Пепел Флегетона

Стикс

Помимо хвои, свежей травы и пыли с дороги в нос бьет запах смерти. К сожалению или счастью, сегодня их будет много. Несмотря на то, что мне пришлось выпить свои лекарства, мои чувства не притупились, и я жаждала этой встречи. Перед глазами всплывала картинка, как Йен истекает кровью, и я ни капли не чувствую жалости. Я ждала этого два месяца взаперти. Я жду сейчас. Но этого ожидания осталось совсем недолго.

Мы остановились за полмили от нового дома Йена. Где ковры темнее. Ублюдок. Сегодня эти ковры окрасятся его кровью, и вычищать их буду уже не я.

— Какой план? — спрашивает Кристиан, облокотившись на машину.

Достаю с заднего сиденья карту дома и разворачиваю на капоте. Спасибо Кастилу, который смог передать нам этот план.

— По всему периметру датчики движения и камеры, — говорю я, скользя пальцем по воротам на карте. — Мы не сможем зайти через главный вход, потому что там слишком много охраны. По последним данным: четверо у ворот снаружи и семь у ворот внутри. Вы займете позиции напротив главных ворот и будете стрелять на отвлечение. Кого сможете, того убьете. Кроме Кастила.

Смотрю на парней, они полностью сосредоточены на моем голосе. Даже Адриан молчит. Он хотел взять больше людей, но я решила, что и таким составом справимся. Не вижу смысла тащить целую армию в эту глушь, когда внутри всего одиннадцать человек и Йен.

Перевожу палец на обратную сторону дома, где помечено еле заметным крестиком.

— Мы с Адрианом зайдем через подвал. Йен не будет лезть в самое пекло. Думаю, наоборот спрячется в доме или попробует сбежать через этот самый подвал, и мы его там встретим.

— Если там ловушка? — спрашивает Кай.

Я думала об этом, и если Кастил подставит меня, отдам его на растерзание Адриану.

— У нас нет другого плана, — отвечаю я, смотря на Адриана. — Мы будем аккуратны.

Парни одновременно кивают, а Адриан продолжает наблюдать за мной. И мне даже кажется, в его взгляде тень уважения и немного гордости. Он еще ни разу не видел меня в работе и сегодня он убедится, что не зря отдал мне бразды правления.

— Действуем только по команде, — продолжаю я, бросая предупреждающий взгляд на Дэвида. — Никакого самоуправства.

Он опускает глаза в пол и кивает.

— Если всем все понятно, можете выдвигаться.

Фигуры растворяются среди деревьев, и я запускаю пальцы в волосы. Я не боюсь Йена, но боюсь того, что может, не получится. Что там никого не будет или Кастил нас подставит.

«Ты слабачка. Ты не сможешь убить его точно так же как и Флегетона».

Иди на хрен.

— Ты как? — останавливается Адриан рядом со мной.

— Нормально, — отвечаю я сухо, складываю план и обхожу машину.

— Ты пила свои таблетки?

— Пила, — раздраженно бросаю я, захлопывая дверь.

И это, правда, но, похоже, из–за нервов она снова прорывается в мой разум.

«Я всегда буду с тобой, идиотка».

Прохожу мимо, и он тут же выдвигается за мной.

— Ты убегаешь от меня, — продолжает злить меня Адриан.

— Не убегаю.

— Ты врешь.

— Нет.

«Да».

— Что–то не дает тебе покоя.

— Нет.

«Да».

— Да.

— Нет.

— Ты снова врешь мне.

— Нет.

«Да».

— Tempesta.

— Нет.

«Тряпка».

— Да заткнитесь вы!

Не успеваю даже обернуться, как Адриан хватает меня за запястье и разворачивает к себе.

— Ты не пила лекарства?! — взрывается он, и меня обдает горячим дыханием.

«Давай еще в лужу превратись».

Заткнись, мать твою!

— Tempesta, блядь!

Его голос бьет по голове, и я зажмуриваюсь. Он обхватывает мои щеки ладонями, и я чувствую, как сильно пульсируют мои виски.

— Я пила, — выдавливаю я, морщась.

— Тогда почему ты слышишь ее? — говорит он тише. Спасибо за это.

«Потому что я — это ты».

Хватит повторять это дерьмо.

— Я не знаю.

— Дозировка та же?

— Да.

Убираю его руки и сажусь на землю, упираясь в ствол дерева.

— Мне нужно просто выдохнуть. Видимо перенервничала.

Адриан остается на месте, буравя меня своими чертовыми глазами. Я должна злиться на него, но не могу. Потому что все напряжение под кожей испаряется, а дыхание восстанавливается. Дьявол.

Жду, что он скажет об отмене операции или начнет высказывать свои возмущения, но он не делает этого. Подходит и опускается рядом.

Мы сидим так несколько минут и слушаем дыхание друг друга. Исходящее от него напряжение тоже постепенно пропадает.

Прислушиваюсь к своим мыслям и не замечаю ее. Может просто молчит или прячется. Но оба случая меня устраивают.

— Пойдем, — говорю я, поднимаясь. — Парни, наверное, уже подходят, пока мы тут прохлаждаемся.

— Уверена?

Закатываю глаза.

— Да, Адриан. Поднимайся.

Он делает, как я говорю, и мы снова идем по маршруту. Деревья редеют, и я вижу этот дом за высоким забором. Солнечный свет освещает его, но даже это не помогает. Темный кирпич выглядит зловеще и первое что бросается в глаза это окна. Точнее решетки на всех окнах первого этажа.

— Ублюдок позаботился о том, чтобы я не сбежала, когда переедем сюда, — шиплю я сквозь зубы.

Легкое касание по позвоночнику вызывает табун мурашек и мой гнев отступает.

— Зато теперь он не сможет сбежать от тебя, Tempesta, — говорит он тихо за моей спиной. — Ты сильнее, чем думаешь, и он знает об этом. Поэтому его дом полон охраны. Он боится тебя.

Оборачиваюсь на голос. Адриан спокойно смотрит на дом, его тело расслабленно, будто мы не на операцию идем, а стоим на пляже и на волны смотрим.

— Он боится тебя, — говорю я.

— Если бы он боялся меня, он бы никогда к тебе не прикоснулся.

В памяти всплывает его бешеный взгляд, все его слова, та ярость, которую он вымещал на мне.

— Он всегда упоминал тебя, когда злился, — опускаю взгляд на свои сжатые кулаки и делаю глубокий вдох. — Пытался сделать больнее. Когда он насил...

Осекаюсь и сцепляю зубы. Нет. Не хочу это вспоминать.

Пальцы Адриана скользят по моей спине и переплетаются с моими.

— Если не хочешь, не говори об этом. Расскажешь, когда будешь готова.

Смотрю на него, в его глазах мелькает та злость, которую я так хорошо знала, но его голос не давит.

— А если я никогда не буду готова?

— Значит на хрен его. Я уже знаю все, что мне необходимо — сегодня он умрет. Большего мне не надо.

Перевожу взгляд на наши переплетенные пальцы и выдергиваю руку. Сама же провоцирую его.

— Никаких прикосновений, — напоминаю я.

Он хмыкает, когда я прохожу мимо него, к дому.

— А ты обещала не врать, но как минимум была поймана на лжи три раза, — говорит он, не отставая.

Закатываю глаза и ничего не отвечаю. С ним бесполезно спорить. Упрямый баран. Да, я солгала вчера, что пила таблетки, но признаваться в этом не буду.

Вспоминаю примерное расположение входа и приглядываюсь к земле. Вокруг все засыпано желтыми листьями, и я уже думаю, что план провален, но когда Адриан отбрасывает траву, я вижу то, что искала.

По сравнению с новым забором и дизайном дома, металлическая, ржавая дверь в полу выглядит как портал в ад. В прошлом — в мой личный ад.

Беру себя в руки, пытаясь унять легкую дрожь. Достаю из кармана маленькую кнопку и нажимаю ее. В ухе я уже слышу несколько голосов и шум.

— Все на местах? — спрашиваю я, и мой голос звучит даже уверенней, чем хотелось.

Все четыре голоса по очереди отвечают «да». Я так и не решила, кто будет отвечать за вторую группу. Я не могла выделить кого–то одного, ведь каждый заслужил управлять операцией. Поэтому на каждом одинаковая ответственность за всю группу.

— Готовность три, — впиваюсь взглядом в Адриана, который молча смотрит на меня. — Два, — уголки его губ приподнимаются. — Один.

Весь шорох в ухе прекращается. Даже дыхание замедляется.

— Огонь.

В эту же секунду пространство заполняется эхом выстрелов. Птицы тут же взлетают, ударяя крыльями по эху. Сначала выстрелы редкие, но темп быстро нарастает.

— Вижу шестерых, — отчитывается Кристиан.

— Седьмой на тридцать градусов запад, — говорит Нейт.

— Восьмой на десять восток, — слышу голос Кая.

Адриан опускается на корточки и берется за ручку.

— Готова? — спрашивает он.

Мой бывший... любовник? Мы не подтверждали статус наших отношений. Поэтому мой бывший любовник помогает убить моего бывшего мужа. Я даже мечтать о таком не могла. Это точно кошмар.

— Готова.

Адриан дергает ручку, и дверь поддается противным скрипом. Заглядываю вниз, и меня окатывает запахом плесени, сырости и давно непроветриваемым помещением. Делаю шаг вперед, но Адриан успевает закрыть проход и спускается первый.

Раздраженно вздыхаю и плетусь следом за ним.

Подвал небольшой. Под ногами гадко хлюпают лужи. Узкий прямой проход, ни одной двери, на стенах из серого бетона ржавые трубы, одна единственная лампочка, и то которая мигает и приходится постоянно напрягать зрение, чтобы что–то увидеть. Но это не особо значимо, ведь здесь никого нет. Совсем.

Я думала, что Йен отправит сюда кого-нибудь проверить, и эта тишина немного пугает. Отвлекает только шум в наушнике, но я его уже не замечаю.

Мы приближаемся к лестнице, в конце которой дверь. Пока Адриан останавливается, я пользуюсь моментом и обхожу его. Медленно опускаю ручку, но она не поддается. Направляю дуло на замок и делаю несколько выстрелов.

— Какого черта? — бормочу я, когда вижу, что на замке остались только вмятины.

Адриан за моей спиной усмехается.

— Пуленепробиваемая.

Бросаю на него предупреждающий взгляд. Еще одно слово и ему конец. Он вскидывает руки.

— Я-то что?

— Не провоцируй.

— Понял, — пожимает он плечами и обводит округу взглядом.

Он подходит к какой-то металлической коробке на стене, на которую я не обратила внимания и открывает ее. Электрощиток.

— И чем это поможет? — спрашиваю я, подходя к нему.

— Тем, что нужно внимательнее изучать план дома, если берешься руководить операцией, — ехидно улыбается он.

Цокаю и отхожу от него. Еще заразит своим баснословным эго.

— И что же ты увидел, чего не заметила я?

Он довольно хмыкает и щелкает одним из выключателей. Потом, вторым, третьим и так, пока не остается последний.

— Во всем доме двери оснащены отпечатками пальцев, значит, все замки питаются от электричества.

Он отключает последний и дверь за моей спиной щелкает. Дергаю ручку и она, наконец, опускается.

— Что бы ты без меня делала, Tempesta, — довольно растягивает он, отодвигая меня от двери.

— Была бы счастлива.

— Лгунья.

Адриан вскидывает пистолет и держит его наготове, я делаю то же самое. Мы медленно входим в дом, и я вижу спину одного из охранников. Он говорит по телефону и не замечает нас. Жду, что Адриан сам его убьет, но он поворачивается ко мне и указывает на него ладонью, чуть подавшись вперед, одними губами говоря «прошу».

Закатываю глаза и отталкиваю его в сторону, так же одними губами произношу «идиот», и в ответ он улыбается.

Приближаюсь к охраннику и со всей силы бью его рукояткой по затылку. Он тут же падает, а вокруг него растекается красная жижа. Поднимаю его телефон и не глядя сбрасываю звонок.

— Чисто, — шепчу я Адриану.

Он наигранно, еле слышно хлопает в ладони, я же в ответ делаю реверанс. Работать с ним мне нравится даже больше, чем одной. Интереснее, что ли.

Оглядываюсь, и меня передергивает. Интерьер возвращает меня в ту квартиру. Все белое и чистое. Смотрю под ноги и вижу, как гребанный белый ковер пропитывается кровью. Даже в этом он солгал, ублюдок.

— Все нормально?

Адриан оказывается напротив меня. Прочищаю горло и киваю.

— Да. Пойдем.

Мы движемся по коридору, не издавая звуков. Я открываю каждую дверь, Адриан проверяет. Но никого так и не находим, пока не добираемся до высокой арки вместо дверей.

Огромный белоснежный зал с высокими потолками и хрустальной люстрой. Белый паркет, белые колонны, белые столы в углу зала, белые стулья. И он. Йен. А за ним трое мужчин в костюмах с направленными на нас дулами. Увидев нас, на его губах растягивается ухмылка. Он наклоняет голову вбок и смотрит на меня.

По позвоночнику проносится холод, заставляя хватать ртом воздух.

— Я ждал тебя, — говорит он, и его голос отдается от стен. — Ты всегда была предсказуемой.

Одновременно с Адрианом вскидываем пистолеты, и звук выстрелов разрезает гнетущую тишину. Двое по разным сторонам от Йена падают с простреленными лбами. Третий — Кастил, переводит дуло своего пистолета в затылок Йена, и только тогда я выдыхаю. Его спина в мгновение вытягивается как струна.

— А ты трусом, — шиплю я сквозь зубы, сокращая расстояние.

Не подхожу к нему слишком близко, хоть и уверена, что при Адриане он не выкинет никакой глупости.

Останавливаюсь и оборачиваюсь на Адриана. Что-то он слишком тихо себя ведет.

Когда мой взгляд находит его лицо, я отшатываюсь. Я не знаю, как описать словами то, как он сейчас выглядит. Кажется, что он сейчас взорвется от ярости. Все его тело напряжено, ноздри раздуваются от гнева, а глаза наливаются кровью.

— Забери у него все оружие и иди на вход. Кто попытается войти — стреляй, — отдаю приказ Кастилу, все еще смотря на Адриана.

Он не двигается. Его пальцы, сжатые на рукоятке пистолета белеют все сильнее, желваки становятся виднее. Он смотрит на Йена так, будто уже убил его — медленно, мучительно, смакуя каждую секунду.

Кастил скрывается в коридоре, и я машу Адриану головой в сторону Йена. Я знаю, что ему нужно, чтобы он не взорвался. Он тут же срывается с места.

—Только не убей его, — бросаю я, когда Адриан пролетает мимо меня.

Разворачиваюсь и наблюдаю, как Адриан выпускает свою злость. Звуки ударов, хрипов, и булькающие звуки врезаются в уши. Он бьет, бьет и бьет. Ему мало, но еще немного и Йен умрет. А я не хочу доставлять ему такого удовольствия.

— Адриан.

Одно слово и он замирает с занесенным кулаком. Поднимается на ноги и вытирает кровь о штанину.

— Я думал, ты окажешься умнее, — сквозь кашель хрипит Йен на полу.

Я подхожу к нему и смотрю в эти ледяные иголки в его заплывших глазах, в которых полопались капилляры.

— Думал, что вернешься, осознав ошибку, — продолжает он.

Наклоняюсь к нему. Давно я хотела увидеть его лицо. С гематомами и сломанным носом. Спасибо, Адриан, исполнил одну мою мечту.

— Думать не твое, ублюдок, — выплевываю я.

Он смотрит на меня долго, а потом начинает смеяться. Захлебываясь своей кровью, сплевывая ее на пол. Он хватается за живот и морщится от боли, но продолжает смеяться.

— Какие же вы идиоты, — говорит он сквозь смех. — Идеальная пара.

Мы с Адрианом переглядываемся, и он поднимает одну бровь, так же как и я не совсем понимая, что происходит.

— Влюблена в убийцу своего дорогого папочки, — продолжает он. — А ты Флегетон? Ты же не в курсе, что ее отец не убивал твою мать, а?

Перевожу удивленный взгляд с Адриана на него. Что он сказал?

— Какого хера ты несешь? — цедит Адриан.

— Такого, что на то задание выходил не Ричард Браун, а Вильям Санторо. Те документы подделал ее дядя, чтобы спасти свою шкуру, — кивает он на меня.

Время на миг останавливается, а вокруг все начинает кружиться. Мой отец умер зря? Ни за что? По вине своего же брата? Что за черт?

Перед глазами появляются документы из сейфа Адриана. Тело папы у мольберта. Его лицо на могильной плите. В ушах все громче слышен плач мамы и мой крик.

Зажмуриваюсь и отхожу. Да какого хрена, мать вашу?! Я больше не могу! Не могу!

«Ты заслужила это дерьмо».

Я не заслужила всего этого!

«Заслужила, Аврора. Если бы ты приняла меня, а не глушила таблетками, я бы давно помогла тебе во всем. Они все были бы мертвы уже давно».

Я не хочу подчиняться тебе.

«Я отдам тебе контроль сразу после того как разберусь с ними. Только скажи да».

Давлю на глаза пальцами, и они становятся мокрыми.

Обещай, что сделаешь это.

«Обещаю».

— Tempesta...

Я слышу его голос сквозь гул в ушах. Он зовет меня, но я не могу открыть глаза.

«Скажи да».

Д...

Чувствую горячие ладони на своих щеках. И запах. Его запах...

— Tempesta, открой глаза.

— Я... не могу.

Хватаюсь за его руки, но веки такие тяжелые.

«Скажи да».

— Не позволяй этому демону взять верх над тобой. Ты сильная. Сильнее, чем она. Сильнее, чем он.

— Не могу...

«Говори».

— Открывай глаза, Tempesta. Это приказ.

Впиваюсь ногтями в его руки.

— Ты не можешь мне приказывать.

— Могу. И буду. Открывай.

Машу головой, но он не дает пошевелиться. Только давит. Давит. И давит. Он всегда это делает. Всегда считает, что может указывать мне, что делать. Всегда считает себя Богом. Но это не так.

Гневная дрожь прокатывается по горлу и глаза распахиваются сами. Его лицо прямо напротив моего. Его дыхание касается моих губ и мне хочется врезать ему.

— Ты давал обещание, — говорю я.

— Ты тоже, — ухмыляется он.

Замечаю движение сбоку от лица Адриана и отодвигаю его в сторону. Йен, пользуясь моментом, пытается подняться и сбежать.

— Мышь сбегает от котов, — киваю я в его сторону.

Адриан не поворачивается, а только издает смешок.

— Но мы любим поохотиться. Ведь так, Tempesta?

Внутри просыпается знакомое тепло азарта. Игра. Мои любимая игра. Только теперь добыча не я. Я скучала по этому.

— Сколько? — спрашиваю я, изнывая от предвкушения.

— Минута?

Перевожу взгляд на сбегающего труса. Он уже поднялся и почти дошел до выхода, как он думает бесшумно.

Вскидываю пистолет и стреляю в нескольких дюймах от его головы, попадая в стену. Белая пыль осыпается на пол, а мой муж застывает на месте.

— Я даю тебе фору в минуту, Йен, — говорю я, вскидывая подбородок. — Исход не изменится, но я дам тебе надежду.

Он так и стоит, не оборачиваясь, пока я не стреляю с другой стороны.

— Время пошло! — рявкает Адриан, и мои мышцы тут же сводит.

Йен дергается и вылетает из зала. Кастил на входе в дом и не даст ему сбежать к своим людям, а на окнах первого этажа решетки. Угодил в свою же ловушку, иронично.

— Ты такая властная, Tempesta, — довольно протягивает Адриан, придвинувшись ближе. — Маленькая злая Буря.

По телу разливается какое–то давно забытое чувство, и я закусываю щеку, пытаясь скрыть улыбку. Хочу колко ответить, чтобы не забывался, но из моего рта вырывается только смешок.

Теряю счет времени в дурманящей ауре его чертовски ненавистного аромата. Может, Йен уже спрыгнул со второго этажа, может, убил Кастила и вышел через вход. Но он не дает мне сосредоточиться на секундах.

Сорок восемь? Или пятьдесят пять?

С одной стороны плевать, но с другой... я не упущу эту возможность.

— Минута прошла, — вытаскивает из омута голос Адриана.

— Тогда — удачной охоты, — поднимаю на него голову.

Его губы медленно растягиваются в пугающей улыбке.

— Взаимно, Tempesta.

Мы делаем первый шаг одновременно и выходим из зала. Сердцебиение отдается в ушах и кончиках пальцев. Никогда не хотела, чьей либо смерти настолько сильно.

Пересекаем коридор в мгновение и взлетаем по широкой лестнице с заветвленными перилами по обе стороны. В глазах начинает рябить от белого вокруг, но я закрываю вход к своему сердцу. Только цель.

На втором этаже тишина, не считая продолжительной перестрелки внизу и голосов в наушнике. Здесь все настолько мертво, что даже запаха никакого нет. Будто здесь никто никогда не жил. Точно так же как в той квартире.

Адриан толкает первую дверь ногой и проверяет. Никого. Только белизна.

Я не спешу, наслаждаюсь повеявшим ароматом страха и приближающейся смерти.

Открываю вторую. Здесь тоже пусто. Но помимо белых стен и мебели, в глаза бросается, расположенный на половину стены, стенд из темного дерева. Подхожу ближе и рассматриваю за стеклом холодное оружие. Совсем небольшие клинки, метательные ножи, несколько видов сабель и шпаг, мачете и... меч? О господи. Меч!

— Как ты вообще за него вышла? — спрашивает Адриан, и я слышу, как он сдерживает смех. Его просто распирает от веселья, а меня начинают злить подобные вопросы.

— Заткнись, — как можно сильнее бью его тыльной стороной ладони по солнечному сплетению, но этой горе хоть бы что. Даже не шелохнулся. А я руку отбила.

Потираю кисть и морщусь, но он тут же хватает ее и тянет на себя. От неожиданности теряю равновесие и все гневные слова, что крутились в голове и делаю несколько шагов навстречу, чтобы не упасть.

— Моя королева ударилась. Позвольте забрать вашу боль, — говорит он и касается губами моей руки.

Мое лицо моментально начинает гореть, к щекам приливает кровь, а в груди просыпается какой-то неосознанный трепет.

Что происходит? Опять играет?

Выдергиваю руку и отворачиваюсь, чтобы он не видел моего пылающего лица. Откашливаюсь.

— Продолжаем, — говорю я и вылетаю из комнаты.

Я даже по сторонам не посмотрела, а ведь могла бы быть уже мертва. Сказочно повезло.

Замечаю приоткрытую дверь и пару капель крови на полу. Киваю Адриану в ту сторону, и он подходит ближе.

— Так просто? — еле заметно качает головой.

— Не понимаю, как он стал капитаном моей Семьи, — вздыхаю я.

Адриан хмыкает.

— Через постель?

Что он сказал? Мне не послышалось?

Вскидываю пистолет и целюсь прямо ему в висок.

— Повторишь?

Он поворачивает голову с наглой ухмылкой.

— Ты снова провоцируешь меня, Tempesta. Когда ты держишь меня на мушке — это заводит сильнее, чем твой топик и короткие шорты.

— Ты не исправим, — цокаю я, показывая свое недовольство, но полумертвые бабочки в животе отбивают новый, более трепещущий ритм.

Подходим к двери, Адриан держится чуть дальше. Дает мне пространство. Лучше бы в Нью-Мексико так его держал.

Становлюсь по одну сторону, прижимая пушку к груди, он с другой. Киваю ему, и он толкает дверь. Как я и предполагала, в проеме пролетает пуля. Потом еще одна, и еще. Смотрю на Адриана, он закатывает глаза, а я качаю головой.

Все еще цепляется зубами за свою никчемную жизнь.

Адриан показывает три пальца, начиная обратный отсчет. Присаживаюсь.

Три...

Два...

Один...

Мы выныриваем в дверной проем и стреляем. Сначала Йен падает, а потом раздается его крик. Он растекается по венам адреналиновым топливом. Кровь окрашивает все вокруг него в алый, заливает эту белизну. С этого дня мой любимый цвет. Прямо как когда–то я мечтала. Этот момент снился мне каждую ночь. Каждый раз я прокручивала в голове разные исходы. Разные локации, разные люди, разные места. Но каждая заканчивалась одинаково. Его страданиями и смертью.

Адриан, пользуясь ситуацией, стреляет еще раз — в его руку, в которой до этого момента был пистолет.

— Итого, минус два колена и кисть. Отличная работа, — говорит он, и в его голосе уже нет намека на азарт или веселье.

Он подходит к задыхающемуся от злости и своего яда Йену и отшвыривает ногой его пистолет.

— Сука! — орет он, держась за простреленное колено.

Не думая стреляю ему в бедро, и он снова захлебывается криком. Вхожу в комнату и под кожей будто рой муравьев пробегает. Это точная копия спальни, в которой он держал меня. Все идентично. Такая же белая кровать у стены рядом с окном, две белые глянцевые тумбы по бокам, гребаный ковер посредине комнаты, даже расположение ванной комнаты там же.

Вокруг все мутнеет. Костяшки начинают ныть, ком в горле снова вырастает до таких размеров, что невозможно дышать. Пытаюсь сделать хоть один маленький вдох, но не выходит. Нахожу опору и цепляюсь за предплечье Адриана. Впиваюсь ногтями в его кожу, и мышцы руки сводит судорогой, точно так же как и тогда.

Когда приходилось драить этот чертов ковер. Когда приходилось отстирывать простыни от собственной крови, стирая кожу пальцев до мозолей. Когда вылизывала каждый угол в этой спальне. Когда сжимала зубы до скрежета, терпя унижения и боль, которыми он наслаждался.

— Tempesta, считай...

Слышу только его голос. Только его...

Один. Два. Три. Четыре.

Вдох.

Один. Два. Три. Четыре.

Выдох.

Зрение пазл за пазлом восстанавливается, теперь я вижу нахмуренное лицо Адриана перед собой.

— Еще, — звучит требовательный голос.

Один. Два. Три. Четыре.

Вдох.

Один. Два. Три. Четыре.

Выдох.

Гул в ушах становится не таким ощутимым и кажется, я могу продолжать. Остальное перетерплю.

Приближаюсь к Йену, согнувшемуся пополам от боли.

— Помнишь, что ты сказал в последний день моего плена? — спрашиваю я, наклоняясь к нему.

Он молчит. Пытается убить меня взглядом, но вряд ли у него это получится.

— Так что, Йен? Помнишь?

Он поднимает на меня глаза. Красные от ненависти. И сквозь боль и всю ту грязь, что вылил на меня, он улыбается.

— Я помню каждый гребаный день с тобой. Особенно первый. Как ты кричала, плакала и молила остановиться. Как стояла передо мной на коленях...

Вздрагиваю от неожиданного выстрела и нового крика. Еще одна дыра в бедре Йена.

— Эй, — возмущаюсь я. — Это мой раунд.

— Не сдержался, — пожимает Адриан плечами, скрываясь за моей спиной.

Он пытается выглядеть непринужденно, но я всегда вижу этих демонов в его глазах. Он зол. Очень зол.

— Так о чем это мы, — задумываюсь я, приложив дуло пистолета к своему подбородку. — Точно!

Перевожу его и стреляю еще раз. Снова крик и хриплые проклятья.

— Ты хотел, чтобы я родила тебе. Думал, что у нас что–то получится. Но ты не достоин ни того, ни другого. И ты умрешь с осознанием того, что никому не нужен.

Через крик боли прорывается рык ярости. Йен делает рывок наверх и пытается меня схватить за руку, но Адриан быстрее. Он наступает ему на грудь с такой силой, что тот бьется затылком об пол.

— Лежать! — рявкает он, перемещая ногу на его горло и давит сильнее.

Глаза Йена наливаются кровью еще сильнее. Нога на его глотке не дает кислороду просочиться в гнилые легкие и ему остается несколько минут до того, как его встретит смерть.

— Адриан.

Он медлит всего секунду, передергивает плечами от раздражения и отходит.

— Последний шанс на исповедь, Йен, — говорю я.

— Пошли на хрен. Оба.

— Что ж, ты его просрал. Пора с этим заканчивать.

— Мой отец уже едет сюда. Вы все трупы, — выплевывает Йен, глотая кислород.

— Встретитесь в аду, ублюдок, — шиплю я и спускаю курок.

В его лбу появляется ровная дыра, а в моей груди медленно затягивается. Я думала, что стала дышать полной грудью от лекарств, но сейчас понимаю — сегодня я ожила. Заново возродилась. Словно феникс.   

Даты выхода новых глав, эксклюзивные арты, мысли, обсуждения и просто актуальные новости в моем тгк linagood3. Подписывайся❤️