Глава 16. "Последняя"
***
Я сделала шаг вперед, опираясь на здоровую ногу. В зале Совета стало так тихо, что я слышала собственное дыхание. Взгляд Галли обжигал, но я не отвела глаз.
- Раз вы так хотите узнать правду, я расскажу, - мой голос окреп, отражаясь от каменных стен. - Я убила даже двух гриверов, я признаю это. Но я не искала славы. Я просто пыталась выжить. Они были на волоске от меня, они дышали мне в затылок, и я хотела жить! Неужели мне нужно было просто стоять и ждать, пока меня сожрут, чтобы не нарушать ваш покой?
Я перевела взгляд на Томаса, который сидел за моей спиной.
- Да, Томас нарушил правила. И я тоже думаю, что его следует наказать - закон есть закон. Но посмотрите на него! Он поступил как храбрец. Он оказался выносливым, он, пусть и боялся до дрожи, но показал себя настоящим мужчиной там, где многие из вас просто забились бы в угол. Но кто не испугался бы? Мы с Минхо тоже боялись! Кто-то из вас так сможет? Кто-то из вас рискнет жизнью ради другого так, как это сделал он или мы? Я не уверена.
Я обернулась к рядам кураторов и бегунов. В их глазах я видела не решимость, а скрытый, глубокий страх.
- Я смотрю на вас и вижу: никто из бегунов больше не хочет возвращаться в Лабиринт. Я вижу это по вашим лицам. Вы напуганы. Но нам всё еще нужно найти выход, и, поверьте мне, мы как никогда близко к разгадке. Мы нащупали что-то новое. Так что прош...
Я не успела договорить. Мои слова утонули в оглушительном, протяжном вое.
У-У-У-У-И-И-И-П! У-У-У-У-И-И-И-П!
Сирена. Лифт.
Глейдеры повскакивали со своих мест. Паника мгновенно заполнила зал.
- Этого не может быть! - выкрикнул кто-то. - Рано! Еще слишком рано!
Я не стала слушать. Забыв о боли в лодыжке, я сорвалась с места. Я должна была быть там первой. Я бежала через Глейд, чувствуя, как ветер бьет в лицо, а сердце колотится в ритме поднимающейся клетки. Парни бежали следом, но я не оборачивалась.
Когда я достигла Ямы, стальные створки уже расходились со скрежетом. Я спрыгнула вниз на крышу Лифта, а затем нырнула в открытый люк, едва створки замерли.
В углу, среди малово количества ящиков, лежало что-то бледное.
- Это девушка... - выдохнул Ньют, прыгнувший следом за мной.
Я опустилась перед ней на колени. Она была как восковая кукла - холодная и неподвижная. В её кулаке был зажат клочок бумаги. Я осторожно разжала её пальцы и прочитала вслух то, что заставило мой мир окончательно рухнуть:
- «Она последняя. Больше никого».
В этот момент девушка резко втянула воздух, её рука метнулась вверх и вцепилась в мою одежду. Её глаза, полные лихорадочного блеска, уставились на край Ямы, где среди толпы стоял Томас.
- Томас... - прошептала она. - Всё скоро закончится.
Она снова потеряла сознание, а я подняла взгляд на парней наверху. Совет точно был окончен. Теперь правила Глейда больше не имели значения, потому что само время начало обратный отсчет. Мы были заперты. И помощи больше не будет.
Слова Галли, которые еще десять минут назад казались мне проявлением слепой паранойи, теперь зазвучали в моей голове с пугающей отчетливостью. Лифт, нарушивший расписание. Записка о конце. И девушка, которая из всех присутствующих узнала только того, кто нарушил главное правило Глейда и прибыл не так давно.
Всё это было слишком связано, чтобы быть случайностью.
- Вы слышали? - Галли медленно обвел взглядом толпу, и в его голосе теперь не было ярости, только холодная уверенность. - Она назвала его по имени. Она знает Салагу. Сначала он вбегает в Лабиринт и чудом выживает, а следом Создатели присылают его подружку с вестью о конце. Вы всё еще верите, что это просто совпадение?
Глейдеры молчали, переводя испуганные взгляды с Томаса на бессознательную девушку. Даже Ньют выглядел растерянным.
Джефф и Клинт быстро подхватили девушку под руки.
- Нам нужно доставить её в медпункт, - распорядился Джефф. - Она без сознания. Софа, Минхо, помогите нам.
Мы двинулись в сторону лечебницы. Я прихрамывала рядом, чувствуя, как взгляды парней буквально прожигают нам спины. Томас шел чуть поодаль, опустив голову. Его плечи были напряжены, он выглядел так, будто сам пытался проснуться от этого кошмара.
Галли преградил нам путь у самого входа в медпункт.
- Мы не оставим это так, Ньют, - отрезал он. - Пока мы не выясним, кто она и что он скрывает, я не хочу, чтобы этот парень разгуливал по Глейду. Кто знает, что еще он может спровоцировать?
Я посмотрела на Ньюта. Тот выглядел измотанным до предела. Он перевел взгляд на меня, и я едва заметно кивнула. Несмотря на то что Томас помог нам выжить, Галли был прав в одном: ситуация накалилась до предела. Если не изолировать Томаса сейчас, Глейдеры могут устроить самосуд от страха.
- Ладно, ты прав, - выдохнул Ньют, обращаясь к Галли. - Томас проведет эту ночь в кутузке. Но только до того времени как девушка очнётся. Когда девушка придет в себя или когда мы всё обдумаем, соберем новый Совет.
Галли победно ухмыльнулся, но промолчал. Он жестом подозвал двоих строителей.
- Томас, иди, - тихо сказала я, подходя к парню. - Так будет лучше для всех. Сейчас в Глейде слишком много страха, и ты - его главная мишень.
Томас посмотрел на меня. В его глазах не было обиды - только бесконечная усталость и непонимание.
- Я правда не знаю её, Софа, - прошептал он. - Но я чувствую... я чувствую, что она права. Всё действительно меняется.
Его увели в сторону «ямы» - нашей импровизированной тюрьмы. Я проводила его взглядом, а затем вошла в медпункт, где Джефф уже укладывал новую гостью на кушетку - ту самую, с которой я встала всего час назад.
В комнате пахло спиртом и травами. Алби всё еще метался в бреду на своей кровати, издавая жуткие звуки. Теперь к нему добавилась эта таинственная девушка.
Я села на край соседней койки, чувствуя, как силы окончательно покидают меня. Ньют подошел сзади и положил руки мне на плечи, слегка сжав их.
- Ну и денек, да? - негромко произнес он.
- Конец света наступил раньше, чем мы ожидали, Ньют, - я откинула голову назад, глядя на него. - «Она последняя». Ты понимаешь, что это значит? Если припасы перестанут приходить... если Лифт больше не поднимется...
- Мы найдем выход, Соф, - твердо сказал он, хотя я видела, что его собственные руки дрожат. - Теперь у нас нет выбора. Либо мы выберемся отсюда, либо этот Лабиринт станет нашей общей могилой.
Я посмотрела на девушку в коме. Она была ключом. Я чувствовала это каждой клеткой своего тела. Но захотим ли мы открыть дверь этим ключом, когда придет время?
На Глейд опускались сумерки. Самые тихие и самые пугающие сумерки за все три года. Ворота давно закрылись, Лифт молчал и не спускался, Лидер был в бреду, а в кутузке сидел тот, кто знал ответы, но забыл вопросы.
***
Утро в Глейде началось не с привычного шума работы, а с тягучей, липкой тишины. Солнце едва коснулось верхушек восточной стены, окрашивая небо в бледно-розовый цвет, но в воздухе всё ещё витал холод прошедшей ночи.
Я открыла глаза и не сразу поняла, где нахожусь. Потолок из грубых досок, запах сушёных трав и резкий аромат спирта... Медпункт. Тело отозвалось глухой болью, напоминая о вчерашнем совете, сирене и Лифте. Царапины на лице стянуло, а лодыжка, плотно замотанная чистыми бинтами, пульсировала, но уже не так остро.
Я повернула голову. На соседней кушетке, раскинув руки, спал Минхо. Его лицо, обычно дерзкое и полное иронии, сейчас выглядело на удивление спокойным. Рядом в глубоком кресле дремал Ньют. Его голова упала на грудь, а рука всё ещё сжимала край моего одеяла - он так и не ушёл, просидев с нами всю ночь.
Чуть поодаль, за ширмой, лежала новенькая. Она была неподвижна, словно мраморная статуя. Джефф сказал, что она без сознания. Она пришла, перевернула наш мир одной запиской и замолчала.
- Соф? - раздался тихий, хриплый голос.
Ньют поднял голову, потирая затекшую шею. Его глаза были красными от недосыпа, но в них сразу вспыхнула забота.
- Как ты? - спросил он, подаваясь вперёд.
- Жить буду, - я попыталась улыбнуться, хотя пластырь на щеке неприятно потянул кожу. - Как там... Томас?
Ньют вздохнул, потирая лицо ладонями.
- В кутузке. Живой, если тебя это беспокоит. Просидел там всю ночь. Галли лично проверял замок три раза. Шанк совсем с катушек слетел от страха.
В этот момент на соседней койке зашевелился Минхо. Он сел, громко зевнув и потянувшись так, что хрустнули кости.
- Доброе утро, выжившие, - пробормотал он, приглаживая растрепанные волосы. - Если мне сейчас же не дадут поесть чего-то серьезнее того вчерашнего бульона, я сам съем Галли. Вместе с его кутузкой.
Вчера вечером нам разрешили только жидкий отвар - медики боялись, что после такого истощения наши желудки не справятся с тяжелой пищей. Но сейчас мой собственный живот издал такой громкий и требовательный урк, что Ньют не выдержал и негромко рассмеялся.
- Ладно, - сказал Ньют, поднимаясь. - Идёмте. Пока Фрайпан не раздал всё самое вкусное. Тебе помочь, Соф?
- Сама справлюсь, - я решительно спустила ноги с кушетки.
На мне были те самые ботинки, что принёс Чак. Они были тяжелыми, но давали хорошую опору. Мы втроем - двое помятых бегунов и один измотанный лидер - вышли из медпункта.
Глейд уже проснулся. Парни провожали нас долгими, тяжелыми взглядами. В этих взглядах не было прежнего беззаботного любопытства. Там был страх перед будущим и невольное уважение. А девчонка-то не промах, - услышала я чей-то шепот у плантаций. «Выжить в Лабиринте, да еще и прикончить гривера...»
- Слышишь? - Минхо толкнул меня локтем в бок, ухмыляясь. - Скоро тебе памятник поставят. Из палок и навоза, но всё же памятник.
- Обойдусь без навоза, - отрезала я, но в душе стало чуть теплее.
В столовой Фрайпан, завидев нас, отложил огромный черпак и вытер руки о фартук. Его обычно веселое лицо было уставшим.
- Рад видеть вас на ногах, шанки, - прогудел он. - Садитесь. Для вас сегодня двойная порция бекона и яичница. И никаких возражений.
Завтрак проходил в относительной тишине. Мы ели спокойно, восполняя силы, которые Лабиринт пытался вытянуть из нас. Мы знали, что в паре сотен метров отсюда в «яме» сидит Томас, а в медпункте лежит девушка, которая может быть нашей последней надеждой.
- Что будем делать дальше? - спросила я, отодвигая пустую тарелку.
Ньют посмотрел на ворота Лабиринта, которые уже были открыты, приглашая бегунов в свою серую пасть. Но сегодня туда никто не спешил.
- Сначала вытащим Томаса, - твердо сказал Ньют. - А потом... потом заставим его вспомнить всё. Потому что времени у нас, судя по записке, больше нет.
Я кивнула, глядя на свои руки. Царапины заживут. Синяки пройдут. Но то чувство, когда ты стоишь один на один с монстром в темноте, останется со мной навсегда. И если это был конец старого Глейда, то я была готова стать началом чего-то нового.
Мы вышли на залитый солнцем двор. Воздух был свежим, но я почти не чувствовала его - в моей голове крутились шестеренки, одна за другой цепляясь за странные детали прошедшей ночи. Я шла молча, погруженная в свои мысли, едва замечая, как ботинок Чака тяжело стучит по утоптанной земле.
Минхо, шедший рядом и вертевший в руках щепку, наконец не выдержал. Он легонько пихнул меня локтем в бок, заставив вздрогнуть.
- Эй, Соф, прием? Ты так глубоко ушла в себя, что я начал беспокоиться, не оставила ли ты там свои мозги вместе с ботинком, - он попытался сострить, но взгляд его был внимательным. - О чем ты думаешь?
Я остановилась и посмотрела на него, а затем на Ньюта.
- Слушайте... - я понизила голос. - Гриверы. Они же не рождаются из камня. Они приходят откуда-то. И уходят куда-то днем. Мы три года бегаем по кругу и ищем выход, но что, если мы не могли его найти, потому что они намеренно нас отпугивали? Каждый раз, когда мы подходили к чему-то важному, появлялась эта тварь и заставляла нас свернуть.
Ньют нахмурился, скрестив руки на груди.
- О чем ты, Соф?
- Вчера Секция Семь не закрылась. Цикл сломался, - я начала говорить быстрее, чувствуя, как идея обретает форму. - Пришла девчонка, записка говорит, что всё кончено. Мне кажется, Создателям надоело это шоу. Они перестали менять Лабиринт, потому что дают нам шанс. Прямую дорогу.
- Прямую дорогу в пасть к Гриверам? - скептически поднял бровь Минхо.
- Нет. Я хочу обыскать те тела. Те два Гривера, которых мы убили. Один раздавлен стенами, другой - в пропасти у Шестой секции. Гриверы - это машины, Минхо. В них должно быть что-то... маяк, ключ, деталь. Что-то, что укажет, откуда они лезут.
Минхо замер. Его глаза азартно блеснули. Как Бегун, он понимал: это зацепка.
- Если мы не пойдем сейчас, - продолжала я, - Лабиринт «очистит» коридоры. Вы же знаете, трупы обычно исчезают через день-два. Стены раздавят их в пыль или их утащат свои же. Нам нужно попасть туда, пока улики еще на месте.
- Ты едва на ногу наступаешь, Софа! - Ньют шагнул ко мне, его голос был полон тревоги. - Ты хочешь снова пойти туда? После того, что было ночью?
- Я не побегу марафон, Ньют. Мы просто дойдем до тех мест. Я должна увидеть, что у них внутри. Если там есть выход - это наш единственный шанс. Потому что Лифт больше не придет. Мы либо найдем выход сейчас, либо начнем голодать через пару месяцев.
Минхо посмотрел на ворота Лабиринта, а затем на меня.
- Знаешь, а ты девчонка-то реально не промах. Это безумие, Соф. Абсолютное, чистое безумие.
Он сделал паузу и широко ухмыльнулся.
- Мне нравится. Идем. Только возьмем пару сумок и ножи поострее. Ньют, присмотришь за Шнурком и новенькой? Мы обернемся быстро.
Ньют посмотрел на нас как на умалишенных, но в его взгляде была и тень надежды.
- Будьте осторожны. Если вы не вернетесь через два часа, я лично сожгу этот Лабиринт дотла.
Я кивнула, чувствуя, как решимость вытесняет остатки страха. Лабиринт забрал у меня многое, но сегодня я собиралась забрать у него ответ. Мы с Минхо направились к оружейной, стараясь не привлекать лишнего внимания Галли. Нам предстояло вскрыть не просто тело монстра, а самую большую тайну этого места
Я сделала несколько шагов в сторону оружейной, но внезапно остановилась. Мысль, которая свербела в мозгу, требовала воплощения. Я обернулась к Минхо.
- Минхо, постой. А что если нам взять Томаса?
Минхо замер, его брови поползли вверх.
- Ты шутишь? Галли и так хочет скормить его гриверам. Если он узнает, что мы вытащили Шнурка из кутузки и потащили в Лабиринт... он нам всем троим устроит шоу, ещё и девчонку прихватит.
- Лишние руки не помешают, - я стояла на своем, игнорируя ноющую боль в лодыжке. - К тому же, он видел Лабиринт ночью. У него свежий взгляд, и та девчонка назвала его имя. Это не просто так, Минхо. Он - часть этого пазла. И если мы найдем выход, он должен быть там.
Минхо задумчиво потер подбородок, глядя в сторону «ямы», где томился Томас.
- Знаешь... а ты права. Если всё действительно идет к концу, правила Галли - это просто сотрясание воздуха. Нам нужны те, кто не боится действовать. Идем, пока Ньют отвлекся на медиков.
Мы быстро собрали снаряжение: пару крепких рюкзаков, фонари, запасные ножи и длинную веревку. Проскользнув мимо плантаций, мы подошли к кутузке. Охраны не было - в Глейде никто никогда не пытался бежать из ямы, это считалось бессмысленным.
- Томас! - шепотом позвала я, заглядывая за решетку.
Парень подскочил с земляного пола. Его лицо было бледным, но в глазах читалась готовность.
- Софа? Что происходит?
- Вылезай, Шнурок, - скомандовал Минхо, отпирая засов. - Мы идем на прогулку. Только тихо.
Чтобы обмануть случайных прохожих, мы набросали на место, где спал Томас, старое тряпье и мешки, накрыв их одеялом. Со стороны казалось, что парень всё еще спит, отвернувшись к стене. Галли вряд ли полезет проверять его раньше обеда.
Томас не стал задавать лишних вопросов. Он просто взял предложенный нож, коротко кивнул нам и последовал за нами.
Мы старались держаться в тени стен. Весь Глейд был занят обсуждением новенькой девушки, поэтому наш побег остался незамеченным. Мы рванули к Северным воротам - тем самым, через которые я убегала ночью.
Как только мы пересекли черту и оказались в тени гигантских стен, воздух изменился. Он стал холоднее и тяжелее. Я прихрамывала, но старалась не отставать от парней. Томас несколько раз пытался подставить мне плечо, но я лишь качала головой - мне нужно было чувствовать дорогу самой.
- Сюда! - скомандовала я, сворачивая в узкий коридор Шестой секции. И в тот самый тупик. Решив скоротать путь и залезть на ту стену..
Через двадцать минут интенсивного бега мы достигли того самого места. Огромная пропасть между десятиметровой перегородкой и основной стеной. Внизу, в густой тени, виднелось нечто массивное и неподвижное.
Мы начали спускаться по лианам. Мои руки, покрытые вчерашними ссадинами, протестовали, но я закусила губу, чувствуя, как адреналин снова берет верх.
Наконец, наши ноги коснулись бетонного пола. В нескольких метрах от нас лежала туша. Это был тот самый Гривер. Без головы, развороченный ударом о землю, он выглядел еще более отвратительно, чем живой. Из него вытекала густая, пахнущая жженым пластиком и гнилью жидкость.
- Фу, ну и вонь, - поморщился Минхо, закрывая нос рукой.
- Смотрите, - Томас указал на металлическую часть существа, которая всё еще слабо искрила. - Оно... оно словно пытается перезагрузиться.
Я подошла ближе, выхватывая нож.
- Нам не нужна перезагрузка. Нам нужно то, что внутри. Ищите всё, что не похоже на обычную деталь. Любые маячки, кнопки или схемы.
Мы начали обыск. Я склонилась над тем местом, где у существа должен был быть позвоночник, и почувствовала странную вибрацию под слоем слизи. Внутри этой механической плоти что-то ритмично пульсировало красным светом.
- Кажется, я что-то нашла... - прошептала я, вонзая нож в мягкую ткань существа. - И это что-то очень хочет, чтобы мы его достали.
Нож с противным чавкающим звуком вошел в плоть Гривера. Я чувствовала, как металл скрежещет о что-то твердое, скрытое под слоями органики. Собрав все силы, я сделала широкий разрез вдоль того, что напоминало позвоночник монстра.
- Помогите мне! - выдохнула я.
Минхо и Томас ухватились за края разреза и с силой развели их в стороны. Тошнотворный запах усилился, но мы не отвернулись. Там, внутри, среди переплетения проводов и пульсирующих сосудов, находился металлический цилиндр. Он был около тридцати сантиметров в длину, матовый, с небольшим цифровым экраном.
Я осторожно вытянула его наружу. Штука была тяжелой и вибрировала в моих руках, словно в ней билось механическое сердце. На экране ярко-красным светом горела цифра «7», а рядом ритмично подмигивал крошечный индикатор.
- Секция Семь... - прошептал Томас, не отрывая взгляда от цифры. - Та самая, которая вчера не закрылась.
- Это не просто деталь, - я повернула цилиндр в руках. - Это передатчик. Или ключ. Лампа мигает... он подает сигнал. Он связывается с Лабиринтом.
Минхо коротко свистнул, вытирая руки о штаны.
- Соф, ты гений. Это первая настоящая зацепка за все три года. Гриверы не просто бродят здесь - они части системы. И эта штука... она «своя» для Лабиринта.
- Мы должны уходить, - я спрятала механическую «трубу» в свой рюкзак. - Если этот сигнал ловит Лабиринт, то его могут ловить и другие Гриверы. И они вряд ли обрадуются, что мы забрали их игрушку.
- Согласен, - кивнул Минхо, озираясь по сторонам. - Мы получили то, зачем пришли. Возвращаемся, пока Галли не обнаружил пустую кутузку.
Мы начали подъем. Лодыжка ныла при каждом рывке, но осознание того, что в рюкзаке лежит ключ к нашей свободе, придавало сил. Мы выбрались из пропасти и рванули обратно к Северным воротам.
Бег через Лабиринт был быстрым и сосредоточенным. Мы не разговаривали, экономя дыхание. Я чувствовала ритмичную вибрацию рюкзака у себя на спине. Словно Лабиринт сам вел нас куда-то.
Мы выбрали путь через лесистую часть Северных ворот, чтобы незаметно проскользнуть обратно в Глейд. Деревья здесь были густыми и давали хорошую тень.
- Почти пришли, - прошептал Томас, когда впереди замаячил выход.
Мы выскочили из тени Лабиринта на мягкую траву Глейда. Солнце стояло высоко - мы отсутствовали больше двух часов. Нам нужно было вернуть Томаса в кутузку и спрятать находку раньше, чем нас кто-нибудь заметит.
- Бежим к кутузке - скомандовала я. - Минхо, проверь, нет ли. Галли у кухонь. Томас, заскакивай внутрь.
Но как только мы приблизились к кутузке, мы поняли, что опоздали. У решетки стоял Ньют, а рядом с ним - разъяренный Галли, который тыкал пальцем в пустые одеяла внутри ямы.
- Я же говорил! - орал Галли. - Я говорил, что этот Шнурок принесет одни неприятности! Он сбежал! И я уверен, что Софа и Минхо помогли ему!
Мы замерли на краю леса.
- Нам крышка, - пробормотал Минхо.
- Нет, - я крепче сжала лямку рюкзака, чувствуя, как внутри цилиндр продолжает мигать красным. - У нас есть доказательства. Теперь Галли придется нас выслушать, хочет он того или нет. Идемте.
Мы вышли из тени деревьев, направляясь прямо к ним. И я знала: этот разговор изменит в Глейде абсолютно всё.