Глава 50
Вечером дворец сиял огнями.
Во дворе гарема зажгли сотни лампад. Музыка звучала громко, девушки кружились в танце, шёлковые платья переливались золотом. Сегодня весь дворец праздновал назначение наследника.
Во главе праздника сидели
Сулейман I и Хюррем Султан.
Хюррем не скрывала радости.
Её глаза сияли - наследником стал её сын.
Но не все разделяли эту радость.
Нурбану Султан сидела чуть в стороне.
На лице - спокойствие, но внутри всё горело.
Она мечтала увидеть наследником Селима.
Мечтала однажды стать Валиде-султан.
И теперь эта мечта ускользала.
Её пальцы медленно сжимали чашу.
Михриниса Хатун спокойно приняла решение султана.
Она тихо поддерживала Шехзаде Мустафа, понимая, что судьба уже выбрала свой путь.
А Хуриджихан Султан впервые за долгое время вышла из своих покоев.
После пережитого их отношения с Шехзаде Баязид начали понемногу налаживаться.
Рядом сидели
Шехзаде Мехмед и Махвирузе Султан.
Музыка звучала, гости улыбались, но Мехмед почти не смотрел на праздник.
Он думал о братьях.
О будущем.
О крови, которой часто заканчивается борьба за трон.
Махвирузе заметила его тревогу.
Она тихо сказала:
- Если бы наследником стал кто-то другой, они бы не думали о твоём сердце... и о сердцах братьев.
Ты справедливый. Добрый. Пусть они научатся этому у тебя.
Мехмед посмотрел на неё и медленно кивнул.
Её слова успокаивали его сильнее любых поздравлений.
К их столу подошёл Мустафа.
Махвирузе сразу поняла - им нужно поговорить наедине.
- Я пойду к Михринисе, - мягко сказала она и ушла.
Братья остались вдвоём.
Мустафа сел рядом и некоторое время молчал.
- Я хотел стать султаном, - честно сказал он.
- Но я был готов к отказу. И молился... что если не я - то ты.
Мехмед удивлённо посмотрел на него.
Мустафа продолжил:
- Отец прав. Ты справедливый.
И я не хочу войны между нами.
Он протянул руку.
- Я поддерживаю тебя, брат.
В глазах Мехмеда появилась настоящая благодарность.
- Мне достаточно только поддержки братьев.
Они обнялись.
Не как соперники.
Не как претенденты на трон.
Как братья, выросшие вместе.
Следующее утро во дворце началось тревожно.
Ещё до рассвета в покоях
Михриниса Хатун начались сильные схватки.
Служанки сразу подняли гарем.
Позвали повитух, лекарей, подготовили горячую воду и ткани.
По коридорам быстро разнеслась новость:
- Михриниса рожает!
У дверей покоев нервно ходил
Шехзаде Мустафа.
Он пытался сохранять спокойствие, но руки выдавали волнение.
Иногда он останавливался у двери, словно хотел войти...
но правила дворца были строгими.
Шехзаде Мехмед спокойно положил руку ему на плечо.
Изнутри доносились крики Михринисы.
Мустафа закрыл глаза и тихо прошептал молитву.
Прошло несколько часов.
И вдруг -
плач ребёнка.
Громкий. Живой.
Двери распахнулись, и главная повитуха вышла с улыбкой.
- Поздравляем, шехзаде... у вас родился сын.
Мустафа на мгновение замер.
А затем впервые за долгое время широко улыбнулся.
- Сын... - тихо повторил он.
Весть мгновенно разлетелась по Топкапы.
Сулейман I приказал раздать сладости во дворце.
Махидевран Султан лично отправила подарки новорождённому из Кютахьи.
Даже гарем на время забыл о интригах.
Мустафу наконец впустили внутрь.
Михриниса лежала уставшая, но счастливая.
На её руках спал маленький шехзаде.
Мустафа осторожно сел рядом.
- Ты подарила мне целый мир... - прошептал он.
Он коснулся лба Михринисы и поцеловал её.
Михриниса слабо улыбнулась
В своих покоях
Махвирузе Султан услышала новость и искренне улыбнулась.
Она погладила свой округлившийся живот.
- Ещё один шехзаде появился... - тихо сказала она.
Рядом стоял Мехмед.
Он посмотрел на неё и мягко произнёс:
- Пусть наши дети растут без вражды.
Махвирузе кивнула.
В покоях
Сулейман I
царила необычная тишина.
Сегодня здесь собралась вся семья.
На руках у султана лежал новорождённый сын
Шехзаде Мустафа
и
Михриниса Хатун.
Малыш тихо спал, сжимая крошечные пальцы.
Сулейман долго смотрел на ребёнка - внимательно, почти задумчиво, будто пытался увидеть будущее.
Затем он мягко улыбнулся.
- Пусть его имя будет... Ибрагим.
В комнате сразу раздались радостные голоса.
Михриниса просияла, а Мустафа склонил голову.
- Для нас это великая честь, повелитель.
Братья по очереди подошли поздравить Мустафу.
Шехзаде Мехмед первым обнял брата.
- Пусть он растёт сильным и мудрым, как его отец.
Шехзаде Селим сдержанно поздравил, скрывая свои мысли.
Шехзаде Баязид хлопнул Мустафу по плечу, пожелав сыну здоровья.
Тем временем
Махвирузе Султан подошла к Михринисе.
Она осторожно взяла её руку.
- Ты была сильной. Пусть Аллах хранит тебя и малыша.
Михриниса благодарно улыбнулась - между женщинами уже чувствовалось настоящее доверие.
Когда радость немного утихла, Мустафа почтительно обратился к султану:
- Повелитель... если позволите, после праздников мы бы хотели вернуться в Кютахью.
В комнате снова стало тихо.
Сулейман посмотрел на сына, затем на младенца Ибрагима.
Он кивнул.
- Кютахья ждёт своего правителя. Возвращайтесь... и воспитайте там достойного шехзаде.
Мустафа склонился в глубоком поклоне.
В покоях
Сулейман I
за длинным столом сидели шехзаде.
Говорили о победах, провинциях, будущем государства. Кубки поднимались за новорождённого, за династию, за силу Османов.
Султан наблюдал за сыновьями молча, словно снова взвешивая судьбы каждого.
В гареме атмосфера была иной.
Золотые лампы освещали ковры, девушки танцевали под звон бубнов, служанки разносили сладости и шербет.
Во главе сидела
Хюррем Султан - величественная, но заметно уставшая.
Рядом расположилась
Махвирузе Султан
со своими детьми. Маленькие Осман и Мелек смеялись, а младший Сулейман пытался повторять движения танцовщиц.
Возле неё сидела
Михриниса Хатун,
бережно прижимая к груди новорождённого сына. Женщины подходили поздравлять её одну за другой.
Но не все улыбки были искренними.
Чуть поодаль молча сидела
Хуриджихан Султан.
Её лицо оставалось спокойным, но пальцы нервно сжимали край подушки.
Напротив -
Нурбану Султан
с маленьким сыном на руках.
Их взгляды встретились.
Холодные. Острые. Полные скрытой вражды.
Они почти не двигались, но между ними будто вспыхивала невидимая война.
Музыка стала громче.
Танцовщицы закружились быстрее.
И именно тогда Нурбану медленно поднялась.
Она поклонилась Хюррем и тихо вышла из гарема.
Через несколько мгновений поднялась и Хуриджихан.
Она не произнесла ни слова - лишь последовала за ней.
Никто этого не заметил.
Никто... кроме Махвирузе.
Её улыбка медленно исчезла.
Она проводила их взглядом.
Сердце неприятно сжалось.
Интуиция шептала:
что-то вот-вот произойдёт.