Роль пары..
Воскресенье выдалось тёплым. Солнце светило в окно, но мне было не до него.
Я проснулась и первым делом посмотрела на синяк. За ночь он потемнел — стал густо-лиловым, с почти чёрной серединой. Я осторожно коснулась пальцами. Больно. Но уже не так, как вчера.
Зато мысли о Барсове никуда не делись. Они крутились в голове с самого утра.
«Иди спать, малышка». «Сама решу, придурок».
Почему он вообще лезет ко мне? Мы враги. Мы всегда были врагами. Этот дурацкий договор не делает нас друзьями.
Я натянула джинсы и свободную футболку — так, чтобы синяка не было видно. Быстро перекусила и написала Диларе.
Я: «Давай погуляем сегодня?»
Дилара: «О да! Я уже задохнулась дома. Через час на набережной?»
Я: «Договорились».
---
Набережная встретила нас свежим ветром и криками чаек. Дилара уже ждала меня у фонтана — с двумя стаканчиками кофе.
— Держи, — протянула она мне. — Ты какая-то задумчивая. Опять Барсов?
— С чего ты взяла? — буркнула я, делая глоток.
— С того, что ты покраснела, — усмехнулась Дилара.
— Это от солнца, — отрезала я. — И вообще, не хочу о нём говорить.
— Ладно-ладно, — она подняла руки. — Не кипятись.
Мы пошли по набережной. Дилара рассказывала какую-то смешную историю, мы делали селфи, танцевали под уличную музыку. Я почти забыла про Барсова.
Почти.
— Ты знаешь, — сказала Дилара, жуя мороженое, — а тебе идёт быть весёлой.
— Просто жизнь налаживается, — пожала я плечами.
Я хотела добавить что-то ещё, но слова застряли в горле.
Потому что прямо к нам шли двое.
Дима Барсов и Лёха.
Чёрт. Только его не хватало.
— Ой, — пискнула Дилара.
— Не паникуй, — спокойно сказала я. — Просто не обращай внимания.
— Привет, девочки, — протянул Лёха.
— И вам не болеть, — ответила Дилара с вызовом.
Барсов подошёл ко мне и, не спрашивая, положил руку на мою талию.
Я замерла на секунду, потом посмотрела на его руку, потом ему в глаза.
— Ты чего творишь? — спросила я ледяным тоном, скидывая его руку.
— Мы же играем роль пары, забыла? — усмехнулся он.
— Я ничего не забыла. Но ты мог бы спросить разрешения перед тем, как лапать.
— Лапать? — он притворно обиделся. — Я проявляю заботу.
— Прояви её где-нибудь в другом месте.
Лёха засмеялся. Дилара смотрела на нас с открытым ртом.
— Ну ты жёсткая, — усмехнулся Барсов, пряча руки в карманы.
— А ты навязчивый, — парировала я. — Всё, мы пошли.
Я взяла Дилару за руку и развернулась.
— Так быстро? — крикнул он вдогонку.
— А ты ждал, что я брошусь тебе на шею? — обернулась я. — В следующий раз, когда захочешь меня потрогать, спроси разрешения.
Мы с Диларой ушли, не оглядываясь. Сзади раздался смех — наглый, хриплый, барсовский.
— Беги-беги, синеглазка!
— Вот придурок, — буркнула я, ускоряя шаг.
— А мне показалось, он просто шутил, — робко сказала Дилара.
— А мне всё равно, что ему показалось. Мы враги. Точка.
Но внутри что-то неприятно кольнуло.
---
Понедельник
В школу я пришла в хорошем настроении.
Барсова в школе не было.
И это было даже хорошо. Не нужно смотреть на его наглую морду, не нужно огрызаться. Спокойный день.
— Может, заболел, — предположила Дилара.
— А мне-то что, — пожала я плечами. — Плевать.
Но Ника с подружками снова ожила. На перемене она подошла ко мне с этой своей поганой улыбочкой.
— Ну что, крыска, — протянула она. — Барсик тебя бросил? Что-то его не видно.
— А тебе-то какая забота? — ответила я холодно.
— Да так, — ухмыльнулась Ника. — Просто знаю, что он таких, как ты, быстро бросает. Уже нашёл себе новую?
— У него уже есть я, — резко ответила я. — Или ты забыла? Мы пара. Так что можешь идти искать себе другого развлечения.
Ника скривилась, но ничего не сказала. Развернулась и ушла.
— Круто ты её, — прошептала Дилара.
— Просто надоело, — ответила я.
Но где-то в глубине души засела неприятная мысль: «А если у него действительно кто-то есть?»
Я тут же прогнала её.
Плевать, — сказала я себе. — Мне всё равно