20 глава
(От лица Элеоноры)
Утро началось с отчётов.
Я сидела в своём кабинете, уткнувшись в монитор, и пыталась сосредоточиться на цифрах. Но цифры плясали, строчки расплывались, а перед глазами всё ещё стояла вчерашняя сцена: Арес, стоящий на крыльце с этой... этой женщиной.
— Так, — сказала я себе. — Работа. Только работа.
Я сделала глоток остывшего чая и открыла очередной документ. Но пальцы уже сами набрали номер.
— Алё, Стешка? — спросила я, когда подруга ответила. — Не занята?
— Для тебя всегда свободна, — бодро откликнулась она. В трубке слышались какие-то медицинские звуки — пиканье аппаратов, приглушённые голоса. — Колись, что случилось. У тебя голос как у человека, который не спал всю ночь.
— А я и не спала, — вздохнула я. — Слушай, тут такое дело...
Я рассказала всё. Про Анастасию, про её заявление, про то, как она ворвалась в дом. Про то, как Арес выставил её, но осадок остался.
— Ну пиздец, — выдохнула Стеша, когда я закончила. — Ладно, зная тебя, ты была как снежная королева. В смысле — холодная, невозмутимая, всех послала?
— Примерно, — усмехнулась я. — Но дело не в этом. Слушай, у неё фамилия Бутейко. Тебе ничего не говорит?
— Бутейко... — Стеша задумалась. — Погоди, это та, которая...
— Которая? — насторожилась я.
— Не знаю, — протянула подруга. — Но у вас же есть камеры? Скинь её фотку. У меня в консультации сегодняшние пациентки, могу проверить, не мелькала ли.
— Стеш, ты гений, — сказала я. — Жди.
Я спустилась вниз, к посту охраны. Марко, Лев и Игорь как раз пили кофе, обсуждая что-то своё.
— Ребята, — попросила я, — нужны кадры со вчерашней гостьи. Все, какие есть.
— Сделаем, — кивнул Марко и застучал по клавиатуре.
Через пять минут у меня в телефоне была подборка фотографий Анастасии. Крупным планом, в полный рост, даже пара кадров, где она курит у машины, задрав голову.
Я отправила Стеше.
— Держи. Спасибо, мальчики, — бросила я охране и умчалась обратно в кабинет.
Ждать пришлось недолго. Минут через двадцать телефон завибрировал.
— ТА-А-АК, — голос Стеши звучал так, будто она только что выиграла в лотерею. — Бля-я-ять. Она нам в женскую консультацию приходила!
— Что?! — я аж привстала.
— Да! На прошлой неделе. Просила нашего врача — ну, Светлану Петровну, я тебе о ней рассказывала, — сделать ей справку о поддельной беременности. Предлагала деньги, связи, всё что угодно.
У меня внутри всё оборвалось. Я медленно опустилась в кресло.
— И что врач?
— Послала её, конечно, — фыркнула Стеша. — Светлана Петровна — женщина принципиальная. Сказала, что если та не уйдёт, вызовет охрану и напишет заявление в полицию. Та и свалила.
— Ни хрена себе, — выдохнула я. — То есть она реально врёт.
— Врёт, — подтвердила Стеша. — И довольно топорно. Но факт: она пыталась раздобыть липовую справку о беременности. Для чего — догадаться нетрудно.
Я молчала, переваривая информацию.
— Эль, ты там как? — осторожно спросила подруга. — Не зависла?
— Нет, — ответила я. — Просто... думаю.
— О чём?
— О том, что теперь делать.
— Сказать Аресу?
— Он сам обещал разобраться, — медленно проговорила я. — Я подожду. Пусть принесёт мне доказательства сам. Я хочу посмотреть, как он это сделает. И что скажет.
— Играешь в молчанку?
— Играю, — согласилась я. — Но по-своему.
— Ох, Элька, — вздохнула Стеша. — Смотри, не переиграй.
— Не переиграю. Спасибо тебе. Ты — золото.
— Знаю, — хмыкнула она. — Ладно, побежала. У меня там пациентка с икотой, которая не проходит третьи сутки. Буду лечить смехом.
— Удачи.
Я положила трубку и откинулась на спинку кресла.
«Вот, значит, как, Анастасия Бутейко, — подумала я. — Липовая беременность. Липовые чувства. Липовая жизнь».
Интересно, что она надеялась получить? Ареса? Деньги? Статус?
И главное — кто за ней стоит?
Я чувствовала нутром: эта женщина — не просто бывшая, которая не может забыть прошлое. За ней кто-то есть. Кто-то, кто хочет ударить по Аресу через меня.
— Ну ничего, — сказала я вслух. — Посмотрим.
Я открыла ноутбук и полезла в базы данных.
Параллельно нужно было работать. Отчёты не ждали.
Но мысли то и дело возвращались ко вчерашнему.
---
Час спустя.
— ДА КАКОГО ХРЕНА?! — заорала я в телефон. — Где миллион, я спрашиваю, суки?!
На том конце провода кто-то мялся и оправдывался. Я слушала вполуха, потому что уже поняла: эти придурки, пока меня не было, умудрились потерять следы крупной суммы. Миллион. Не в рублях — в долларах.
Я швырнула трубку на рычаг и схватилась за голову.
— Твою мать, — выдохнула я. — Только я свалила с базы — они сразу начали деньги тыбзить. Суки. Просто суки.
Я вскочила, прошлась по кабинету. Потом села обратно.
— Ничего, — сказала я себе. — Как только ситуация станет лучше — сразу приеду и наведу порядки. Лично. Каждому вкручу по первое число.
Но внутри всё кипело.
Сначала эта Анастасия. Потом работа, которая без меня разваливается. Потом Арес, который... который непонятно где и непонятно что думает.
Я посмотрела на портрет, стоящий на мольберте в углу. Красные подтёки на фоне казались сейчас почти зловещими.
---
(От лица Ареса)
Мы с Данте сидели в кабинете и курили в форточку — редкое удовольствие, которое я позволял себе только в минуты особого напряжения.
— Да ты бы видел мою рожу, когда она это сказала, — проговорил я, затягиваясь. — Трындец вообще.
— Представляю, — усмехнулся Данте. — Ладно, сейчас с поставками разгребёмся и займёмся этой... Бутейко.
— Что по поставкам?
— Нормально, — он потёр шею. — Я смотрю, обстановка выравнивается. Может, хватит уже Элю в четырёх стенах держать? Я слышал, у них там в финансовом отделе полный трындец. Сергей с нами тусуется, на базу не заезжает, контроля нет.
Я нахмурился.
— Думаешь, пора?
— Уверен, — кивнул Данте. — Она не создана для сидения взаперти. Ты её скоро с ума сведёшь, если уже не свёл.
Я хотел ответить, но в этот момент зазвонил телефон. Эля.
— Ар, — голос усталый, но решительный. — Верни меня на работу. Полностью. А то без меня там задница.
Я усмехнулся. Даже через телефон чувствовал, как она кипит.
— Хорошо, — сказал я. — С завтрашнего дня. Полный доступ, все вопросы решаешь сама. Но охрану снимать рано. Будешь ездить с Марко.
— Договорились, — выдохнула она. И добавила тише: — Спасибо.
— Не за что.
Она мыкнула что-то неразборчивое и сбросила вызов.
Я посмотрел на Данте.
— Что? — спросил он.
— Согласилась. Сказала спасибо и сбросила.
— Недовольна?
— Не знаю, — честно ответил я. — Голос усталый. Обижена, наверное.
— А ты думал? — Данте затушил сигарету. — К тебе бывшая заявляется, заявляет о беременности, ты её выгоняешь, но не объясняешь толком ничего. Она же не дура, всё понимает. Но осадок остаётся.
— Я объяснил.
— Ты сказал, что ничего не было, — поправил Данте. — А надо было сказать, что ничего не значит. Что она для тебя — ноль. Что ты выбираешь Элю.
Я молчал.
— Скажешь? — спросил он.
— Скажу, — ответил я. — Когда разберусь с этим дерьмом окончательно.
— Смотри, не опоздай, — Данте хлопнул меня по плечу и вышел.
Я остался один.