13
Следующая репетиция под присмотром тренеров проходила в напряженной, но на этот раз скорее профессиональной атмосфере. Тренеры, внимательно наблюдая за каждым движением, старались выжать максимум из их, казалось бы, несовместимых стилей.
— Ляхов, более плавный переход! Ты должен вести её, а не тащить, — наставлял хоккеиста тренер.
— Завальнюк, прогнись в пояснице! Я должна видеть вашу связь, а не то, как вы пытаетесь друг друга уничтожить взглядом, — давала указания тренер Камиллы.
Гриша, понимая, что любое неосторожное движение или слово может вызвать ненужные подозрения, держал себя в руках. Он выполнял все указания хореографа и тренеров с идеальной точностью. Его движения стали более отточенными, он научился учитывать вес Камиллы, её инерцию, предвосхищать её следующую фигуру.
Камилла, в свою очередь, также сосредоточилась на технике. Она старалась не думать о том, что их разделяет всего лишь тонкий слой льда, и что прошлой ночью всё было совсем иначе. Но каждый раз, когда Гриша поднимал её в воздух, её сердце замирало. Его руки, сильные и уверенные, держали её так, что она чувствовала себя в безопасности. И взгляд, которым он иногда одаривал её, когда они не были на виду у всех, уже не был враждебным. В нем читалось что-то другое, что-то, что заставляло её чувствовать себя… особенной.
Во время одной из самых сложных поддержек, когда Гриша должен был поднять Камиллу над головой и продержать её в таком положении несколько секунд, он, вместо привычного «на счет три», тихо сказал ей на ухо, когда её ноги уже оторвались ото льда:
— Держись, Завальнюк. Ты в надежных руках.
Камилла, застыв в воздухе, едва не потеряла равновесие от неожиданности. Она посмотрела на него. Его лицо было сосредоточенным, но в уголках глаз мелькали смешинки. Он не насмехался. Он просто… поддерживал её.
— Это не моя нога не держит, Ляхов, — прошептала она, но в голосе уже не было прежней язвительности. — А твоя техника.
Гриша лишь улыбнулся. Они выполнили поддержу идеально. Когда он мягко опустил её на лед, их взгляды снова встретились. На этот раз в них не было ни вражды, ни страсти. Было что-то новое: взаимное уважение и… понимание.
После тренировки, когда все уже расходились, Камилла, собирая свои вещи, услышала за спиной голос Гриши.
— Ты сегодня неплохо справилась. Не ожидала.
— Я всегда справляюсь, Ляхов, — ответила она, не поворачиваясь. — Это ты, кажется, учишься быть… чуть менее брутальным.
Гриша подошел ближе.
— Это потому, что ты меня вдохновновляешь, Завальнюк, — сказал он, и в его голосе звучала непривычная для него искренность. — Вдохновляешь на… новые рекорды.
Камилла наконец повернулась к нему. В его глазах не было ни насмешки, ни игры. Только прямота.
— Ну и где твои рекорды? — спросила она, пытаясь вернуть привычный тон.
— Пока что только один, — ответил Гриша, и на этот раз улыбка его была совсем иной. — С тобой.
Он ничего не добавил, просто кивнул и ушел. Камилла осталась одна, глядя ему вслед. Её сердце снова забилось учащенно, но на этот раз это было не от страха или злости. Это было что-то другое. Что-то, что начинало набирать обороты.
Продолжение следует...