Провода и вОроны

— Поверь, я хорошо шарю по знакам и могу даже доказать, что все одинаковые знаки Зодиака имеют общие черты, которыми себя выдают, — уверенно заявила Гела, слегка задыхаясь от усталости в толкании вагонетки. Вася тут же стал рядом и навалился на скамьи для сидения. — Вот, Катя, к примеру, слишком эмоциональная пискля, не обижайся, Кэт, то есть она, скорее всего, Рыбы или Рак.

— Я Рак! Обалдеть! А ты сама кто?

— Я — двойной огонь! Огненный тигр и Овен, знак огня. Вообще добрая и тёплая, но если сильно близко — могу нечаянно обжечь, — гордо заявила наша рыжеволосая ведьмочка.

— А кто я, угадаешь? Я не с твоего класса и посмотреть в журнале нельзя, — с усмешкой и лёгким вызовом заявила Даша, передав мне очередь толкания вагонетки. Она не была такой уж тяжёлой, но всё же движение вверх с нагрузкой и ржавыми несмазанными колёсами быстро выматывало.

— Ты-ы-ы-ы... — загадочно протянула Гела, — дай подумать: тихая независимая одиночка с сарказмом и недоверием к людям, самостоятельная, любишь планировать всё наперёд... Из того, что мне кажется... Ты похожа на Козерога. Судя по классу, скорее всего, 88-го года, это у нас год Дракона, но ты точно не Дракон, больше влияния Кота, а это значит начало года и поддерживает мою версию Козерога. Примерно до 15 января.

— Ни хрена себе! — не выдержала Даша. — Это внушает! Только 14 января, — она задала ещё пару вопросов по своим родителям, пока и я наконец не заинтересовалась.

— А что можешь рассказать о мужчине года Тигра и знаке Близнецы?

— А я кто? — одновременно со мной выдал Вася.

— С тобой проще простого: у тебя все признаки моего огненного Тигра и ещё бахвальства и весёлости Льва, который везде хочет быть в центре событий и обожает собирать возле себя гаремы восхищающихся самок, — равнодушным тоном истинного профи, но с явным желанием задеть произнесла Анжела.

— А ведь угадала, ведьма, — довольно похвалил её парень. — Только никаких мне гаремов и восхищений не надо. Я простое искренне «спасибо» ценю.

— По твоему Близнецу, Маша, новости не очень, если мужского пола. Конечно, многое ещё влияет со стороны, но это хитрый изворотливый хищник, что любит новизну и ненавидит дисциплину и рутину. Он склонен к зависимостям, азартным играм и постоянному флирту с женщинами, даже изменам. Они коварные, но обаятельные эгоисты. Умные и гибкие в кризисе, быстро реагируют, умеют отлично врать и всегда выходить сухими из воды. Они любят шутки, такие себе весёлые приятели для всех, но ни для кого не близкие друзья, потому что выбирают только свою выгоду. Иногда их шутки становятся злыми насмешками. Не люблю этот знак. И даже Тигр тут не в помощь, — она чуть скривилась, но спохватившись, посмотрела на меня с сожалением. — Если это твой Гордеев, то... слишком мало шансов на хоть что-то хорошее в вашей ситуации. Они не умеют строить долгих надёжных отношений за редким исключением супердоброй и понимающей семьи. Прости...

— Нет, не Гордеев. Это мой отец... и... ты права. Обаятельный, когда нужно, но со злыми шутками к своим. Легко бросил семью ради продавщицы алкашки, что всегда поддерживала его любовь к рюмке и трате денег на развлечения. Я так долго была слепа к тому, как мама с ним несчастна... — печально выдала я.

— А Гордеев твой кто?

— Телец вроде, майский, а год я не знаю, но почему-то уверена, что он старше меня, где-то слышала, что ему вроде 18 или скоро будет. А я 87-го года, мне только 16 недавно стукнуло.

— Ну, кстати, Телец очень неплохой знак для мужчины. Надёжный, присматривается долго, но если выбрал свою половину, то уже не сворачивает. По году он должен быть либо Бык 85-го года, либо Тигр, как мы с Васькой... и в целом это даёт достаточно неплохую картину... Но, опять же, от семьи многое зависит. А точнее ты узнать не сможешь? У тебя остались подруги в твоём классе? Пусть заглянут в журнал где инфа в конце: там и дату можно посмотреть, и адрес, и телефон, — с хитрой улыбкой предложила Гела.

«Надёжный... если выбрал свою половину, то уже не сворачивает.»

Если б только это было правдой.

— Не надо мне его телефон... и дата тоже не нужна. Забыли, — с болью выдохнула я, не дав себе снова расплакаться.

— Сори, что влезаю, Гордеев — это тот красавчик со спором?

— Да, он лез к Машке целую неделю со своими поцелучиками и симпатией а потом с каким-то пацаном на машине обсуждал сколько они на неё поставили, — таинственным голосом сообщила Катя.

— Да не так всё было! — вспылила Анжела. — Сейчас расскажу точно...

Мы наконец дошли до развилки, закрепили нашу то ли дрезину, то ли вагонетку и сели перекусить всей принесённой провизией.

— Фух... Ну её нафиг так тягать, — выдохнула Даша.

Пока Вася нахваливал наши с мамой сырники, девочки продолжали посвящать Дашу в наши перипетии с Гордеевым, я только вставляла какие-то подробности и его фразы для полноты картины. Затем Даша рассказала про мать-одиночку, что пыталась обеспечить её всем самым лучшим, работая на трёх работах. Вот только любви не могла дать и честно признавалась, что нет у неё материнского инстинкта и любви, ибо её саму никто не любил. Ещё она рассказала, как девочки с класса, притворившиеся подружками, закрыли её на всю ночь в школьном подвале.

Я раздала всем по конфете «Chewits», и потом мы слушали историю Кати, пока выталкивали наш транспорт на нужную колею.
Мы с девчонками запрыгнули на вагонетку, и так как рельсы шли под уклон, мы с Васей встали к рычагу. С диким скрипом, помогая ногами, мы кое-как пытались контролировать процесс.

— Зато вниз неплохо катиться сама. Надо бы придумать как тормозить в случае чего, — глаза Васи выдали небольшую тревогу, пока остальные начали ухать от восторга, уже не боясь потревожить местное эхо.

— Ю-ху-у! — завизжала Анжела.

— Вася, тормози! Мы не знаем, что там впереди, вдруг обрыв! — еле сдерживалась я чтобы не кричать.

— Развилка впереди! Спрыгивай по одному!

Девчонки поспрыгивали, пока Вася пытался куском загнутой арматуры цепляться за шпалы и тормозить несущуюся махину, так как собственный тормоз срабатывал так себе. Вскоре уклон чуть выровнялся, и дрезина почти плавно остановилась у нового разветвления, стукнув достаточно громко и неприятно.

— Снова налево? — предложил Вася, все кивнули. Он чёто там ковырялся в рельсах и снова разрешил всем залезть на дрезину. На ней было мало места и неудобно, потому мы с Катей сидели на коленях у Даши и Анжелы. Последняя время от времени пугала Катю, что сбросит её, пока Васька не сказал, что тогда Анжела будет рулить нашей махиной, а он возьмёт Катю на колени.

Наконец стало легче притормаживать, и мы оказались в захламлённой, но красивой и просторной пещере. Стены переливались вкраплениями каких-то мелких кристаллов, отражающих свет наших фонарей.

— Ого, как блестит... — протянула Катя, не скрывая восхищения, и присела на огромный почти плоский камень. — Слушайте... а тут могут быть драгоценные камни?

— Ка-а-ать, — почти с насмешкой протянула вздохнувшая Анжела. — Я тя просто обожаю.

— А по голосу не скажешь, — усмехнулась осторожная Даша.

— А ты не завидуй, к тебе сложнее привыкнуть, чем к ней. Тебя я не скоро обожать начну, — довольно добродушно заявила Гела и засмеялась. Я широко улыбнулась от их перепалки.

— Нет, Кать, ты слишком наивна. Это, скорее всего, соляные отложения так блестят, но красиво... и так расслабляет.

— Ребят, к чёрту этого Гордеева, я вас так всех люблю, — вдруг вдохновенно призналась я и обняла Анжелу, что стояла ближе всего ко мне.

На тело снизошло невероятное облегчение и радость. Красота тёмной пещеры с сияющими осколочками по стенам вызывала невероятные ощущения. Я увидела, как Катя разлеглась на камне, и мне до дрожи в коленках захотелось лечь на камень рядом с ней и смотреть в высокий блестящий потолок.

— Как здесь охрененно! — заявила Даша. — Я будто пьянею.
Я тоже почувствовала, как по телу разливается странная, приятная тяжесть; голова слегка закружилась, как от моего первого бокала шампанского на прошлый Новый год.

— Похоже, здесь испарения каких-то газов, — Вася глупо хихикнул, привалившись к стене. — Мы с одной... плохой девчонкой... как-то пробовали травку. Вот сейчас один в один эффект. Крутецки ваще-е-е-е...

Я прикрыла глаза, наслаждаясь внезапной лёгкостью. И тут я почувствовала, как чьи-то тёплые пальцы мягко накрыли мою ладонь.

Я резко распахнула глаза: передо мной в вечерней тиши нашего с ним санатория стоял Кирилл Гордеев. Он улыбался той самой своей тёплой, искренней улыбкой, от которой у меня всегда подкашивались ноги. Её еле-еле освещали неблизкие придорожные лампы на столбах внизу.

— Машка, Машка... ну ты и дуришь, — его голос звучал так реально, прямо над ухом. — Так тебя поцеловать хочу, чтоб у тебя снова коленки подкашивались. — Помнишь, как я первый раз взял тебя за руку на химии? Это было так... остро, меня словно током прошибло, хотелось всё время держать тебя за руки.
Он шагнул ближе, крепко обнял меня, уткнувшись носом мне в макушку. Его особенно приятный запах тела и постиранного свитера заставил сердце биться как в припадке.

— Анжел, это ты? Или меня так глючит? — раздался где-то вдалеке голос Васи.

— Вася! Мама моя! Мамочка выжила! Надо скорее ехать в Донецк! Вась, отвези меня в Донецк!

— Твою мать! Ребята! Укусите себя за палец! — послышался неприятно громко с каким-то гулом голос Васи с третьего этажа санатория.

— Они любят меня... Наконец-то они выбрали меня, — с радостно-жалобным плачем призналась лежащая возле меня Катя.

— Эй, ей хорошо, не бойся, будь со мной, Маш. Я просто не могу без тебя... — ласковый голос Кирилла убаюкивал меня, пока его губы приближались к моим.

Он наклонился и нежно, до головокружения сладко поцеловал меня. Я ответила, чувствуя вкус его губ, растворяясь в этом моменте. Но сердце снова начало разбиваться на осколки, вспомнив, как он говорил с тем парнем в машине.

Мозг заволакивало приятным туманом, но в сердце резали стёкла: он просто на меня поспорил и он...

Остался в Донецке! Я сбежала!

Я открыла глаза, но они не показывали мне настоящего. Грустный Гордеев всё так же стоял передо мной, хоть я слышала голос Васи:

— Ребят! Очнитесь! Блять! Это нереально всё! Мы в шахте!

Я с силой зажмурилась, замотала головой и оттолкнула руку Кирилла, что коснулась моих реальных слёз. Укусила себя больно за палец и увидела тёмный потолок с тускло отсвечивающими звёздами кристаллов.