после бала было таким тихим, что даже птицы, казалось, решили не петь, чтобы не тревожить тех, кто танцевал всю ночь.
Жанна проснулась поздно — солнечные лучи мягко пробивались сквозь кружевные занавески, а где-то на кухне горничная Анне спорила с Себастьяном о том, сколько сахара нужно класть в кофе.
— Две ложки!
Настаивала Анне.
— Одну!
Ворчал Себастьян.
— Вы же не королева Англии, в конце концов.
Как оказалось — слова были пророческими.
Жанна, ещё зевая, спустилась по лестнице и села за стол.
— Что за шум, как будто дом штурмуют?
Анне, покраснев, ткнула пальцем в серебряный поднос.
На нём — тонкий конверт из плотного кремового пергамента с золотым гербом.
— Это пришло утром... от дворца.
— От какого дворца?
Переспросила Жанна, потирая глаза.
— От Букингемского!
Пискнула Лариса, выбежавшая из гостиной с газетой в руках.
— Ты не понимаешь! Королева Виктория приглашает нас на чаепитие!
Жанна уставилась на неё, потом на письмо, потом снова на неё.
— На чаепитие… С нами? Ты уверена, что не с соседями? Может, письмо просто ошиблось адресом?
Лариса, сияя как лампа, развернула письмо и начала читать:
“Её Величество, королева Александрина Виктория, выражает желание видеть мисс Жанну Де Роло и мисс Ларису Камден на частном чаепитии завтра в три часа дня. Платье — дневное, настроение — спокойное.”
— Спокойное?
Пролепетала Жанна.
— А как можно быть спокойной, когда тебя приглашает сама королева?!
В этот момент в комнату вошёл дедушка Рейнольд, зевая и потягиваясь.
— Что за крики, девочки? Пожар? Долги? Признание в любви от шеф-повара?
— Хуже!
Хором ответили они.
— Королева Виктория зовёт нас пить чай!
Дедушка замер.
Потом снял очки.
Потом снова надел.
И наконец произнёс с важностью:
— Ну… пора вытаскивать мой старый цилиндр.
С этого момента дом превратился в центр сумасшествия.
Анне металась между гардеробными, Лариса плакала над коробками с платьями, Себастьян гладил фраки так, будто готовил их к войне, а дедушка громогласно объявил:
— Никаких паник! Мы просто идём к женщине, которая управляет полмира. Всё совершенно обыденно!
Жанна нервно смеялась.
— Совершенно! Я просто умру от страха, но с идеальной осанкой.
— И не забудь улыбаться.
Добавил дедушка.
— Королевы не любят людей, у которых дрожит подбородок.
Лариса взвизгнула из другой комнаты:
— А если я случайно что-то скажу не то?! Вдруг я ляпну “ваше высочество” вместо “ваше величество”?!
— Тогда ты мигом станешь высочеством для всех соседей.
Отозвался дедушка.
— И, возможно, попадёшь в газету.
Весь день прошёл в подготовке.
Платья перешивали, кружева подбирали, туфли натирали до блеска.
Анне проверяла каждую пуговицу, Лариса репетировала реверансы, а Жанна... сидела у окна, держа приглашение в руках и не могла поверить, что это происходит на самом деле.
— Жанна.
Сказала Лариса, подойдя к ней.
— Ты только представь. Мы будем пить чай рядом с самой королевой Викторией! Она, между прочим, чуть старше нас, но уже управляет целой империей.
Жанна кивнула, улыбаясь:
— Да, а мы пока что управляем только кухаркой и её котлом.
Обе рассмеялись.
Вечером в дом заглянули Кристофер Калпеппер и Вильям Аттертон.
Первый — в привычной сдержанности, второй — с цветами и самодовольной улыбкой.
— Добрый вечер, дамы! Мы слышали, что вас пригласили во дворец.
Сказал Вильям, ловко снимая шляпу.
— Если нужна репетиция королевского поклона — я к вашим услугам.
— Спасибо, мистер Аттертон.
Ответила Жанна с лёгкой иронией.
— Но боюсь, вы слишком низко кланяетесь даже без просьбы.
Кристофер тихо усмехнулся, наблюдая со стороны.
— Если он продолжит в том же духе, ему стоит взять с собой подушку — чтобы кланяться было мягче.
Вильям надулся, Лариса прыснула со смеху, а дедушка Рейнольд торжественно поднял чашку чая:
— За будущее чаепитие и за то, чтобы никто из вас не упал в обморок перед королевой!
— И чтобы никто не назвал её “милая Викки”.
Добавил Кристофер.
Когда все наконец разошлись, Жанна долго стояла перед зеркалом, держа в руках простое голубое платье — не роскошное, но изысканное.
Она вздохнула.
— Королева Виктория... что ж, надеюсь, вы любите чай без истерик.
И, поставив письмо на комод, тихо улыбнулась своему отражению:
— Пусть начнётся новая комедия.