Линия разлома

°༄
⋆*∗

Иногда опаснее всего становятся не враги.
А моменты, в которых наконец перестаёшь держать дистанцию.

POV: Neteyam °༄
⋆*∗

К вечеру стало тише.

После леса, после разговора с Кири, после того, как Тэй'ана вернулась вместе с нами, что-то незаметно сдвинулось. Не резко. Не так, чтобы это можно было назвать вслух. Но я чувствовал. В том, как она теперь смотрела чуть дольше, чем раньше. Как не отходила сразу, если мы оказывались рядом. Как перестала напрягаться каждый раз, когда я подходил слишком близко. И это было опасно, потому что я тоже начал привыкать.

Вечером поселение постепенно успокаивалось. Где-то ещё слышались голоса, смех детей, плеск воды у настилов, но всё это уже становилось фоном. Небо темнело медленно, оставляя на поверхности моря длинные полосы тусклого серебра, и ветер наконец перестал быть жарким. Я заметил её раньше, чем успел понять, что уже ищу взглядом.

Тэй'ана сидела у края настила одна, опустив одну ногу к воде. Волны иногда касались кожи и сразу уходили обратно, а она будто даже не замечала этого. Волосы после вечернего купания ещё оставались влажными, тёмные пряди лежали вдоль плеч и спины, и в полумраке всё вокруг неё казалось слишком спокойным для человека, который ещё недавно готов был броситься на Аонунга.

Я подошёл ближе.

Она услышала шаги сразу — я понял это по тому, как едва заметно дрогнули её уши, чуть повернувшись в мою сторону раньше, чем она сама обернулась бы или хотя бы пошевелилась. Но головы Тэй'ана так и не повернула. Продолжала смотреть на воду так, будто не только знала, кто подошёл, но и заранее решила, что не станет делать из этого ничего особенного.

— Ты опять не спишь? — спросил я спокойно.

— Как и ты, — ответила она почти сразу. Я усмехнулся краем губ и сел рядом, оставляя между нами небольшое расстояние. Не потому что хотел его оставить. Скорее потому, что слишком хорошо понимал — если сяду ближе, начну замечать слишком многое.

Несколько секунд мы молчали.

Вода тихо билась о сваи под настилом, где-то вдали перекликались морские птицы, а Тэй'ана смотрела вперёд так внимательно, будто в темноте действительно можно было что-то разглядеть.

— Кири сказала, ты обычно любишь быть один, — произнесла она вдруг. Я повернул голову чуть медленнее, чем нужно.

— Кири слишком много говорит.

— Нет, — она чуть качнула головой. — Она просто наблюдательная.

— Это семейное, — я тихо хмыкнул. Тэй'ана впервые за вечер усмехнулась по-настоящему — коротко, едва заметно, но уже без прежней колкости. И именно это почему-то ударило сильнее, чем её привычные поддёвки. Потому что теперь я начинал понимать: мне нравится, когда она расслабляется рядом со мной. Эта мысль пришла слишком прямо, поэтому я отвёл взгляд к воде.

— Пойдём пройдёмся, — сказал я раньше, чем успел подумать. Она посмотрела на меня чуть внимательнее.

— Это опять просьба?

— Пока да.

— А потом?

— Потом посмотрим, — на секунду мне показалось, что она сейчас снова начнёт спорить. Но вместо этого Тэй'ана легко поднялась на ноги.

— Удобно придумал, — я усмехнулся и пошёл рядом.

Сначала мы почти не разговаривали. Просто шли вдоль воды, туда, где заканчивались основные настилы поселения и берег становился тише. Песок под ногами был прохладнее, чем днём, ветер сильнее цеплялся за кожу, а море в темноте выглядело почти бесконечным.

Тэй'ана шла чуть впереди, иногда оглядываясь через плечо, будто проверяя, иду ли я следом. И каждый раз дожидалась. В какой-то момент она резко остановилась, развернулась ко мне лицом и пошла спиной вперёд.

— Ты всегда такой серьёзный? — спросила она.

— Нет.

— Врёшь.

— Иногда.

— Это тоже враньё? — Она прищурилась.

— Возможно.

— С тобой невозможно разговаривать, — Тэй'ана хмыкнула тихо, качнув головой.

— Но ты ведь всё равно разговариваешь, — улыбнулся я. Она ткрыла рот, явно собираясь ответить что-то колкое, но в этот момент нога соскользнула с влажного камня.

— Осторожнее, — всё произошло быстро. Она дёрнулась назад, потеряв равновесие, и я почти рефлекторно поймал её за талию. Тэй'ана замерла. И я тоже... Слишком близко. Настолько, что я чувствовал её дыхание на своей шее. Одной рукой всё ещё удерживал её за талию, второй — за предплечье, и вместо того чтобы сразу отпустить, почему-то продолжал держать. Она подняла голову первой. И в её взгляде уже не было привычной защиты. Только что-то тихое.

— Теперь это тоже «просьба»? — спросила она почти шёпотом. Я усмехнулся, хотя внутри уже становилось слишком тяжело дышать.

— Нет, — ответил я так же тихо. — Это рефлекс.

— Жаль.

Я не сразу понял, что она сказала это серьёзно. А когда понял — стало поздно. Потому что в этот момент что-то внутри действительно сорвалось.

Наверное, я должен был отпустить её сразу. Как только понял, что она не упадёт. Но пальцы всё ещё ощущали тепло её кожи сквозь тонкие украшения на талии, и от этого внутри становилось только хуже. Тэй'ана тоже не двигалась. Стояла слишком близко, запрокинув голову ровно настолько, чтобы смотреть мне в глаза, и в этом взгляде уже не было ни насмешки, ни привычного вызова.

Я медленно выдохнул и всё-таки убрал руки — сначала с её предплечья, потом с талии, стараясь сделать это спокойно, будто внутри ничего не произошло. Но тело уже не слушалось так хорошо, как раньше.

Она заметила.

Тэй'ана чуть склонила голову, наблюдая за мной слишком внимательно, а потом вдруг усмехнулась краем губ — тихо, почти лениво.

— Ты сейчас выглядишь так, будто жалеешь, что поймал меня.

— Я жалею, что ты постоянно пытаешься упасть, — ответил я сразу.

— Неправда.

— Правда.

— Нет, — она сделала полшага ближе прежде, чем я успел понять это движение. — Ты просто не знаешь, что теперь со мной делать.

Я почувствовал, как внутри снова опасно потянуло напряжением. Потому что она была права. Я действительно не знал. Раньше всё было проще. Любая опасность имела понятную форму — бой, враг, решение, ответственность. А рядом с Тэй'аной всё постоянно выходило из-под контроля в вещах, которые вообще невозможно было просчитать заранее. Она смотрела слишком прямо. И хуже всего было то, что уходить сейчас не хотелось совсем.

— А ты? — спросил я тише. — Ты знаешь?

На секунду её лицо изменилось едва заметно. Будто вопрос попал точнее, чем я рассчитывал. Но Тэй'ана быстро усмехнулась снова.

— Нет, — ответила она честно. — И меня это раздражает.

Несколько секунд никто из нас не двигался. Ветер становился сильнее, принося с моря прохладу и солёный запах воды, но расстояние между нами всё равно ощущалось слишком маленьким. Я видел, как влажные пряди прилипли к её шее, как медленно поднимается и опускается дыхание под рёбрами, и от этого становилось только хуже. Тэй'ана первой отвела взгляд. Она медленно повернулась обратно к морю и пошла дальше вдоль берега, будто ничего не произошло. Только шаг теперь стал чуть медленнее. Я выдохнул через нос, пытаясь вернуть себе хоть какое-то подобие контроля, и пошёл следом.

Некоторое время мы молчали.

Впереди темнела вода, волны лениво накатывали на песок, оставляя на нём серебристые полосы, а над морем уже начали появляться первые огни ночных существ. Поселение осталось достаточно далеко, чтобы голоса почти исчезли. Здесь были только мы, ветер и шум воды.

И это почему-то ощущалось слишком личным.

Тэй'ана вдруг наклонилась, подняла что-то с песка и развернулась ко мне. Маленькая раковина, переливающаяся изнутри мягким голубым светом, лежала у неё на ладони.

— Здесь всё светится, — сказала она, разглядывая её с таким вниманием, будто это действительно было чем-то удивительным.

— Тебя это поражает?

— Меня до сих пор поражает, как вы, лесные на'ви живёте почти в воде и считаете это нормальным.

— А меня поражает, что ты жила где-то на высоте без леса.

— Это вынужденная мера, — она закатила глаза, но уголки её губ всё равно дрогнули. И я вдруг поймал себя на том, что начинаю запоминать эти моменты слишком внимательно. Не её колкости, не споры. А именно вот эти короткие настоящие улыбки, которые появлялись редко и всегда неожиданно. Тэй'ана медленно провела пальцем по внутренней стороне раковины, затем вдруг спросила:

— Ты всегда такой?

— Какой?

— Спокойный, — она задумалась на секунду. Я невольно усмехнулся. Если бы она знала.

— Нет, — ответил я честно. — Просто привык выглядеть так.

— Почему? — Она посмотрела внимательнее. Я не ответил сразу. Наверное, мог бы отшутиться. Обычно так и делал, но сейчас почему-то не хотелось. Мы остановились у самого края воды, где волны уже касались ступней, и я несколько секунд просто смотрел вперёд, собираясь с мыслями.

— Потому что кто-то должен, — сказал я наконец тихо. — Отец всегда держит всё на себе. После него... это должен делать я, — Тэй'ана ничего не сказала, и именно поэтому я продолжил. — Ло'ак постоянно лезет в неприятности. Кири слишком многое чувствует. Тук ещё маленькая. Мама переживает за всех сразу, даже когда злится, — я коротко усмехнулся без веселья. — И если я тоже начну терять контроль... всё развалится быстрее, чем кажется, — смотрела на меня так внимательно, что от этого становилось почти не по себе.

— Ты правда так думаешь? — спросила она тише.

— Разве это не очевидно?

— Нет.

— Почему?

Тэй'ана несколько секунд молчала, будто подбирая слова, что вообще случалось с ней редко.

— Потому что ты не похож на того, кто живёт для себя, — сказала она наконец. — Только для других, — я отвёл взгляд к воде.

— Иногда мне кажется, что я уже не умею иначе, — признался раньше, чем успел остановить себя. — Слушай, всё это должно остаться в этом вечере, между нами.

— Потому что ты не похож на того, кто живёт для себя, — сказала она наконец. — Только для других, — я отвёл взгляд к воде.

— Иногда мне кажется, что я уже не умею иначе, — признался раньше, чем успел остановить себя. — Слушай... всё это должно остаться в этом вечере. Между нами.

Последние слова прозвучали тише, чем я собирался. Не как просьба даже — скорее как что-то, что я сам до конца не понимал, зачем говорю. Тэй'ана медленно повернула голову в мою сторону. Ветер шевельнул тёмные пряди у её лица, и несколько секунд она просто смотрела на меня слишком внимательно, будто пыталась понять не смысл слов, а то, что за ними скрывается.

— Почему? — спросила она негромко. Я коротко усмехнулся, но без веселья.

— Потому что если Кири узнает, что я иногда хочу сбежать от собственной семьи куда-нибудь в лес и не слышать никого хотя бы один день, она будет припоминать это мне всю жизнь.

— Это весь твой страшный секрет? — в её голосе мелькнула тихая насмешка.

— Нет, — ответил я честно. — Но остальное я тебе точно не расскажу.

— Боишься?

— С тобой? — я посмотрел на неё прямо. — Да.

Её молчание вдруг стало слишком тяжёлым. Не неловким — наоборот. Таким, в котором оба уже понимали гораздо больше, чем собирались. Тэй'ана медленно подошла ближе. Без резкости или своей привычной дерзости. Просто сократила расстояние между нами так спокойно, будто это было самым естественным решением в мире. Я почувствовал запах солёной воды и влажных листьев от её кожи ещё до того, как она подняла голову.

— Тогда это тоже может остаться в сегодняшнем вечере, — сказала она тихо. И прежде чем я успел понять, что именно она собирается сделать, её губы мягко коснулись моих. Осознанно... И именно это сломало остатки контроля окончательно.

Я притянул её к себе почти сразу — слишком резко, слишком жадно для того, кто ещё секунду назад пытался сохранять спокойствие. Тэй'ана тихо выдохнула мне в губы, пальцы мгновенно сжались на моих плечах, и от этого внутри будто сорвало всё сразу.

Поцелуй стал глубже почти мгновенно.

Я чувствовал её дыхание, тепло кожи под ладонями, то, как она сначала замерла от этой резкости, а потом сама подалась ближе, отвечая так же сильно. Мир вокруг начал исчезать слишком быстро — шум воды, ветер, даже собственные мысли.

Осталась только она.

Мои руки скользнули по её спине, притягивая ещё ближе, и в какой-то момент я понял, что уже не думаю вообще ни о чём. Только о том, как мало расстояния между нами и как этого всё равно недостаточно. Тэй'ана коротко вдохнула, когда я коснулся губами её шеи, и это окончательно выбило из равновесия. Я почувствовал, как её пальцы сильнее сжались на мне, как она запрокинула голову ровно настолько, чтобы я потерял последние остатки здравого смысла.

— Нетейам... — выдохнула она тихо, и собственное имя в её голосе прозвучало хуже любой ловушки. Я прижал её к себе ещё сильнее почти рефлекторно. И только через несколько секунд понял, насколько далеко мы уже зашли.

Эта мысль ударила резко, почти болезненно, возвращая способность думать. Я замер первым. Тяжело дыша, всё ещё удерживая её рядом, но уже понимая, что если сейчас не остановлюсь — не остановлюсь вообще.

Тэй'ана тоже почувствовала это сразу. Несколько секунд мы просто стояли так близко, что дыхание всё ещё смешивалось, а внутри у меня всё буквально разрывалось между желанием снова притянуть её к себе и остатками контроля, которые держались уже из последних сил. Я медленно уткнулся лбом в её висок и выдохнул хрипло.

— Это очень плохая идея.

И, судя по тому, как дрогнули её пальцы на моих плечах, она совсем не была со мной согласна.

— Да, очень плохая... — выдохнула она почти мне в губы. И этого оказалось достаточно, чтобы окончательно потерять остатки здравого смысла.

Я снова поцеловал её — уже без попытки быть осторожным — резче и глубже... Так, будто за те несколько секунд, что мы остановились, напряжение внутри стало только сильнее. Тэй'ана тихо вдохнула, почти сразу отвечая с той же силой, и от этого внутри всё сорвалось ещё сильнее. Мои руки снова легли ей на талию, притягивая ближе, пока между нами не осталось вообще ничего — ни воздуха, ни расстояния, ни возможности сделать вид, что это всё ещё можно контролировать. Она дрожащими пальцами сжала украшения у меня на плечах, и я почувствовал, как её дыхание окончательно сбивается, когда мои губы снова скользнули к её шее.

Мир вокруг исчезал слишком быстро. Шум волн стал далёким. Ветер — неважным. Даже мысли перестали складываться во что-то связное.

Осталась только она. Тёплая кожа под ладонями. Сбитое дыхание. То, как она прижимается ближе сама, будто уже не пытается остановить ни меня, ни себя. Я чувствовал, что ещё немного — и назад дороги уже не будет. И, кажется, Тэй'ана поняла это в тот же момент. Её ладони резко легли мне на грудь не грубо, но достаточно твёрдо, чтобы остановить движение прежде, чем я снова притянул бы её к себе. Я замер сразу, тяжело дыша.

Она тоже.

Несколько секунд мы просто стояли так близко, что я всё ещё чувствовал её дыхание на своей коже, но теперь между нами появилась эта тонкая, болезненная граница, которую никто не хотел проводить — и всё-таки пришлось. Тэй'ана медленно подняла взгляд. В темноте её глаза казались почти чёрными, и в них всё ещё оставалось то же самое — желание, от которого внутри у меня снова опасно сжалось. Но голос прозвучал тихо и слишком трезво.

— Нам пора возвращаться, — сказала она с трудом, будто каждое слово давалось через сопротивление. Я не ответил сразу. Потому что какая-то часть меня всё ещё хотела проигнорировать эти слова полностью. Тэй'ана коротко выдохнула и всё-таки убрала ладони с моей груди, будто это движение далось ей тяжелее, чем должно было. — Каждому в свой маруи, — добавила она уже тише. — В свою реальность.

После этих слов что-то внутри болезненно дёрнулось, потому что она была права.

Это действительно ощущалось как что-то отдельное от остального мира. Будто этот вечер существовал сам по себе — только для нас двоих, без клана, без войны, без прошлого и без того, что ждёт дальше. И именно поэтому он был таким рискованным. Я медленно провёл рукой по лицу, пытаясь вернуть дыхание в норму, но получалось плохо. Тэй'ана стояла напротив всё ещё слишком близко, волосы растрепались от ветра и моих рук, губы слегка припухли от поцелуев, и от одного взгляда на неё внутри снова становилось тяжело.

Эйва.

Я хрипло усмехнулся себе под нос.

— Ты сейчас делаешь то, что обычно делаю я, — сказал тихо. Уголки её губ дрогнули едва заметно, но взгляд остался опасно серьёзным.

— Значит, ситуация совсем плохая.

Я закрыл глаза на секунду, коротко качнув головой, а потом всё-таки сделал шаг назад первым. И это оказалось почти сложнее, чем остановиться вообще.

Мы пошли обратно медленно.

Слишком медленно для тех, кто всего несколько минут назад пытался убедить себя остановиться. Между нами больше не было прежней лёгкости — только странная, почти болезненная осторожность, как будто любое случайное движение снова могло разрушить тот хрупкий контроль, который удалось вернуть с таким трудом. И всё же мы продолжали идти рядом. Иногда наши плечи едва заметно касались друг друга, и каждый такой контакт ощущался слишком остро. Я смотрел вперёд, на огни поселения, постепенно приближающиеся сквозь темноту, и пытался не думать о том, как легко было бы снова притянуть её к себе.

Получалось плохо.

Тэй'ана тоже молчала почти всю дорогу. Только один раз я заметил, как она медленно провела пальцами по собственным губам, будто всё ещё чувствовала поцелуи, и после этого внутри снова опасно потянуло напряжением.

Эйва.

Когда впереди наконец показался её маруи, внутри неожиданно появилось раздражающее ощущение, что путь закончился слишком быстро. Тэй'ана остановилась первой. Тёплый свет изнутри мягко ложился на её лицо, подсвечивая влажные пряди волос и тень от ресниц на щеках. Несколько секунд она просто стояла, глядя на меня так внимательно, будто тоже не хотела, чтобы этот вечер заканчивался именно сейчас.

— Мы пришли.

— Да, — ответил я тихо. Никто из нас не двигался. Это было почти смешно. После всего, что произошло, прощание вдруг оказалось одной из самых сложных вещей за вечер. Тэй'ана чуть склонила голову, и в её взгляде снова мелькнуло то самое выражение — неуверенное ровно настолько, чтобы я понял: она чувствует всё это не меньше моего.

— Нетейам... — начала она и замолчала. Я посмотрел на неё внимательнее.

— Что?

Она несколько секунд будто решала, стоит ли вообще продолжать, а потом тихо выдохнула:

— Спасибо... за сегодняшний вечер.

Что-то внутри сжалось слишком резко. Потому что она сказала это так, словно действительно собиралась оставить всё здесь. В этой ночи. Между шумом моря и темнотой берега. Я сделал шаг ближе прежде, Тэй'ана сразу подняла взгляд, и на секунду мне показалось, что сейчас всё повторится снова. Но вместо этого я только очень осторожно убрал тёмную прядь волос ей за ухо — медленно, почти невесомо, как будто боялся спугнуть сам момент. Она замерла и не отвела глаз.

— Доброй ночи, Тэй'ана, — сказал я тихо. Её дыхание едва заметно сбилось.

— Доброй ночи, Нетейам.

После этого я всё-таки отступил первым. И только развернувшись, понял одну очень плохую вещь. Теперь забыть этот вечер уже не получится ни у кого из нас.

°༄
⋆*∗

Утро наступило слишком быстро.

Мне казалось, что я вообще не спал — просто лежал с закрытыми глазами, пока темнота медленно становилась светлее, а в голове снова и снова прокручивался вчерашний вечер. Её дыхание у моих губ. Пальцы на плечах. То, как она дрожащим голосом сказала, что нам пора остановиться... и как сама же едва не передумала секунду спустя.

Эйва.

Я резко выдохнул, проводя ладонью по лицу, будто это могло хоть немного привести мысли в порядок. Не помогло. Снаружи уже слышались голоса Меткайина, плеск воды у настилов, чьи-то шаги — поселение просыпалось, как обычно. Только я сам ощущал себя совсем не как обычно. Потому что теперь всё стало хуже... Или лучше. Я до сих пор не понимал.

Выйдя наружу, я почти сразу поймал себя на том, что ищу её взглядом раньше, чем успеваю подумать об этом. Это раздражало. Особенно потому, что я ничего не мог с этим сделать. Тэй'ану я заметил у дальнего настила рядом с Циреей и Тук. Они о чём-то разговаривали, и Тук активно махала руками, явно рассказывая что-то слишком эмоционально. Цирея тихо смеялась, а вот Тэй'ана... Я замер на секунду. Она выглядела спокойной, но я уже начинал понимать разницу между её настоящим спокойствием и тем, которое она собирает на себя как броню. Она почувствовала мой взгляд почти сразу. Я увидел это по тому, как едва заметно дрогнули её уши, п потом всё-таки посмотрела. И этого короткого взгляда хватило, чтобы внутри снова всё опасно сжалось, потому что она тоже помнила.

Я понял это сразу.

Тэй'ана отвела глаза первой. Почти мгновенно. Слишком быстро для человека, которому всё равно. Потом что-то ответила Тук, но уже через секунду снова посмотрела в мою сторону — будто против собственной воли проверяя, стою ли я ещё здесь. Я стоял... И, кажется, это было ошибкой. Потому что теперь отвести взгляд первым не получилось уже у меня.

— Братец, — голос Ло'ака рядом прозвучал слишком резко, выдёргивая меня обратно в реальность. — Ты чего завис?

— Ничего, — я медленно перевёл на него взгляд. Он прищурился сразу, явно не поверив ни единому слову, потом проследил направление моего взгляда... и его лицо мгновенно стало слишком понимающим.

— О-о-о, — протянул он тихо. — Да ладно...

— Ло'ак.

— Что? Я ничего не сказал.

— Именно... И продолжай в том же духе.

Он тихо хмыкнул, уже явно собираясь сказать что-то ещё, но в этот момент Тэй'ана направилась прямо в нашу сторону вместе с Циреей и Тук, и внутри у меня всё снова напряглось так резко, будто вчерашний вечер только что повторился.

Эйва, это уже ненормально.

Тэй'ана шла чуть впереди остальных. Влажные после воды волосы были собраны лишь частично, несколько прядей падали вдоль шеи, и я слишком отчётливо вспомнил, как вчера касался этой кожи губами.

Плохая идея... очень плохая.

Она остановилась рядом с нами, но теперь уже избегала смотреть прямо на меня слишком долго. И именно это окончательно выдавало её сильнее любых слов.

— Доброе утро, — сказала Цирея спокойно.

— Доброе, — ответил я, всё ещё пытаясь звучать нормально. Тук тут же начала что-то рассказывать Ло'аку, утягивая его внимание на себя, и на несколько секунд между мной и Тэй'аной повисло молчание. Она наконец коротко и осторожно подняла взгляд.

— Ты выглядишь ужасно.

— Спасибо, — я невольно усмехнулся.

— Пожалуйста.

И вот тут она всё-таки не выдержала первой — уголки её губ дрогнули в едва заметной улыбке. Совсем маленькой, только для меня. И именно это оказалось хуже всего. Потому что теперь я начинал замечать такие вещи сразу. Разницу между её обычной усмешкой и той, что появлялась только в редкие моменты, когда Тэй'ана переставала защищаться. И от этого внутри снова становилось опасно тепло.

— Почему ты вообще выглядишь так, будто тебя ночью били? — продолжила она уже тише, чуть склонив голову.

— Потому что кто-то не дал мне нормально поспать.

Её взгляд мгновенно дрогнул. Тэй'ана тут же отвела глаза, будто слишком поздно поняла, к чему могут привести такие разговоры при остальных рядом.

— Не понимаю, о чём ты, — сказала она ровно.

— Конечно.

— Конечно.

Ло'ак, стоявший рядом с Тук, подозрительно прищурился, переводя взгляд с меня на неё и обратно.

— Почему вы разговариваете так странно? — спросил он наконец.

— Потому что ты стоишь рядом, — ответила Тэй'ана раньше меня. Цирея тихо прыснула со смеху, а Ло'ак возмущённо нахмурился.

— Вообще-то я ничего не сделал.

— Зная тебя, — спокойно сказала Тэй'ана. — Это временно.

Я невольно фыркнул, опуская голову, чтобы скрыть улыбку, и именно в этот момент почувствовал на себе её взгляд. Когда я поднял глаза, она уже смотрела в сторону моря, но слишком спокойной не выглядела. Наоборот — будто сама злилась на себя за то, что этот разговор даётся ей так легко. Тук тем временем начала тянуть Ло'ака за руку к воде, требуя показать что-то «очень важное», и спустя несколько секунд он уже недовольно уходил вместе с ней, продолжая спорить на ходу. Цирея проводила их взглядом, потом повернулась к нам. И слишком понимающе улыбнулась.

— Я, наверное, тоже пойду, — сказала она так невинно, что сразу стало ясно — всё она заметила ещё давно.

— Цирея, — начал я предупреждающе.

— Что? — она улыбнулась уже шире. — Я ничего не сказала.

— Пока.

Тэй'ана рядом тихо усмехнулась, а потом вдруг отвернулась слишком резко, будто снова вспомнила вчерашний вечер одновременно со мной. Через несколько секунд мы остались вдвоём. И тишина сразу изменилась. Только что рядом были остальные — шум, разговоры, привычная защита. А теперь снова остались только мы, утренний ветер и это ненормальное напряжение между нами, которое после вчерашнего стало почти осязаемым. Тэй'ана медленно выдохнула, глядя куда-то в сторону воды.

— Кажется, Кири уже всё поняла, — сказала она.

— Кири понимает слишком много.

— А Ло'ак слишком мало.

— Это тоже семейное.

Она усмехнулась, но теперь уже без прежней лёгкости. Я видел, как её пальцы машинально скользнули по собственному запястью — нервное движение, которого раньше у неё почти не было. Значит, её тоже всё это выбило из равновесия сильнее, чем она хочет показывать. Эта мысль одновременно радовала и делала только хуже. Тэй'ана наконец посмотрела на меня прямо. И вот теперь в её взгляде снова было то самое — опасное воспоминание о вчерашнем вечере, от которого внутри мгновенно стало тяжело дышать.

— Нетейам... — начала она тихо, но договорить не успела.

— Нетейам! — голос отца раздался со стороны центральных настилов. Мы оба одновременно обернулись слишком резко. Джейк уже шёл в нашу сторону вместе с Тоновари, и я почувствовал, как Тэй'ана рядом мгновенно выпрямилась, будто за секунду снова надела всю свою привычную броню. Момент исчез так быстро, словно его вообще не было. Но хуже всего было то, что теперь я уже точно знал: следующего такого момента мы оба будем ждать слишком сильно.

Тоновари остановился первым. Его взгляд сразу скользнул по нам обоим — слишком внимательный для простого совпадения, но лицо осталось спокойным. Отец рядом выглядел привычно собранным, только в глазах уже читалось то самое выражение, которое появлялось у него перед серьёзным разговором. Тэй'ана едва заметно напряглась рядом со мной. Я почувствовал это даже без взгляда — по тому, как изменилось её дыхание, как чуть приподнялись плечи. Тоновари перевёл взгляд на неё.

— Ты уже начала привыкать к воде, — сказал он спокойно. Это не прозвучало вопросом, а скорее наблюдением. Тэй'ана выдержала его взгляд прямо.

— Пытаюсь.

— Этого недостаточно, если ты собираешься остаться здесь дольше нескольких дней, — продолжил он ровно. Ветер качнул длинные украшения на его плечах, и несколько секунд слышно было только море. — Меткайина живут не рядом с водой. Мы живём через неё, — я заметил, как пальцы Тэй'аны едва заметно сжались.

— И что это значит? — спросила она спокойно. Теперь ответил уже отец.

— Это значит, что пора перестать относиться к тебе как к временному гостю, — сказал он. — Ты должна начать учиться жить как Меткайина по-настоящему.

Тэй'ана ничего не сказала сразу. Только чуть прищурилась, явно пытаясь понять, к чему именно идёт разговор. Тоновари медленно кивнул, будто ожидал этой реакции.

— Через три дня молодые охотники клана пройдут цахейлу с илу заново перед сезоном дальних течений, — произнёс он. — Это старая традиция. Напоминание о связи с морем... и с теми, кто доверяет тебе свою жизнь.

— Я должна участвовать? — спросила она.

— Если хочешь, чтобы море однажды приняло тебя — да.

Я слишком хорошо понимал, что именно сейчас происходит у неё в голове. Для лесной на'ви цахейлу с существом воды — не просто обучение. Это почти признание, шаг навстречу чужому миру. И, судя по взгляду Тэй'аны, она понимала это не хуже меня.

— А если не хочу? — спросила она наконец.

— Тогда море это почувствует тоже, — Тоновари не изменился в лице. Ответ прозвучал спокойно, но в нём было достаточно правды, чтобы спорить стало бессмысленно. Тэй'ана отвела взгляд к воде. Ветер снова шевельнул её волосы, и я заметил, как напряжённо двинулась линия её челюсти. Она не боялась. Но мысль о том, чтобы связать себя с чем-то новым... пугала её сильнее, чем хотелось показывать. Отец перевёл взгляд на меня.

— Ты будешь рядом с ней.

— Что?

— Ты уже начал обучение с ней, — спокойно продолжил Джейк. — Значит, закончишь его.

— Мои дети, — сказал Тоновари, — также будут помогать тебе.

Тэй'ана резко повернула голову в мою сторону. На секунду наши взгляды встретились, и внутри у меня снова опасно дёрнулось что-то слишком тёплое от одного осознания, сколько времени нам теперь придётся проводить вместе.

Очень плохая идея.

Судя по тому, как быстро она отвела глаза — Тэй'ана подумала о том же самом. Тоновари, кажется, заметил напряжение между нами. Или хотя бы часть его, но ничего не сказал.

— Связь с морем нельзя сыграть, — произнёс он только. — И нельзя заставить. Либо ты позволишь воде держать тебя... либо однажды она утянет на дно.

После этих слов он коротко кивнул отцу и развернулся обратно к центральным настилам. Папа задержался на секунду дольше. Сначала посмотрел на меня, затем — на Тэй'ану.

— Не убейте друг друга до церемонии, ладно? — сказал он наконец с усталой усмешкой.

— Ничего не обещаю, — спокойно ответила Тэй'ана раньше меня. И отец неожиданно тихо хмыкнул, будто этот ответ понравился ему гораздо больше, чем должен был.