21 глава
От лица Элеоноры
Месяц отдыха
И вот я снова здесь. Утром паркую свою бэху у офиса. Андрей выходит с кофе, видит меня — и стакан падает на асфальт.
— Элеонора Сергеевна?! Вы вернулись?
— Андрюша, кофе, — киваю на лужу. — И да, вернулась.
В холле охрана провожает глазами, секретарша роняет ручку. Чувствую себя покойником на собственных поминках.
Захожу в кабинет и застываю.
Стол завален бумагами так, что столешницы не видно. Папки на подоконнике, на стульях, на полу. Компьютер в пыли, фикус сдох, на моём кресле — жирный след и жвачка.
— Какого чёрта?
— Элеонора Сергеевна! — вбегает Андрей. — Я объясню!
— Очень надеюсь.
Я скидываю с кресла отчёты, отдираю жвачку, сажусь. Включаю компьютер. Пока загружается — окидываю взглядом бардак.
— Где Марина?
Андрей мнётся:
— Уволилась. Неделю назад.
— Лучшая была. Что случилось?
— Лука к ней приставал. Написала заявление и уехала в Воронеж. Сказала, бухгалтерия клана — это квест на выживание.
Я вздыхаю. Ладно. Надо входить в курс дела.
Три часа мы разбираем завалы. Я ввожу пароли, захожу в базы, сверяю остатки. И где-то на втором часу пальцы замирают над клавиатурой.
— Андрей. Подойди.
Он заглядывает в монитор.
— Счет «Металл-Инвеста», — говорю я. — Помнишь? Там было три миллиона на закупку цветмета.
— Да, Марина проводила платежи.
— А теперь посмотри.
Выписка. Счет пуст. Ноль. А в отчетах — все чисто. Деньги ушли поставщику, акты подписаны, товар пришел.
— Андрей, — я поворачиваюсь к нему. — Где металл?
Он бледнеет:
— Я не знаю. Марина говорила, все в порядке.
— Ты ездил на склад? Видел металл своими глазами?
— Нет, но накладные...
— Накладные можно пальцем ноги нарисовать, — перебиваю. — Три миллиона испарились, а ты мне про накладные?
Я встаю, подхожу к окну. Руки дрожат от злости. Пока я прохлаждалась на югах, кто-то увел деньги.
— Кто курировал «Металл-Инвест»?
— Лука.
Я зажмуриваюсь. Опять.
— Звони ему. Скажи, если не придет — завтра Донн получит полную историю его «подвигов» за год.
Андрей убегает. Я смотрю на пустой счет. Три миллиона. Интересно, сколько из них уже не вернуть?
---
Лука влетает через двадцать минут. Красный, злой:
— Ты охренела?!
— Сядь и закрой дверь.
Он садится. Смотрит волком.
— Три миллиона, Лука. Счет «Металл-Инвеста». Где они?
— Все законно. Накладные есть.
— Накладные, — усмехаюсь. — Я звонила на склад. Там пусто. Вообще. Где металл?
— Ты не имеешь права...
— Имею. Это моя работа. Ты думал, я уехала — можно творить что хочешь? Марина побоится сказать? Ты ей приставал, чтоб молчала за особое отношение?
Лука багровеет, сжимает кулаки:
— Я Донну позвоню...
— Звони. Только учти: когда он спросит про три миллиона, я покажу не только это. Я покажу все твои махинации за два года. У меня в облаке каждая твоя копейка.
Он молчит. Дышит тяжело.
— Два варианта, — говорю. — Первый — говоришь, где деньги, и вместе думаем, как вернуть. Второй — я иду к Донну сегодня вечером.
— Ты не посмеешь. Твоя подпись везде.
— Я была в отъезде, Лука. месяц отчёты подписывала Марина. По документам я вообще мимо.
Он сглатывает. В глазах — паника.
— Ладно... деньги у Штыря.
— У Штыря? Того, с восточных?
— Он предложил прокрутить на неделю. Вернуть с профитом. Думал, успею до твоего возвращения...
— А он не отдает?
— Говорит, еще неделя нужна.
Я закрываю глаза. Лука вложил деньги клана в авантюру с конкурентом. Идиот.
— Два дня, — говорю. — Не шесть часов, а два дня. Едешь к Штырю и забираешь деньги любым способом. К послезавтрашнему утру три миллиона должны быть на счету.
— А если не отдаст?
— Тогда я иду к Аресу. И рассказываю всё. После этого Штырь будет наименьшей из твоих проблем.
Лука смотрит с ненавистью, но вижу — сломлен. Огромный мужик передо мной, с калькулятором и бумажками, как нашкодивший школьник.
— Иди. Время пошло.
Он выходит, хлопнув дверью. С подоконника падает папка.
Я опускаюсь в кресло, тру виски. Вернулась, называется.
В дверь тихо стучит Андрей:
— Элеонора Сергеевна? Всё в порядке?
— Андрюша, принеси кофе. И валидол.
Он кивает и исчезает. Я смотрю на пустой счет. Три миллиона. Штырь. Два дня.
— Андрей! — окликаю. — Пока Лука разбирается, подними-ка мне оборотно-сальдовую ведомость по «Металл-Инвесту» за последние полгода. И все платежки к ней. Посмотрим, может, там не только этот эпизод всплывет.
Он садится за комп, пальцы бегают по клавишам:
— Сейчас, минуту... Оборотка готова. Скидываю вам.
Я открываю файл, пробегаю глазами по строкам. Дебет, кредит, сальдо... Цифры плывут, но я уже вижу — несколько крупных платежей в последний месяц вызывают вопросы. Слишком круглые суммы, слишком похожие друг на друга. Дробление, чтоб не светить.
— Андрей, посмотри контрагента по этим трем платежам. ООО «Техноресурс». Что за контора?
Он стучит по клавишам:
— Сейчас пробиваю... Зарегистрировано полгода назад. Уставной капитал — десять тысяч. Вид деятельности — оптовая торговля. Директор — Петрова Анна Сергеевна.
— Петрова? — переспрашиваю. — Фамилия знакомая?
— Я проверю, — Андрей уже роется в базах.
Тут Андрей подходит с ноутбуком:
— Петрова Анна Сергеевна — жена двоюродного брата Луки.
Я смотрю на него. Молчу. Потом открываю новый файл и начинаю набрасывать схему.
— Так, давай систематизируем. Три миллиона ушли Штырю через Луку. Еще около миллиона — через фирму его родственницы. Это уже четыре. И если копнуть глубже...
— Вы думаете, там еще есть? — осторожно спрашивает Андрей.
— Андрюша, — я смотрю на него устало. — Там всегда есть еще. Это Лука. Он не умеет останавливаться.
Я листаю ведомость дальше. Статья 76 — «Прочие расходы». Подозрительно толстая за последние месяцы. Статья 112 — «Транспортные услуги». Тоже жирная. Начинаю раскладывать по субсчетам, и картина вырисовывается неприятная.
— Андрей, иди-ка сюда. Видишь? Вот эти списания на ГСМ — в три раза выше обычного. Вот эти — на ремонт оборудования, хотя оборудование новое. А вот это — вообще красота: консультационные услуги неизвестно кого.
— Это Лука?
— А кто ж еще. Вопрос — сколько мы успеем найти до того, как он со Штырем разберется.
Андрей смотрит на меня с уважением и ужасом одновременно:
— Вы правда думаете, что он вернет деньги?
— Нет, — честно говорю я. — Не думаю. Но теперь у меня есть не просто подозрения, а цифры. А с цифрами, Андрюша, не поспоришь.
Достаю чистую папку, подписываю: «Лука. Досье». Начинаю складывать туда распечатки.
— А если он все-таки привезет? — спрашивает Андрей.
— Привезет — отлично. Папка ляжет в сейф до лучших времен. Не привезет — пойдет к Донну. Но в любом случае теперь я знаю, куда смотреть.
Смотрю на часы. Половина дня пролетело незаметно . Первый рабочий день после отпуска тянется бесконечно.
— Ладно, Андрей, иди домой. Завтра с утра продолжим.
— А вы?
— А я еще посижу. Надо разложить все по периодам, чтоб картина была полной.
Он уходит. Я остаюсь одна в тишине кабинета. Открываю программу, выгружаю данные за полгода. Сверяю остатки по всем счетам, которые курировал Лука. Цифры складываются в мозаику, и мозаика эта мне очень не нравится.
Где-то в половине девятого нахожу еще один интересный момент. Счет одной из авторемонтных мастерских, которые числятся за Лукой. В отчетности — прибыль, на деле — сплошные убытки. А деньги регулярно уходят на счета каких-то фирм-однодневок.
— Красиво, — бормочу я себе под нос. — Очень красиво. Если б не жадность, мог бы еще долго тянуть.
Записываю в блокнот: «Проверить мастерские за прошлый год. Сличить с налоговой».
Я смотрю на телефон, потом снова на экран с цифрами. Где-то там, в этом городе, Арес, наверное, тоже сидит в своем кабинете. Или уже дома. Или еще где.
Откладываю телефон, допиваю холодный кофе. Открываю следующую ведомость. Цифры ждут. Работа не сделана. А Лука где-то там, у Штыря, решает вопросы.
Посмотрим, кто быстрее....
(От лица Ареса)
Я догадывался, что у Эли есть проблемы на работе. Но знал: она не любит, когда вмешиваются. Хотел просто наблюдать со стороны — поддерживать, но не лезть.
Тем более что у меня самого всё ещё очень весело.
Вроде проблем стало меньше — поставки наладились, конфликт с восточными заморозили, старые волки притихли. Но чувство скорой опасности не отпускало. Оно было всё ближе, ближе, несмотря на внешнее спокойствие. Как будто за мной кто-то наблюдал. Как будто что-то назревало.
Данте говорил, что я себя накручиваю.
—у тебя паранойя, — сказал он вчера, когда я в сотый раз проверил охрану периметра. — Расслабься. Всё тихо.
— Слишком тихо, — ответил я.
Он только рукой махнул.
Сегодняшний день был похож на сотню предыдущих — звонки, встречи, решения. Я уже собирался закругляться, когда позвонил один из наших... как бы помягче... не самых сообразительных знакомых.
— Арес, выручай, — заныл он в трубку. — Тут проблема с людьми, не могу разобраться.
Я слушал его полчаса, периодически вставляя «угу» и «понял». Проблема была надуманной, люди — обычными, а он — просто паникёром.
В итоге я не выдержал.
— Тебе бы ум да береж, а то срать сядешь и хуй обсерешь, — выдал я в трубку. — Всё, я сказал. Сам решай свои проблемы.
Сбросил вызов и увидел Данте, который буквально задыхался от смеха, уткнувшись лицом в ладонь.
— Ну чё ты ржёшь опять? — поинтересовался я.
— Вот, Арес, я просто балдею от твоих фразочек, — он вытер слёзы. — А ну скажи ещё что-нибудь. Пожалуйста. Я хочу умереть от смеха.
Я посмотрел на его умоляющее лицо и вспомнил ещё парочку.
— «Оглянись вокруг себя — не ебёт ли кто тебя», — начал я. — «Быстро буквы встали в ряд пошел нах говорят ». «Солнце скрылось в облаках — появился хуй в очках». «Внёс в список дел, которые на хую вертел». И последняя: «Вот и снова день прошёл — ну и нахуй он пошёл».
Данте уже не смеялся — он рыдал, уткнувшись лбом в стол. Плечи ходили ходуном.
— Хватит, — простонал он. — Убью. Честное слово, убью.
— А чего ты хотел? — я махнул рукой и вернулся к документам.
У меня была куча фраз, но я решил остановиться. Тем более что нужно было звонить знакомой по поводу Анастасии.
Я набрал номер.
— Алло, Инга? Привет. По поводу той женщины... Да, Бутейко. Что нарыли?
Инга была моим человеком в информационном отделе. Если кто-то что-то искал, она находила.
— Слушай, Арес, — её голос звучал заинтересованно. — Тут интересная картина вырисовывается. Она не просто так заявилась.
— Рассказывай.
— Во-первых, никакой беременности нет и не было. Она обращалась в клинику, пыталась купить справку. Ей отказали.
— Я подозревал .
— Откуда? — удивилась Инга.
— Я так чувствую .
— А, ну тогда ладно. Во-вторых... — она понизила голос. — За ней кто-то стоит. Я пробила её счета за последние три месяца. Там регулярные поступления от одной фирмы. Фирма, судя по документам, торгует стройматериалами, но на самом деле...
— Что?
— Это подставная контора, Арес. Зарегистрирована на имя какого-то бомжа. А деньги идут из структур восточных.
У меня внутри похолодело.
— Восточные? То есть Штырь?
— Не напрямую, но цепочка ведёт к нему, да.
— Твою мать, — выдохнул я.
— Это ещё не всё, — продолжила Инга. — Она встречалась с Лукой. Два раза за последний месяц. О чём говорили — неизвестно, но встречались не в публичных местах.
— С Лукой? — переспросил я.
— Да.
Я молчал, переваривая.
— Арес? Ты там?
— Да, Инга. Спасибо. Вышли мне всё, что есть. И держи руку на пульсе.
— Сделаю.
Я положил трубку и посмотрел на Данте. Он уже пришёл в себя.
— Что? — спросил он.
— Наша гостья не просто так приезжала. За ней Штырь. И она встречалась с Лукой.
— С тем, который у Эли в подчинении?
— Да.
Мы переглянулись.
— Надо сказать ей, — сказал Данте.
— Знаю, — я потёр переносицу. — Но сначала надо понять, насколько глубоко это всё. Если Лука работает на восточных, Эля в опасности. А если он просто встречался с ней по другой причине...
— По какой?
— Не знаю. Может, она его любовница? Может, он просто дурак?
Данте покачал головой:
— Слишком много совпадений.
Я кивнул.
— Завтра подойду к ней. Поговорю. Но сначала — проверю Луку досконально. Если он хоть как-то связан с этим, я его лично...
Я не договорил. Данте понял.
— Осторожнее, — сказал он тихо. — Ты сейчас не просто босс. Ты муж. И если с ней что-то случится...
— Не случится, — перебил я. — Я не допущу.
Данте вздохнул и вышел.
Я остался один.
«Чем быстрее я решу эту проблему, — подумал я, — тем быстрее буду рядом с ней».
Но внутри всё сжималось от плохого предчувствия.