4
Матч закончился победой команды Гриши. Трибуны неистовствовали, а Артём, сияя от счастья, после финального свистка сразу рванул к бортику, где стояла Ира. Они обнялись так, будто не виделись вечность, хотя прошло всего два часа.
Камилла наблюдала за этой сценой со стороны, прислонившись к стене коридора. Нога ныла после долгого сидения на трибуне, и она уже сто раз пожалела, что поддалась на уговоры подруги.
— Ира, я, пожалуй, вызову такси и поеду, — тихо сказала Камилла, когда подруга подошла к ней, ведя за руку запыхавшегося Артёма.
— Камилл, ну ты чего? — расстроилась Ира. — Мы же договорились посидеть в кафе, отметить победу! Артём говорит, там отличный десерт с малиной.
— Нога болит, Ир, — честно призналась Камилла. — Мне нужно лед приложить и выпить обезболивающее.
— Я отвезу её, — раздался за спиной низкий голос.
Камилла вздрогнула и обернулась. Гриша стоял в паре шагов, уже успев переодеться в спортивный костюм, с мокрыми после душа волосами и огромной спортивной сумкой через плечо. Он выглядел уставшим, но в глазах всё еще горел огонек послематчевого азарта.
— Нет, не нужно, я вызову такси, — резко ответила Камилла, инстинктивно выпрямляя спину, чтобы не показывать слабость.
— Ляхов, дело говоришь! — Артём тут же подхватил идею. — Мы с Ирой тогда пойдем в то кафе, а ты забрось Камиллу домой. Только аккуратно, она у нас хрупкая.
— Я не хрупкая, — процедила Камилла сквозь зубы, но Артём и Ира уже начали быстро прощаться, явно радуясь возможности оставить «этих двоих» наедине.
Оставшись в коридоре вдвоем, Гриша и Камилла минуту просто смотрели друг на друга.
— Пошли, Снежная королева. Твое такси будет ехать полчаса, а я припарковался прямо у входа, — Гриша кивнул в сторону выхода.
Камилла хотела возразить, но нога отозвалась резкой пульсацией. Она молча кивнула и сделала шаг, заметно прихрамывая. Прежде чем она успела понять, что происходит, Гриша оказался рядом и подставил ей локоть.
— Обопрись, не геройствуй. Здесь скользко, — буркнул он, не глядя на неё.
Она осторожно взяла его за руку. Его предплечье было твердым, как камень, и удивительно горячим. Они медленно пошли к выходу. В машине пахло кожей и каким-то древесным парфюмом. Когда Камилла устроилась на переднем сиденье, Гриша неожиданно залез на заднее, порылся в сумке и выучил оттуда специальный охлаждающий пакет.
— На, приложи, — он протянул его ей. — У нас у всех такие травмы бывают. Если запустить, на лед не выйдешь месяц.
— Спасибо, — тихо сказала она, прикладывая холод к лодыжке. — Поздравляю с победой. Тот гол во втором периоде… это было технично.
Гриша завел мотор и посмотрел на неё с легким удивлением.
— Ты разбираешься в хоккее? Я думал, для вас это просто «мордобой».
— Когда твой отец — тренер по хоккею в провинции, ты волей-неволей начинаешь понимать разницу между «мордобоем» и хорошей тактикой, — Камилла слабо улыбнулась.
Гриша хмыкнул, выруливая со стоянки.
— Никогда бы не подумал. Ты кажешься такой… далекой от всего земного. Словно ты из фарфора.
— А ты кажешься человеком, который сначала бьет, а потом спрашивает «кто там?», — парировала она.
Они оба замолчали, но это молчание уже не было напряженным. За окном проносились огни ночного города.
— Почему ты мне помогаешь? — спросила Камилла через некоторое время. — Мы же терпеть друг друга не можем.
Гриша остановился на светофоре и повернулся к ней. В свете красного фонаря его лицо казалось более резким, но взгляд был серьезным.
— Потому что на льду нет врагов, когда кто-то получает травму. И потому что Артём мне все уши прожужжал про то, какая ты на самом деле замечательная подруга. Хотя я всё еще считаю тебя жуткой занозой.
— Взаимно, капитан, — ответила Камилла, но впервые за долгое время она не почувствовала желания уколоть его посильнее.
Когда они подъехали к её дому, Гриша не просто высадил её. Он вышел, открыл дверь и помог ей дойти до самого подъезда.
— Завтра тренировка в десять, — сказал он на прощание. — Попробуй не убиться по дороге к катку.
— Постараюсь, Ляхов. И… спасибо. Правда.
Гриша ничего не ответил, просто кивнул.