ГЛАВА 34
Большинство Глэйдеров спали под открытым небом у Врат Лабиринта, как и мы с Ньютом. Сном это назвать было трудно: стоило мне закрыть глаза, как тело пробивало разрядом тока, а сердце колотилось в бешеном ритме. Но каждый раз Ньют прижимал меня ближе, обнимая крепче, и это дарило хоть каплю спокойствия.
Я даже представить не могла, каково сейчас ему. Два лучших друга – Минхо и Алби, застряли в Лабиринте. Ньют знал их все эти годы в Глэйде, делил с ними каждый день борьбы за выживание. Это было невыносимо...
В голове крутились слова, от которых мурашки бежали по коже: «Никто и никогда не выходил из Лабиринта живым ночью».
Утром мы поднялись разбитые, помятые, с красными глазами от бессонницы. Как только Врата с грохотом открылись, все столпились у входа, затаив дыхание. Надежда была в каждом из нас, но минуты тянулись, парней не было, и Глэйдеры начали расходиться.
Ньют, ссутулив плечи, взял меня за руку и побрел прочь. Я обняла его за плечи, стараясь поддержать, и зашагала следом, чувствуя, как его пальцы дрожат в моей ладони.
И вдруг, голос Чака, пронзительный, как сирена:
— Вон они! Минхо и Томас! Они тащат Алби!
Я резко развернулась. В проёме Врат, Минхо и Томас, измотанные до предела, волочили на себе окровавленного Алби. Я рванула вперёд, нарушая третье правило Глэйда: не заходить в Лабиринт. В тот миг мне было плевать. Я – медичка, Глэйдер и подруга. Я должна помочь.
— Эй! Стой! — заорал Ньют мне вслед, но его шаги уже гремели за спиной. — Сумасшедшая!
Он ворвался в Лабиринт следом за мной, помогая Минхо и Томасу дотащить Алби до Глэйда. Я метнулась к парням, быстро подала знак Джеффу и Клинту, они уже бежали с носилками. Затем обняла Минхо и Томаса, чувствуя, как их потные, дрожащие тела прижимаются ко мне.
— Ты чокнутый псих! — выдохнула я Томасу, колотя его по груди кулаком, но без злости. — На кой хрен ты рванул в Лабиринт?! А ты! — я перевела взгляд на Минхо, который еле стоял на ногах. — Самоотверженный герой, блин! Решил, что один справишься?
— Лучше бы мы не возвращались, да? — Минхо выдавил саркастическую ухмылку, потирая ушибленное плечо.
«Даже в таком дерьме его юмор был при нём» – подумала я.
Я стукнула его по плечу, не сильно, но ощутимо. Он зашипел, но тут же расхохотался, а за ним и Томас, и даже Ньют выдохнул с облегчением, хлопнув всех по спинам.
— Ладно, герои, — проворчала я, отходя к главарю. — Джефф, Клинт, укладывайте Алби. Я разберусь. А вы трое, на осмотр. Никаких «я в порядке»!
Парни лишь кивнули, поняв что я точно не шучу.
— Ты видел гривера? — спросил Чак, смотря на Томаса.
— Да, видел.
— Не просто видел! Он убил его! — гордо сказал Минхо.
— Что? — я удивленно перевела взгляд то на новенького, то на азиата.
Джефф и Клинт осторожно уложили Алби на койку в лекарне. Его лицо было мёртвенно-бледным, дыхание прерывистым и хриплым. Я склонилась над ним, быстро стягивая кофту, чтобы осмотреть повреждения: глубокая рана на боку от гривера и свежий порез на голове – от удара Минхо.
— Держись, Алби, — прошептала я, смачивая ткань антисептиком.
Ньют стоял рядом, сжимая кулаки так, что костяшки побелели, пока Минхо и Томас прислонились к стене, пытаясь отдышаться. У входа в лекарню столпились Глэйдеры, перешептывания нарастали, слухи ползли, как грибы после дождя.
Вдруг Галли, распихав зевак, прорвался вперёд и ткнул пальцем в Томаса:
— Ты идиот, новенький! — рявкнул он. — Первые деи в Глэйде, и ты лезешь на рожон? Мы потеряли бы всех троих из-за твоей дурости! Правила существуют не просто так, они держат нас в живых!
Томас выпрямился, глаза полыхнули вызовом, несмотря на усталость.
— А ваши правила спасли бы жизнь?! — огрызнулся он. — Минхо с Алби сдохли бы там, без единого шанса! Эти правила – клетка! Если бы не я, Алби был бы мертв, а Минхо – корм для гриверов!
Минхо поднял руку, останавливая накаляющуюся перепалку, но его голос был твердым:
— Эй, он прав Галли. Парень спас нам задницы.
Чак, протиснувшись сквозь толпу, встал за Томаса, размахивая руками:
— Да! Томас герой! Он сделал то, на что никто не осмелился.
Но не все были согласны. Галли продвинулся вперёд, лицо красное от злости, а за ним пара друзей.
— Герой, говоришь? — прорычал Галли. — Ты нарушил правила!
Ньют шагнул вперед, поднимая ладони для мира, но голос его дрожал от напряжения:
— Успокойтесь! Томас рисковал жизнью. Алби жив благодаря ему.
Я быстро обработала рану на голове Алби, не теряя нить разговора, и завязала повязку тугим узлом.
Парни снова стали перекрикивать друг друга, гнев и усталость выплескивались в каждое слово. Я не выдержала:
— Заткнитесь все! — крикнула я, вскакивая между спорщиками. — Вы тут разборки устраиваете, пока Алби еле дышит? Вы что вытворяете?!
Я обвела всех тяжелым взглядом, от разъярённого Галли до упрямого Томаса, и продолжила, не давая вставить слово:
— Ньют, созывай собрание. Там и решим: герой Томас или изгой. А пока – все вон из лекарни! Дайте Алби отдохнуть!
Толпа замерла на миг, потом заворчала. Галли сплюнул на пол:
— Ладно, принцесс, твоя взяла. Но на собрании этот новенький ответит за всё! — он развернулся и потопал прочь, увлекая за собой всех Глэйдеров.
Чак, напротив, подмигнул Томасу в знак поддержки а Минхо похлопал его по плечу.