За Нарнию!
— Её зовут Камелия! Как ты не понимаешь? — кричала женщина, и голос её срывался на хрип. — Перед тем как отдать её, я назвала её Камелией!
— Не кричи! Успокойся! — осадил её муж, но в его тоне не было ни капли сочувствия.
— Она жива! Жива! Моя дочь жива! — Женщина схватилась за грудь, будто сердце готово было выпрыгнуть наружу.
— Это не факт, что она! Мы же приказывали избавиться от неё! Это просто совпадение!
— Она похожа на меня! — выкрикнула королева, указывая дрожащей рукой на своё отражение в темном окне. — Посмотри на неё! Посмотри на меня! Это же очевидно!
— Успокойся, — холодно бросил Мираз, развернулся и покинул покои, оставляя жену одну в её истерике. Дверь за ним закрылась с глухим стуком, и женщина без сил опустилась на кровать, закрыв лицо ладонями.
***
Сначала девушка сделала легкий выпад. Юноша успел поставить блок, и мечи звонко столкнулись. Затем парень выполнил резкую прокрутку, рассчитывая сбить противницу с ног, однако Камелия парировала удар и сама перешла в стремительную контратаку, заставив соперника отступить на несколько шагов. Пятки скользили по мокрой траве, дыхание участилось. В какой-то момент девушка поняла, что пора заканчивать схватку, поэтому решила повторить свой трюк, который ранее удачно провернула с Каспианом, теперь уже на Эдмунде. Только она зашла на прокрутку, как парень быстро среагировал — словно знал, что она задумала, — и ловким движением выбил у неё из рук меч. Клинок отлетел в сторону, блеснув в воздухе, а Камелия потеряла равновесие и тяжело рухнула на землю. Спустя мгновение острие меча Эдмунда уже было у её шеи — холодное, но не пугающее.
— Не получилось, мелкая? — с усмешкой спросил парень. В глазах его плясали искорки.
— Ты же понимаешь, что когда-нибудь я выиграю? — ответила она, не пытаясь встать.
— Ммм... примерно никогда? — брюнет протянул ей руку, и она, хмыкнув, ухватилась за его ладонь. Он рывком поставил её на ноги.
— Каспиана победила, а значит, и тебя выиграю.
— Эй! Сладкая парочка! — раздался голос Трампкина. Оба обернулись и увидели гнома, который бежал к ним, размахивая руками. — У нас проблемы.
Услышав это, они сорвались с места и побежали за гномом, даже не переглянувшись. Подойдя к пристанищу, они увидели армию — серую, плотную, бесконечную. Мираз не дал заскучать.
— Чёрт, — выдохнула Ками, и в этом одном слове смешалось всё: страх, усталость и злость.
***
— И это ваш план? — возмущался Трампкин, расхаживая взад-вперёд. — Отправить маленькую девочку в тёмную чащу одну?
— Иного пути нет! — возразил Питер, и в голосе его звенело отчаяние.
— Вовсе не одну, — поддержала брата Сьюзен, положив руку на лук. В её жесте читалась решимость.
— Разве мало наших приняли смерть? — спросил гном, и взгляд его, устремлённый на Люси, был полен такой жалостью, что у Ками сжалось сердце.
Разговор продолжался, каждый предлагал свои варианты, но все они летели мимо — словно никто не слышал никого.
— Возможно, Мираз — жестокий тиран и убийца, но как король он уважает старинные обычаи своего народа, — предложил свою идею Каспиан, и голос его звучал тише обычного. — Один обычай поможет нам вытянуть время.
Он рассказал. Сначала все молчали, переваривая услышанное. Потом ребята принялись обсуждать план — он оказался более-менее надёжным, и они принялись его реализовывать, будто ухватились за последнюю соломинку.
***
— Только вернись, хорошо? — прошептала Камелия, провожая Эдмунда. Именно он должен был передать послание Миразу. Она смотрела на него и не могла отвести взгляд. — Может, я с тобой?
— Нет, мелкая, — он едва усмехнулся, но улыбка не коснулась глаз. — Ты должна быть здесь.
Она шагнула вперёд и просто обняла его — крепко, как будто могла удержать так навсегда.
— Вернись, — сказала она в его плечо.
Он ничего не ответил. Только на мгновение задержал ладонь на её спине, а потом разжал руки и ушёл.
***
— Меня что-то не покидает, — поделился своими переживаниями принц. Он сидел на поваленном дереве и смотрел в землю.
— То, что до сих пор не позвал Сьюзен на свидание? — решила пошутить девушка, пытаясь разрядить тяжелую тишину.
— Я не об... что ты сказала? — Каспиан поднял голову и уставился на неё.
— Она тебе нравится, так признайся ей, — сказала Ками, сидя на камне и болтая ногами. Она говорила легко, но в глазах её было что-то тёплое.
— Точно ли ты эксперт, милая десятилетка? — прищурился он.
— Мне двенадцать, а не десять, — надула губы Камелия, но без обиды.
— Мираз согласился на бой, — сказала только что вошедшая Люси. Она запыхалась, щёки раскраснелись.
— Согласился?! — Уоррен вскочила с камня, глаза её засияли. — Сработало! — Она повернулась к Каспиану, и тот кивнул.
— Да, — улыбнулся он — коротко, но искренне. — Переходим к следующему пункту плана.
Камелия ушла в одну сторону, Каспиан и Люси — в другую. Их шаги разошлись, как три разных дороги.
***
— Ты победишь, я верю в тебя, — сказала русая Питеру перед выходом из укрытия. Она положила ладонь на его бронированное плечо и слегка сжала.
— Спасибо, — ответил он, и на секунду его лицо стало мягче. А потом он кивнул и пошёл к выходу, туда, где его ждал рассветный холод.
— Удачи, — сказала Ками Эдмунду. Они смотрели друг на друга молча — секунду, две, три. В воздухе между ними повисло что-то невысказанное. А потом они разошлись в разные стороны, и тишина сомкнулась за их спинами.
***
— Проводил? — спросила Камелия, встретив Каспиана. Она стояла, прислонившись к дереву, и крутила в руке веточку.
— Проводил. А ты? — Он остановился напротив, руки в бока.
— И я... — Она помолчала, глядя куда-то в сторону. — У тебя ещё есть то чувство?
— Если ты про беспокойство, то да. Оно не проходит, — ответил он тихо.
Они смотрели друг на друга недолго — и без слов поняли всё. Не сговариваясь, пошли к лошадям. Забравшись на двух скакунов, они погнали за Люси и Сьюзен. Копыта стучали по земле, ветер свистел в ушах, но Ками слышала только собственное сердце.
Ехали они минут десять, не больше. А потом из-за поворота вынырнули всадники из армии Мираза — серые тени на серых лошадях. Они преследовали кого-то, но ребята знали кого: девочек. Чуть поднажав, они вырубили двоих врагов одновременно — слаженно, будто репетировали всю жизнь. Затем продолжили сражаться. Но двое всадников успели ускакать вперёд. Каспиан и Камелия рванули за ними, не сбавляя скорости.
Они увидели лужайку, на которой стояла Сьюзен, и как раз тех двух тельмаринцев. Те уже успели повалить девушку на землю — она лежала на боку, пытаясь вывернуться, — как Ками и Каспиан влетели между ними. Девушка вырубила своего соперника — короткий, точный удар рукоятью меча. Каспиан своего — убил. Тело мешком рухнуло на траву.
— Тебе точно не нужен рог? — с усмешкой спросил принц, протягивая Сьюзен руку. Он тяжело дышал, но улыбался.
Сьюзен с лёгкой улыбкой приняла её, и Каспиан помог ей подняться. Она уселась за ним на лошадь, положив руки ему на пояс.
— Поехали, — помешала идиллии Камелия. Голос её был резче, чем она хотела. — Мы нужны нашим. — И первой развернула коня обратно.
***
Они прискакали на лужайку, где должен был проходить бой. Питер и Мираз уже сражались — и борьба была смертельной. Каждый удар мог стать последним. Камелия спрыгнула с лошади, даже не почувствовав, как ноги коснулись земли, и встала рядом с Эдмундом. Её дыхание сбилось.
— Как он? — спросила она, не отрывая взгляда от бойцов.
— Держится, — ответил он напряжённо, и его челюсть была сжата так сильно, что на скулах выступили желваки.
— Перерыв? — прохрипел тельмаринец, отступая на шаг.
— Пять минут? — спросил Питер, опуская меч.
— Три, — бросил Мираз, и они разошлись по углам.
Питер, подойдя к своим, увидел этих троих.
— Где Лу?
— Прорвалась, — ответила Сьюзен, и голос её дрожал. — Благодаря им, — она кивнула на Ками и Каспиана.
— Спасибо, — выдохнул Питер. — Вам лучше отойти подальше. Тельмарины могут не сдержать слово.
Сьюзен на это шагнула вперёд и обняла брата — крепко, по-родному, — а затем ушла к лучникам, которые выстроились около убежища. Её шаги были твёрдыми, но Ками заметила, как дрожат её пальцы на тетиве.
— Тебе тоже лучше идти, — Эд повернулся к Камелии.
— Нет, — она пожала плечами, стараясь выглядеть спокойнее, чем было на самом деле. — Мне нечего терять. — Она грустно усмехнулась, и в этой усмешке было столько боли, сколько она не показывала никогда. — Плюс издали от меня никакого толку. Так я хоть какой-то смысл имею.
Эдмунд молча смотрел на неё. В его взгляде было что-то тяжёлое, что-то, что он не мог выговорить. Она храбрая... Очень.
После этого все трое стали помогать Питеру оклематься перед следующим раундом. Эдмунд вправил вывихнутую руку — брат заскрежетал зубами, но не издал ни звука. Камелия перетянула рану на ноге — быстро, грубо, но надёжно. А затем Питер снова взял меч и пошёл в бой.
Короли стали биться с новой силой. Удары становились злее, жестче, от них звенело в ушах. Моментами Камелия отворачивалась — не в силах смотреть на это безумие. В один момент у Питера словно открылось второе дыхание, и он стал упорно наступать, тесня Мираза к краю площадки. Мираз сдавался: получал больше ударов и наносил всё меньше.
— Перерыв! — выдохнул тельмаринец, согнувшись пополам.
— Ещё рано! — выкрикнул Эдмунд.
— Перерыв! — повторил Мираз, и голос его сорвался.
Питер недолго подумал. Секунду. Развернулся и пошёл в свой угол, опустив меч. И в этот момент Мираз подскочил — резко, как змея, — и быстро схватил меч.
— Сзади! — закричал Эдмунд.
Питер развернулся молниеносно. Отбил один удар. Второй. А потом резко перехватил меч Мираза, прокрутил его — и вонзил клинок в бедро мужчины. Глухой звук. Мираз охнул.
Он упал на колени. Певенси замер над ним с поднятым мечом. Он уже был готов убить его, но что-то остановило. Рука дрожала.
— Ты боишься меня убить? — нахально спросил мужчина, скалясь.
— Это не моё право, — прошипел Питер, опуская меч. Он протянул его Каспиану. — Твоё.
Каспиан вышел вперёд. Взял меч. Поднял над королём. Над дядей. В воздухе повисла тишина, такая густая, что можно было резать.
— Я ошибался, — прохрипел Мираз, глядя на племянника снизу вверх. — Ты станешь отличным тельмаринским королём.
Каспиан замахнулся — и вонзил клинок в землю. Рядом с коленом Мираза. Кровь капнула на траву.
— Не такой, как ты, — прошипел принц, и голос его был холоднее льда. — Ты можешь жить. Но эту страну я возвращу нарнийцам.
Он развернулся и пошёл к друзьям. Сделал три шага. Услышал за спиной шёпот.
— Ты всё правильно сделал, — тихо сказала Уоррен, и он чуть кивнул.
— Нарнийцам? — крикнул вдруг Мираз из-за спины. Голос его звенел от злобы и унижения. — Давно ли ты записался в их ряды? Да и не только ты! Сестрица твоя такая же!
— Сестрица? — Каспиан обернулся. На лице его застыло недоумение.
— Ещё одна тельмаринка, предавшая свой народ! — Мираз говорил громко, так, чтобы все слышали. Взгляды скрестились на нём. — Что же ты молчишь, Камелия?
Все обернулись на неё. Десятки глаз. Ками почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Что ты несёшь, пень старый?! — крикнула она, и голос её дрогнул. — Я даже не отсюда родом! — Она повернулась к Певенси, ища в их лицах опору. — Вы же верите мне? Я не могу быть тельмаринкой!
— Ещё как можешь, дочурка! — слова резанули по ушам, как ножом по стеклу.
— Хватит лгать! — крикнула Камелия и резко отвернулась, чтобы никто не увидел, как по щеке потекла слеза. Она сама не поняла, откуда она взялась. Просто вдруг стало мокро и горько.
Ребята уже собирались уходить — тяжело, молча, сдавив зубы, — как сзади раздался глухой стук. Они повернулись. Мираз лежал на земле, из его спины торчала стрела. Кто-то из нарнийцев не сдержался. Или наоборот — сдержал слишком поздно.
Рядом стоял какой-то лорд. Он медленно переводил взгляд с короля на нарнийцев, с нарнийцев на тельмаринцев. Его лицо было белым, как мел.
— Наш король мёртв! — закричал он, и в этом крике было не горе, а расчёт. — Нарнийцы убили нашего короля!
Он бросился к лошадям. За ним — ещё несколько таких же лордов. Они понеслись к армии, крича на ходу, поднимая воинов, как потревоженный улей. Питер повернулся к своим.
— Готовьтесь! — крикнул он, и в голосе его было всё: и ярость, и страх, и готовность умереть.
Катапульты начали стрелять. Первые снаряды упали совсем рядом — земля вздрогнула, комья полетели в лицо.
— Вот чёрт! — прошептала Камелия, и её рука сама нашла рукоять меча.
— За Нарнию! — закричал Питер.
Бой начался.