Глава 49
Следующий день.
У дверей Совета уже ожидали четыре шехзаде - Шехзаде Мустафа, Шехзаде Мехмед, Шехзаде Селим и Шехзаде Баязид.
Коридоры дворца были тихими, лишь шаги стражи эхом отдавались под сводами. Каждый из принцев стоял по-своему:
Мустафа - неподвижный, серьёзный, словно уже готовый к решению государственной важности.
Селим - внешне спокойный, но пальцы его нервно сжимали пояс.
Баязид - напряжённый и ожидающий.
Мехмед - как всегда мягкий, с лёгкой улыбкой, наблюдая за братьями.
Двери распахнулись.
Вошёл Сулейман Великолепный.
Все четверо одновременно поклонились.
Сулейман медленно остановился перед сыновьями, внимательно посмотрел на каждого из них, будто взвешивая их души, а не только лица.
- Сегодня на Совет со мной войдёт... Баязид.
На лице Баязида вспыхнула радость, которую он попытался скрыть, поклонившись глубже.
- Это большая честь, повелитель.
Сулейман едва заметно кивнул.
Но прежде чем пройти дальше, султан снова посмотрел на остальных сыновей.
Он видел больше, чем они думали.
В глазах Селима - привычную зависть, скрытую за спокойствием.
В лице Мустафы - напряжение и тяжесть ожиданий наследника.
А Мехмед...
Мехмед просто склонил голову, принимая решение отца без тени обиды или желания спорить. Ни жажды власти, ни ревности. Только уважение.
И именно в этот момент Сулейман вновь убедился:
из всех четырёх сыновей лишь Мехмед не стремился к трону.
Султан развернулся.
- Пойдём, Баязид.
Двери Совета закрылись за ними.
Мустафа молча ушёл первым.
Селим задержался на мгновение, бросив взгляд на закрытые двери.
Мехмед же спокойно направился в сад, будто происходящее его вовсе не тревожило.
Вечер мягко опустился на дворец. В покоях горели свечи, отражаясь в золотых узорах стен. Большой стол был накрыт для семьи.
За ужином собрались Махвирузе, Мехмед, маленькие Осман, Мелек, рядом сидел ещё совсем маленький Сулейман, а под сердцем Махвирузе уже рос их будущий ребёнок.
Слуги тихо разлили шербет и удалились. Наступила спокойная, почти домашняя тишина.
Мехмед задумчиво посмотрел на мать.
- В последнее время султан стал чаще уделять внимание сыновьям, - сказал он. - Мустафа, Селим, Баязид... они были счастливы, когда отец выбирал их. Но когда он начал выбирать по одному... я заметил - остальные смотрели с завистью.
Он опустил взгляд.
- Я боюсь... если однажды один из нас взойдёт на трон, эта зависть может привести к братоубийству.
За столом стало тихо.
Махвирузе мягко положила руку на его ладонь.
- Ты тоже сын султана, Мехмед. И ты тоже можешь однажды сесть на трон.
Мехмед покачал головой.
- Я не хочу враждовать с братьями. Не хочу жить, ожидая удара в спину.
Махвирузе тепло улыбнулась.
- Тогда начни с себя. Не только ты должен избегать вражды - и они тоже должны помнить, что вы братья прежде всего.
Мехмед посмотрел на неё и медленно кивнул.
Маленький Сулейман в этот момент рассмеялся, пролив немного шербета, и все невольно улыбнулись. Осман начал что-то рассказывать сестре, Мелек тихо хихикала.
Тяжёлые мысли растворились в семейном тепле.
И ужин продолжился уже со смехом, разговорами и редким для дворца чувством - настоящего спокойствия.
Прошло три месяца.
Во дворце всё изменилось.
Хюррем султан с каждым днём чувствовала себя всё слабее. Лекари приходили постоянно, благовония горели без остановки. Сулейман почти не отходил от неё - редкость для повелителя мира.
Её сыновья - Селим, Баязид и Мехмед - ежедневно навещали мать. Даже между братьями на время исчезли споры: болезнь матери заставила их вспомнить, что они прежде всего семья.
Тем временем жизнь во дворце продолжалась.
Михриниса уже готовилась к родам - весь гарем ждал появления ребёнка Мустафы.
Живот Махвирузе заметно округлился. Она светилась спокойным счастьем.
Её сестра Анна и Малкочоглу Бали-бей уже сыграли свадьбу и отправились в путешествие. Махвирузе искренне радовалась - впервые за долгое время в её сердце было только тепло.
Но сегодня дворец жил ожиданием другого события.
С самого утра визири собирались в диване. Стража усилила охрану. Никто не говорил вслух, но все знали:
Сегодня султан объявит наследника.
Четыре шехзаде стояли у дверей Совета.
Мустафа молился про себя - он был старшим и считал это своим правом.
Селим сжимал руки, стараясь скрыть волнение.
Баязид ходил из стороны в сторону, не в силах стоять спокойно.
И только Мехмед выглядел иначе.
Он был напряжён... но не из-за трона.
Он смотрел на братьев и думал лишь об одном:
Если отец выберет одного... остальные станут врагами.
Он знал историю династии.
Знал цену власти.
И впервые в жизни ему стало страшно не за себя - за них всех.
Двери Совета открылись.
В зал вошёл султан Сулейман.
Тишина стала тяжёлой, как перед бурей.
Повелитель медленно оглядел своих сыновей. Его взгляд задержался на каждом - словно он видел не наследников, а их судьбы.
- Сегодня... - начал он спокойно, - я объявлю решение, которое определит будущее государства.
Сердца четырёх шехзаде забились одновременно.
Мустафа - с надеждой.
Селим - с жадным ожиданием.
Баязид - с горячим желанием доказать себя.
А Мехмед... закрыл глаза на мгновение.
Пусть только между нами не начнётся война...
Сулейман сделал шаг вперёд.
И весь дворец замер в ожидании имени.
В зале Совета стояла такая тишина, что было слышно дыхание стражи у дверей.
Сулейман I медленно обвёл взглядом своих сыновей.
Шехзаде Мустафа стоял напряжённо, будто уже принял поражение.
Шехзаде Селим не скрывал ожидания.
Шехзаде Баязид едва сдерживал себя.
И Шехзаде Мехмед - стоял спокойно, но внутри уже понимал: сейчас изменится всё.
Сулейман заговорил.
- Я много лет смотрел, как вы растёте. Как вы думаете. Как вы правите, когда получаете власть.
Пауза.
- Но власть - это не меч и не гнев
Он сделал шаг вперёд.
- Это разум. Терпение. И способность не разрушить государство ради собственных чувств.
Его взгляд остановился на Мехмеде.
- И только один из вас показал это.
Селим напрягся.
Мустафа медленно поднял голову.
Баязид замер.
Сулейман продолжил твёрдо:
- Я объявляю своим наследником... Шехзаде Мехмеда.
Тишина.
Она была такой, что казалось - дворец перестал дышать.
Мустафа застыл, но не дрогнул.
Селим резко опустил взгляд - в его глазах вспыхнула скрытая боль.
Баязид сжал челюсть так, что побелели скулы.
А Мехмед... не сразу пошевелился.
Сулейман поднял руку, останавливая любую реакцию.
- Потому что он не живёт ради трона.
Он смотрел прямо на сыновей.
- Он живёт ради государства.
Пауза.
- Я видел, как вы трое смотрите на власть...
и как он смотрит на вас.
Он слегка кивнул.
- Там нет жадности. Нет ненависти. Нет желания уничтожить братьев.
Сулейман повернулся к Мехмеду.
- В этом его сила.
Мехмед наконец склонил голову.
- Я не подведу вас, повелитель.
Сулейман развернулся.
- Решение принято.
И вышел.
Когда двери закрылись, в зале осталась судьба четырёх братьев.
Мустафа молчал.
Селим не поднимал взгляд.
Баязид тяжело дышал, сдерживая бурю.
И только Мехмед тихо сказал:
- Я не враг вам.
Но эти слова уже ничего не могли изменить.