Глава 25
Победа в походе принесла в войско радость и облегчение.
Султан Сулейман I собрал сыновей в большом шатре на вечерний семейный ужин.
Огонь в лампах мягко освещал лица, а разговоры впервые за долгое время были спокойными.
Новость прозвучала почти торжественно:
Фатьма хатун, фаворитка Мустафы, родила сына.
Как и фаворитка Селима - у него тоже появился наследник.
За столом поднялись поздравления, улыбки, короткие взгляды соперничества.
Но не все разделяли радость.
Хуриджихан султан и жена Баязида переглянулись - в их взглядах была тень напряжения.
Поздним вечером все разошлись по своим шатрам.
Завтра их ждал путь обратно во дворец.
Но в тишине ночи покой одного шатра нарушился.
К шатру
Шехзаде Мехмед
пришла слуга.
Она поклонилась и тихо сказала:
- Это приказ Хюррем султан... всем шехзаде отправлены наложницы в честь победы. Чтобы вы отдохнули.
И ушла.
Мехмед остался один.
Полог шатра слегка дрожал от ветра.
Вошла девушка.
(Фирузе)
Фирузе хатун.
Красота. Уверенность. Улыбка.
- Шехзаде... - её голос был мягким, почти игривым.
Она сделала шаг ближе.
- Вы ведь устали... позвольте вам забыть о войне хотя бы на одну ночь.
Мехмед смотрел на неё долго.
Но мысли были не здесь.
Он видел другое лицо.
Другие глаза.
Другую женщину.
Махфирузе султан.
Но тишина, усталость и давление момента сделали своё.
Он не остановил её сразу.
И провёл ночь с Фирузе.
Армия вернулась во дворец после долгих месяцев похода.
Султан Сулейман I вернулся победителем, и вместе с ним - его сыновья, хотя многие из них вскоре разъехались по своим санджакам.
Шехзаде Мехмед остался.
И вместе с ним - то, о чём он пока молчал.
Фирузе хатун.
Во дворце его встретили как победителя.
Он поклонился султану, приветствовал Хюррем.
Хюррем султан посмотрела на него внимательно, задержав взгляд на Фирузе, но ничего не сказала.
Фирузе же, как велено, отправили в гарем.
И только потом Мехмед пошёл туда, куда шёл больше всего.
К покоям
Махфирузе султан.
Пять месяцев.
Пять месяцев без неё.
Он вошёл.
И всё внутри него резко остановилось.
По комнате уже ходил маленький
Осман.
Увидев отца, он радостно пошёл к нему, почти не удержавшись на ногах.
Мехмед улыбнулся - искренне, впервые за долгое время.
Он подхватил сына.
И тогда он увидел её.
Она поднялась.
И в следующую секунду - её глаза наполнились слезами.
Она подошла и крепко обняла его.
Мехмед ответил тем же - сильно, будто боялся, что это всё исчезнет.
И вдруг...
его взгляд остановился.
Её живот.
Округлый.
Очевидный.
Он отстранился чуть-чуть, посмотрел внимательно.
- Ты...
Она улыбнулась сквозь слёзы.
- Да.
Мехмед замер.
- Почему ты не сказала мне?
Она тихо рассмеялась.
- Я хотела... чтобы это был сюрприз.
И его лицо изменилось.
Не просто радость - облегчение.
Он снова обнял её.
В тот вечер был праздник.
Победа. Возвращение. Радость.
Но внутри Мехмеда уже росла тень.
Потому что он знал:
Махфирузе султан ещё не знает о Фирузе.
И правда, которую он привёз с собой из похода...
может разрушить всё.
Он смотрел на неё и держал за руку.
Она улыбалась, не зная, что над их счастьем уже нависла новая опасность.
И впервые за долгое время победа не казалась полной.
В гареме слухи уже нашли свою дорогу.
- Он привёз её с похода...
- Красивую...
- Её зовут Фирузе...
Фирузе хатун уже была здесь, и этого хватило, чтобы тень легла на всё.
Махфирузе сначала не поверила.
Но потом увидела.
Слишком долгие взгляды слуг.
Слишком осторожные разговоры.
И странное молчание, когда она спрашивала прямо.
Она остановила одну из служанок:
- Кто она?
Служанка побледнела.
- Султанша...
- Говори.
Пауза.
И тихий ответ:
- Фирузе хатун... она прибыла с шехзаде Мехмедом из похода...
Мир не рухнул сразу.
Он просто... замер.
Махфирузе султан стояла неподвижно.
Рука сама легла на живот.
Ребёнок внутри неё двигался.
Живой. Настоящий.
Но внутри неё что-то стало холодным.
- Он... привёз её? - тихо спросила она.
Служанка не ответила.
И это было ответом.
В тот вечер она не вышла к Мехмеду.
Она просто сидела у окна.
И смотрела в темноту.
Шехзаде Мехмед в это время уже искал её.
- Где Махфирузе?
Но никто не решался сказать правду.
Дворец уже погрузился в вечернюю тишину, но в воздухе всё ещё чувствовалось напряжение.
Махфирузе султан не находила себе места.
Слова о Фирузе не выходили из головы, как будто кто-то повторял их внутри снова и снова.
Она медленно поднялась.
И пошла.
В гареме было тихо.
Слуги отворачивались, как только видели её взгляд.
И тогда она увидела её.
Фирузе хатун.
Она стояла спокойно. Слишком спокойно.
Как человек, который уже понял, что война началась - но делает вид, что это просто разговор.
Махфирузе остановилась напротив.
Молчание повисло между ними тяжёлым воздухом.
Фирузе первой слегка наклонила голову:
- Султанша...
Махфирузе не ответила сразу.
Её взгляд медленно скользнул по девушке.
И только потом прозвучал тихий голос:
- Ты с ним вернулась.
Фирузе не отвела глаз.
- Да.
Фирузе слегка выпрямилась:
- Меня отправили к нему.
- Как и других наложниц.
Пауза.
- Но он не отослал меня.
Эти слова ударили тише, чем крик.
Фирузе не дрогнула:
- Он не запретил мне остаться.
Воздух стал тяжёлым.
Где-то внутри Махфирузе поднялась волна боли - но она её удержала.
Рука легла на живот.
Фирузе заметила это.
И на секунду её взгляд смягчился.
Но только на секунду.
Махфирузе не выдержала первой.
Она развернулась.
И ушла.
Без крика.
Без сцены.
Только шаги - быстрые, глухие.
Фирузе осталась стоять.
И впервые её уверенность чуть дрогнула.