ГЛАВА 16
После ужина я заметила, что Минхо собирается уйти. С каждой его фразой во время еды у меня копились вопросы: о Лабиринте, о жизни здесь, обо всём, что скрывалось за стенами.
— Минхо, подожди! — окликнула я. — Можно поговорить?
Он обернулся, прищурился, потом усмехнулся:
— Чтож, давай. Только не вечно же тут торчать, пошли на вышку.
Мы поднялись наверх. Ветер трепал волосы, звуки Глэйда стихали внизу, а Лабиринт впереди казался тёмным океаном. Минхо сел на край, свесив ноги, и протянул мне руку, чтобы я удержалась, почти машинально, по‑товарищески.
— Ладно, Рэйч, выкладывай, — сказал он, жуя соломинку. — Что тебя гложет?
— Просто... — я замялась. — Расскажи про Лабиринт.
Он перестал жевать, приподнял брови:
— Ты серьёзно? С чего вдруг?
— Просто хочу понять.
Минхо шумно выдохнул и немного помолчал.
— Нам нельзя говорить об этом. Такие правила.
— Алби и Ньют же знают.
— Алби – главарь, Ньют – его правая рука. Я – бегун. А тебе это знать, только нервы тратить.
— Тогда хотя бы скажи, — не отступала я. — Он действительно такой огромный? И... Эти гриверы... Как вы так спокойно бегаете туда?
Минхо посмотрел на горизонт, где стены терялись в темноте.
— Огромный, да. Настолько, что иногда кажется, будто он не закончится никогда. Гриверов мы видим редко, в основном ночью, через окошко. Но знаешь, страх там не из-за них. Страшнее – когда теряешь направление.
Его взгляд затуманился, и я поняла, он не просто вспоминает, он живёт этим каждый день.
— Сильно страшно, осознавать что, возможно ты когда-нибудь не вернёшься сюда?
Он надолго задумался и кивнул.
— Я даже Ньюту о таком редко говорю, но это всегда страшно. Бежать туда и не знать, что нового там будет, вернусь я сегодня или нет. Не буду храбриться перед тобой и говорить что я бесстрашен, ведь это не так.
Мне нравилось что бегун, говорил со мной честно и от всего сердца. Я положила руку ему на плечо и сказала:
— Знаешь, ты не обязан всегда быть храбрым. Но ты всегда будешь возвращаться! Потому что, тут есть любящие тебя друзья, и говорят ты хорошо подготовлен! Вы найдёте выход отсюда. Я буду верить в вас!
Минхо повернулся ко мне, изучая. Потом коротко кивнул.
— Спасибо, мелкая. Такие слова редко услышишь.
Он прикрыл глаза на секунду, потом рассмеялся.
— Кто бы мог подумать. Сижу на вышке, звёзды над головой, а девушка читает мне мотивационные речи.
— Ну извини, — фыркнула я. — Просто пытаюсь быть полезной.
— Получается, — сказал он, всё ещё улыбаясь. — Ладно, меняй тему, пока я не расчувствовался. Почему ты вообще полезла спрашивать про Лабиринт?
— Наверное, просто хотелось понять, куда вы уходите. Когда смотрю в просвет Лабиринта, кажется, что свобода совсем рядом, а на деле до неё целая бездна. Наверное, это глупо.
— Ничего не глупо, — сказал Минхо уже мягче. — Я уверен что у тебя есть смелость и смекалка, Рэйч. Но туда нельзя. Лучше держись за то, что умеешь. Из тебя выйдет отличный медак, без шуток.
Я рассмеялась.
— Даже не думала, что от Минхо можно услышать комплимент без сарказма.
— Не радуйся, — ухмыльнулся он. — Это был единственный такой на неделю.
Мы оба засмеялись. Смех растворился в ночи, лёгкий и честный.
— Всё, подруга, пора спать, — сказал он, вставая.— Мне завтра бежать.
— Ну да, а мне – день с вашими порезами и синяками.
— Отличный обмен, — улыбнулся он. — Ты нас чинишь, мы приносим проблемы. Команда мечты.
Я фыркнула, но тепло разлилось внутри. Мы спустились с вышки и пошли вместе по узкой дорожке. Ночной воздух был прохладным, земля ещё хранила дневное тепло.
— Ты же куратор, — скорее утвердила, чем спросила я, просто чтобы не идти в тишине.
— Ага, — отозвался он. — Один из счастливчиков.
Я усмехнулась.
— Кстати... Почему именно Ньют отдал мне свою комнату? Он ведь тоже из «счастливчиков».
Минхо чуть сбавил шаг, будто прислушиваясь к себе.
— Потому что у него такой характер, — наконец сказал он. — Сначала подумает о других, а уже потом о себе. Решил, что тебе сейчас нужнее. Сам он и в гамаке, и на полу выспится. Упрямый, но добрый.
— Я заметила, — тихо ответила я, чувствуя, как внутри отзывается эта мысль.
Минхо хмыкнул, но взгляд у него стал мягче.
— Только не вздумай ему это повторять, ладно? А то этот балбес ещё и скромность потеряет.
Я невольно улыбнулась.
— А ты? — спросила я после короткой паузы. — Ты бы отдал свою комнату?
Он посмотрел на меня из-под бровей, в уголках глаз появились смешинки.
— Если бы ты снова свалилась где-нибудь в поле без сознания – возможно, — протянул он. — Но так просто – не рассчитывай.
— Поняла, буду обмороки дозировать, — фыркнула я.
Мы вышли в узкий коридорчик: направо была его дверь, налево – вход в комнату, которую отдал мне Ньют.
— Ну, дальше сама, — сказал Минхо, остановившись. — Не думай о всяких монстрах перед сном, ясно?
— Постараюсь, — я чуть пожала плечами. — А ты не проспи свой забег, герой.
— Не переживай, — он усмехнулся. — Если что, Ньют лично выволокет меня за шкирку.
Я тихо посмеялась и Минхо кивнул в сторону моей двери.
— Иди. Завтра будет новый день, новые шрамы и новые истории для твоего медицинского таланта.
— Доброй ночи, Минхо, — сказала я.
— Ночь у нас не особо добрая, — хмыкнул он. — Зато я надеюсь, что ты выспишься.
Он развернулся и пошёл к своей комнате, не оглядываясь, но я почему-то задержалась и смотрела ему вслед, пока его силуэт не исчез за дверью. Только потом я зашла внутрь. Дойдя до кровати, я буквально плюхнулась на неё. Запах старого дерева и льна оказался неожиданно уютным. Впервые за долгое время было спокойно, не из-за стен, а из‑за людей внутри них.
— Как устала, — проговариваю я в пустоту.
Я достала из ящика тумбочки фотографию. Пыталась вспомнить хоть что-то: лица, места, эмоции. Ничего. Пустота в голове, как в том Лифте.
Рассматриваю улыбающуюся девочку: её русые волосы, озорной взгляд. Это я, теперь сомнений нет. Но кто рядом со мной на фото?
— Неужели отец? — тихо прошептала я.
Снова взяла кулон, кручу в пальцах, гравировка поблёскивает в тусклом свете лампы. «Рядом & Навсегда». Сердце сжимается – обещание? Любовь? Или просто девиз из той жизни? Полчаса сижу, чередуя фото и кулон, выискивая подсказки. Вспышки: смех, тёплые руки, страх... Нет, мираж. Сдаюсь. Усталость наваливается. Запихиваю вещи обратно в ящик, тушу свет и ложусь.
Утро я снова встретила требовательным стуком в дверь.
— Я иду, Ньют, — я устало шагаю к двери.
— Не угадала, тут всего лишь я, — улыбчиво произнёс Чак.
— Оу, извини. Вчера приходил Ньют, и я подумала... — в моём голосе слышна нотка разочарования.
— Он попросил меня, поскольку немного занят, — замявшись, говорит мальчик.
— Хорошо... Я одеваюсь и выхожу.
Оставив Чака за дверью, осматриваю вещи и выхожу на завтрак. Сегодня я надела чёрные штаны и белую майку.
Придя в столовую, мы снова собрались вместе – только без Бена и Минхо, которые уже убежали в Лабиринт. К нам подсел Ньют, заняв место рядом со мной, его плечо слегка коснулось моего, и я почувствовала тепло.
Вдруг Уинстон, сидевший напротив, с сияющей улыбкой протянул руку:
— Она даже не болит! Это замечательно, Рэйчел, спасибо!
Под пронзительным взглядом Ньюта, я взяла ладонь Уинстона, внимательно осмотрела швы.
— Чтож, рада, что всё заживает как надо, — кивнула я, возвращаясь к еде.
Завтрак прошёл в шутках и болтовне. Я повернулась к Ньюту и замерла. Искренняя улыбка на его лице, волосы взъерошены. «Блин, это так мило».
Он заметил мой взгляд, повернулся и наши глаза встретились. Мир сузился: только он, с этими тёплыми карими глазами, лёгкой щетиной. «Почему ты такой знакомый? Красивый, добрый... Как будто из другого мира». Мы замираем, казалось на вечность, но на деле – пара секунд.
Я резко мотнула головой, будто смогла бы привести мысли в порядок. Ньют усмехнулся уголком рта, понимающе наклонившись к своей еде.
После завтрака все разбежались по работам. Ньют бросил напоследок: "Удачи сегодня". И ушёл, оставив лёгкие мурашки на коже.