ГЛАВА 49
Мы подошли к столу парней, и я села между Ньютом и Томасом, сразу почувствовав знакомое тепло их присутствия. Перевела взгляд на пшеничного, он будто только и ждал, когда я приду: его глаза ярко светились, полные той тихой радости, что всегда проскальзывала в Глэйде, несмотря на все ужасы Лабиринта.
Я так же осмотрела своих друзей, все они выглядели крепче, собраннее. Возвращение памяти каждому пошло на пользу, словно вернувшаяся нить прошлого связала нас заново, сделав сильнее.
— Помнишь? — с улыбкой начала я, наклоняясь ближе к Ньютy.
— Помню, помню, — Ньют обхватил мою руку, и перевёл взгляд на парней за столом. — Сколько вы тут уже?
— Недолго, день или два, — начал темнокожий подросток, его голос бодрый, но с ноткой усталости. — Вот тот парень здесь дольше всех.
Он указал на парня, который сидел чуть сгорбившись в углу помещения. Из-под его капюшона выглядывали короткие каштановые волосы, а плечи были напряжены, будто он всё ещё ждал удара из Лабиринта.
— Он здесь почти неделю, — продолжил темнокожий, кивая в его сторону с сочувствием.
— Он был с одними девчонками, — добавил высокий худощавый парень, скрестив руки на груди, его тон был почти завистливым.
— Серьёзно? — Минхо склонил голову в недоумении.
— Некоторым везёт, — сказал темнокожий парень, бросив на меня быстрый взгляд, полный подтекста. — А ты? Ты была одна с парнями?
— По началу да, а через месяц появилась ещё одна девушка.
Я ответила спокойно, хотя внутри шевельнулось воспоминание о тех бесконечных днях в Глэйде, когда я была единственной девчонкой среди толпы парней, полных тестостерона и страхов.
Он открыл рот:
— А как же вы... — но осёкся, хотя ухмылка выдала всё. Его глаза заблестели от пошлой фантазии.
Его друг рядом хмыкнул, прикрыв рот рукой, но плечи тряслись от сдержанного смеха.
Мне скрутило внутри от этой подлой шутки – типичный мужской трёп, от которого тошнит, особенно после всего, что мы пережили в Лабиринте: предательства, смерти, борьба за выживание.
Я перевела взгляд на своих: Ньют уже напрягся, его челюсть сжалась, Томас сжал вилку так, что костяшки побелели, Минхо, Фрайпан и Уинстон переглянулись, готовые встать стеной, как всегда в Глэйде, когда кто-то переходил черту.
Ньют первым подался вперёд, глаза сузились – не злобно, а холодно, с той ледяной решимостью лидера, что спасала нас не раз.
— Да, у нас была одна девчонка. Проблемы? — его голос вышел низким, с той хрипотцой, от которой у меня мурашки бежали по коже.
Парень поднял руки:
— Оу, да нет! Просто... Забавно представить целую банду парней и одну девушку.
Томас наклонился через стол, тон ровный, но с укором – как всегда, когда меня задевали, его защитный инстинкт брал верх.
— Забавно? Попробуй представить, каково ей было одной среди вас, идиотов. Извинись.
Ньют фыркнул, не отрывая взгляда:
— Ага, держи фантазии при себе, пока челюсть целая. Мы не для шоу здесь.
Минхо же слегка стукнул ладонью по столу, звук эхом разнёсся по столовой:
— Мне кажется вам следует быть осторожней в выражениях.
Фрайпан кивнул, скрестив руки, его массивная фигура казалась ещё больше. Уинстон просто уставился на них молча, но взгляд его тяжёлый, как молот, говорил сам за себя.
Парни побледнели, переглядываясь, их ухмылки испарились, сменившись неловкостью. Я была зла – эти придурки только что напомнили, почему в Глэйде доверяла только своим, тем, кто делил со мной каждый день, каждую потерю. Но драка сейчас нам ни к чему. Я положила ладони на плечи Ньюта и Томаса, сжав слегка, чувствуя, как их мышцы расслабляются под моим прикосновением.
— Ребят, хватит. Они ляпнули ерунду – неудачно. Давайте без мордобоя, а? Мы и так на нервах.
Ньют выдохнул, расслабляясь под моей рукой, но челюсть не разжал, глаза всё ещё горели. Томас кивнул мне, его взгляд смягчился, но кулак под столом остался сжатым.
— Извините, — пробормотал темнокожий, опустив глаза в тарелку.
Друг поддакнул:
— Да, виноваты. Шутка дурацкая.
— Хорошо, — отрезала я сухо, качая головой.
Парни всё равно сидели настороже, воздух у стола всё ещё искрил напряжением. После этого я улыбнулась и мягко покачала головой. Мне было приятно чувствовать себя под защитой.
Но тут двери столовой распахнулись с громким скрипом, и вошёл Дженсон – лицо серьёзное, без улыбки, с планшетом в руках, его шаги уверенные, как у человека, привыкшего командовать судьбами.
— Добрый вечер, господа и дамы! — начал мужчина с уверенным голосом, перекрывая гул столовой. — Всё как обычно. Если вас назовут, прошу подняться и подойти к моим коллегам. Они проведут вас в восточное крыло. Ваша новая жизнь вот-вот начнётся.
В толпе подростков раздались аплодисменты и свистки, наполненные волнением и ожиданием – смесью надежды и страха перед неизвестным.
— Куда их отведут? — спросила я тихо, глядя на Дженсона, который уже начал называть имена.
— Подальше отсюда, — проговорил темнокожий парень, понижая голос.
— На какую-то ферму или в убежище, — добавил худощавый парень с недовольным выражением лица, хмурясь. — Они берут лишь несколько человек за раз, чтобы «не перегружать систему», как они говорят.
Пока я слушала парней, в воздухе раздался голос Дженсона, словно гром среди ясного неба:
— И Рэйчел!