ГЛАВА 31
Я наклонилась ближе, осматривая Бена – пока парни его держали. Под глазами залегли тёмные синяки, зрачки раздулись до предела, затмив голубой цвет радужки. Вены на шее взбугрились, потемнев до синевато-чёрного, пульсируя ядом.
— Поднимите его рубашку! — с агрессией сказал Алби.
Я тут же увидела укус гривера на его животе: свежий, воспалённый, с тёмными венами, расползающимися по коже. «Ужалили», – пронеслось в голове, и я, зажав рот рукой, инстинктивно отпрянула. За месяц в Глэйде я слышала только страшные истории об этом: как парни сходят с ума, теряют человечность, становятся монстрами.
— Его ужалили, посреди дня? — недоумевая пробормотал Галли.
— Помогите мне! Пожалуйста! — простонал Бен с такой мольбой, что моё сердце сжалось в комок.
— Тащите его в Кутузку! — рявкнул Алби.
Ньют мягко, но твёрдо отодвинул меня в сторону, заслонив от толпы. Я плелась за парнями молча, под крики Бена – хриплые, надрывные, эхом разносившиеся по Глэйду. Когда его швырнули в яму, я опустилась на колени напротив, пальцы вцепились в прутья.
Бен затих, скорчился в углу. Глаза – те, что всегда искрились шутками, теперь лихорадочно блестели, зрачки огромные, а под ними тени.
— Прости, Рэйч, — прохрипел он, поднимая голову. — Мог задеть тебя там...
— Забудь, Бен, — ответила я, стараясь звучать уверенно.
Он попытался сесть прямее, но скривился, прижимая руку к боку.
— Что со мной будет? — голос сорвался на кашель.
— Не знаю. Они видимо решают. Держись, ладно?
Горькая усмешка исказила лицо – кривая, вымученная.
— Не боишься торчать тут со мной? После всего?
— Ты сейчас не кусаешься, — я выдавила улыбку, хотя внутри всё сжималось. — Расскажи, что в голове крутится. Как это случилось?
Бен фыркнул, но это вылилось в приступ кашля – он согнулся, сплёвывая на землю ямы.
— Эй! Бен? Дыши глубже, — я потянулась сквозь прутья, но не дотянулась.
— Норм... Нормально, — выдохнул он, выпрямляясь. — Просто... Жжёт внутри.
Я молчала, изучая его – пот, дрожь, спутанные мысли. Наконец решилась:
— Зачем ампулу разбил? Быть может, она могла вытащить тебя.
Он уставился в пол, потом медленно поднял взгляд – в глазах не безумие, а усталость, как у загнанного.
— Может, не хочу, чтоб вытаскивали.
Слова повисли тяжёлым грузом. Я сглотнула, не зная, что ответить. Я попыталась отогнать мрачные мысли, но шаги за спиной прервали тишину. Обернувшись, я увидела Минхо и Фрайпана, они шли прямо к нам, с каменными лицами.
— Иди с ней, — бросил Минхо повару, не глядя на меня.
Фрайпан крепко взял меня под руку и увёл от Кутузки, словно я была ребёнком, ничего не понимающим в этом аду.
— Фрай, что происходит? — спросила я, ускоряя шаг.
— Просто пойдём. Не оглядывайся, Рэйч, — буркнул он, сжимая мою руку так, что пальцы побелели.
Он вёл меня через толпу, где все Глэйдеры уже собрались у Врат Лабиринта – напряжённые, перешёптывающиеся, с лицами, как маски страха. Минхо тащил связанного Бена к выходу, парень извивался, как в конвульсиях, его глаза метались по толпе.
— Отпусти меня, Минхо! — хрипел Бен.
Фрайпан сжал мою руку сильнее и оставил с Чаком и Томасом на краю толпы, а сам протиснулся вперёд, бормоча: «Держитесь здесь».
Томас, схватил меня за плечо – его пальцы дрожали.
— Они... Выгоняют его в Лабиринт? Просто так? — прошептал он, и в его глазах мелькнуло что-то новое: не только ужас, но и непонимание.
Чак только кивнул, кусая губу, а я стояла, не в силах отвести взгляд. «Изгнание». Слово эхом отдавалось в голове, как приговор. Как медичка, я видела достаточно ран – физических и душевных, но это... Это было хуже любой инфекции.
Я невольно пробралась ближе к бегуну, протискиваясь сквозь Глэйдеров. Минхо и Ньют перегородили Бену путь, их лица были каменными, но я видела, как Минхо сжимает челюсти, а Ньют избегает смотреть парню в глаза.
— Рэйчел, назад! — тихо, но твёрдо сказал Минхо, перехватывая мой взгляд.
В его голосе сквозила не злость, а боль.
— Минхо, пожалуйста, — прошептала я, голос дрожал. — Может, есть шанс?
Ньют повернулся ко мне, его глаза покраснели – он всегда был тем, кто держит всех вместе, но сейчас выглядел сломленным.
— Нет, Рэй. Правила есть правила, — он замолк, положив руку мне на плечо, сжав его.
Бен смотрел на меня с такой решимостью, что внутри всё сжалось. Его глаза – полные отчаяния и боли впились в мои. Я почувствовала слёзы.
— Нет, этого не может быть! Мы можем запереть его, наблюдать... — закричала я, но Алби из толпы отрицательно покачал головой, его взгляд был стальным но сочувственным.
Вдруг Бен резко схватил меня за руку и потянул к себе. Минхо и Ньют рванули вперёд, но я подняла ладонь.
— Стойте! Дайте ему сказать! — произнесла я с решимостью, хотя сердце колотилось как бешеное.
Бен держал мою руку крепко, словно якорь в этом кошмаре, его пальцы были холодными и липкими от пота.
— Рэйчел... — начал он, голос дрожал, прерываясь кашлем. — Я не хочу покидать тебя. Знаю, звучит эгоистично, но... Я люблю тебя. Не переставал любить. Я сам разбил её, выбрал этот путь. Прости...
Слова повисли в воздухе. Толпа замерла – шёпот стих, только дыхание Бена нарушало тишину.
— Достаточно, Бен! Ты не в своём уме! — рявкнул Ньют, оттаскивая его, но в голосе сквозила трещина.
Кто-то из глэйдеров – кажется, Зарт, резко оттащил меня назад, ближе к Чаку и Томасу.
Чак не выдержал. Он резко отвернулся, закрывая лицо ладонями.
— Я не могу... Не могу на это смотреть... — пробормотал он и, спотыкаясь, ушёл.
Томас остался рядом. Его рука легла на мой локоть – тёплая, крепкая, как якорь, который не даёт мне окончательно сорваться.
— Рэйчел, дыши, — прошептал он, наклоняясь ближе. Его голос дрожал почти так же, как и мой. — Пожалуйста... Просто дыши.
Я попыталась вдохнуть, но воздух застрял в груди.
— Это неправильно, — продолжил он сдавленно, глядя вперёд, на происходящее. — Они не могут так поступать... Если бы я мог что-то сделать... Хоть что-то...
Он осёкся, сжимая кулаки так сильно, что побелели костяшки.
Я видела, как он ломается. Новичок, который ещё не успел привыкнуть к их «правилам», но уже начал понимать, как здесь всё устроено.
Я будто вросла в землю, не в силах пошевелиться, наблюдая, как Глэйдеры вооружились палками и начали толкать Бена к Вратам.
— Давай! — крикнул Алби. — Быстрее!
Бен почти не сопротивлялся. Его тело безвольно поддавалось ударам и толчкам, лишь иногда он слабо дёргался, будто уже не до конца понимал, что происходит.
В этот момент мир поплыл. Ноги подкосились, и я начала падать, но Томас мгновенно подхватил меня, прижав к себе.
— Эй, эй... Держись, — прошептал он, крепче сжимая мои плечи. — Слышишь? Ты не одна. Мы вместе в этом дерьме...
Я с трудом кивнула, цепляясь за его слова так же отчаянно, как за его руки. В глазах у Томаса мелькнула решимость – резкая, почти пугающая. Как будто прямо сейчас он что-то решил для себя. Как будто он уже не просто наблюдатель. Как будто он собирается бороться.
Глухой грохот Врат разорвал тишину. Звук ударил в грудь сильнее любого крика. Я вздрогнула, и по моей щеке медленно скатилась слеза.
Бена больше нет.