Недружелюбный полурослик

К их огромному сожалению, орки оправились быстрее, чем они надеялись. Стоило отряду отойти от скалы, как позади снова раздались горны и хриплое рычание варгов. Эхо прокатилось по склонам — и стало ясно: погоня возобновилась.

Гномы ускорили шаг, почти переходя на бег. Они не оглядывались и не позволяли себе остановиться ни на минуту. Гэндальф вёл их по тайным тропам — по узким каменным уступам, через скрытые расщелины, вдоль пересохших русел ручьёв. Он петлял, уводил отряд в сторону, возвращался назад, запутывая следы и выигрывая драгоценное время.

Так они шли всю ночь и весь следующий день без единой остановки. Орки, мчавшиеся на варгах, неумолимо нагоняли: звери были быстрее даже пони, а у гномов не было и этого преимущества. Только собственные ноги — сбитые в кровь — и упрямство, не позволявшее упасть.

С каждым шагом силы таяли.

Отряд по очереди нёс Бильбо на руках. Он был легче любого из них, и всё же даже эта ноша постепенно превращалась в камень. Пот стекал по лицам, смешиваясь с пылью, дыхание становилось хриплым, а шаг — всё тяжелее и медленнее.

Никто не жаловался, но изнеможение читалось в каждом движении.

— Гэндальф, сколько ещё идти? — спросил Торин, уже не скрывая волнения за отряд.

Голос его звучал твёрдо, как и прежде, но в нём проступила усталость, которую невозможно было спрятать.

— Мы близки к тому, кто может помочь, — коротко ответил Гэндальф, даже не оборачиваясь. Лицо его оставалось сосредоточенным и мрачным. Сейчас и правда было не время для объяснений.

Они прошли ещё несколько часов — на упрямстве, на остатках сил, почти механически переставляя ноги.

Постепенно местность начала меняться. Воздух стал чище, прохладнее. Исчез резкий запах варгов, больше не доносились ни горны, ни крики. Даже птицы не взлетали тревожно из травы — всё вокруг казалось непривычно спокойным, почти умиротворённым.

Гэндальф заметно ускорил шаг.

— Почти пришли, — повторил он тише.

И в этих словах впервые прозвучала уверенность.

Но даже она не могла полностью заглушить тревогу: орки всё ещё были где-то позади. Ближе, чем хотелось верить. А отряд — на пределе.

— Шевелите ногами! — рявкнул Торин, удерживая темп, хотя собственное дыхание уже жгло грудь.

Он видел, как его братья едва держались. Сначала плен у гоблинов, затем бой с орками, теперь — изнурительный бег без сна и привалов. Лица посерели от усталости, шаги стали тяжёлыми и неуверенными.

Если бы он тогда послушал Бильбо...

Мысль оборвалась также быстро, как и появилась. Неожиданно наступила тишина.

Отряд не сразу осознал, что именно изменилось. Просто в какой-то момент исчез привычный фон погони. Горны больше не звучали. Не доносились ни хриплые крики, ни тяжёлое рычание варгов.

Остался только ветер, шуршащий в траве, да их собственное прерывистое дыхание.

Гномы невольно замедлились, настороженно оглядываясь, будто не веря этой внезапной тишине.

— Мы на месте, — произнёс Гэндальф, заметно выдохнув, и указал вперёд.

На краю небольшой поляны стояла одинокая хижина. Солнце уже клонилось к закату, заливая её стены тёплым янтарным светом и вытягивая длинные тени по траве. После изнурительного бега это место казалось почти нереальным — слишком спокойным.

— Заходим по одному. Я дам сигнал, — тихо предупредил волшебник.

Гномы молча кивнули. Сил спорить, сомневаться или задавать вопросы у них больше не осталось.

Но ожидание оказалось тяжелее погони. Напряжение звенело в воздухе, и уже через несколько минут, не выдержав, один за другим они проскользнули внутрь следом за магом — слишком уставшие, чтобы соблюдать осторожность до конца.

Хозяин дома — высокий, широкоплечий оборотень — встретил их низким, предупреждающим рычанием. Его взгляд скользнул по оружию, по закопчённым лицам, по напряжённым фигурам.

Но стоило ему заметить бессознательного хоббита на руках Торина, как выражение его лица изменилось. Рычание стихло.

Без лишних слов он отступил в сторону, позволяя им войти. Затем коротко кивнул Гэндальф, забрал Бильбо и вместе с магом скрылся в отдельной комнате, плотно закрыв за собой дверь.

Когда остальные почувствовали хоть намёк на безопасность, они буквально рухнули на пол и лавки, засыпая мгновенно. Даже Торин, в чьей голове ещё глухо отдавались тревожные мысли, не смог сопротивляться усталости и провалился в темноту, едва сомкнув веки.

Ночь прошла тихо. А утро подкралось незаметно — вместе с мягким светом, пробившимся сквозь щели ставен, и запахом тёплого хлеба.

— Да уж... заснуть в доме оборотня, которого вы видите впервые, даже не убедившись, что это не ловушка... — раздался насмешливый голос над самым ухом.

Гномы нехотя разлепили глаза, морщась от света и ломоты во всём теле — и замерли.

Перед ними стоял совершенно целый Бильбо.

Не бледный призрак, не лежащий без сознания хоббит — а живой, на ногах, с привычным прищуром и едва заметной усмешкой. Только лёгкая бледность да повязка на плече напоминали о прошедшей ночи.

На несколько долгих секунд в комнате повисла тишина — тяжёлая, неверящая.

— Мы вообще-то тебе жизнь спасли, — проворчал Глоин, поспешно отворачиваясь и кутаясь в одеяло, словно пряча облегчение.

Бильбо фыркнул.

— Вам просто было по пути, — пожал он плечами, будто речь шла о пустяке. — Но я не вы, так что благодарность выражать умею.

Он кивнул в сторону стола, откуда доносился запах горячей еды. И в его глазах, несмотря на привычную язвительность, мелькнуло что-то тёплое.

— Я попросил хозяина об одолжении. И если вы сейчас не встанете, еда либо остынет... либо я съем всё сам.

Второй угрозы оказалось достаточно.

Голодные гномы вскочили почти одновременно и накинулись на еду с таким рвением, будто не ели неделю. В комнате быстро стало шумно: звякала посуда, кто-то спорил за последний кусок хлеба, кто-то благодарно бормотал сквозь полный рот. Напряжение последних дней постепенно растворялось в тепле и сытости.

Наевшись до предела, они снова разбрелись по лавкам и полу. Впервые за долгое время сон пришёл без страха — без ожидания удара за спиной и тяжёлого топота варгов.

Но покой продлился недолго.

— Мистер Бэггинс... может, не надо? — осторожно спросил Ори, когда Бильбо, с подозрительно бодрым видом, потащил троих самых молодых гномов во двор.

— Я видел, как вы сражались, — сухо ответил Бильбо, скрестив руки на груди. — И слово «разочарован» не опишет мои мысли и на треть. Напоминаю: за нами вообще-то целый отряд орков.

Он чуть приподнял меч и кончиком указал на молодёжь.

— Вам следует подготовиться. Я от вас не отстану, пока у нас есть время.

В его голосе не было ни злости, ни раздражения — только твёрдая, упрямая решимость. От этого становилось ещё тяжелее.

— Мы только дух перевели, — простонал Кили.

— Он просто хочет над нами поиздеваться, — шепнул Фили брату.

Бильбо прищурился.

— Вообще-то это и есть моя благодарность. Стал бы я иначе тратить на вас своё время? И поверьте, вы не хотите узнать, как я издеваюсь по-настоящему.

Улыбка его была слишком хитрой.

Тренировка началась — и закончилась уже через несколько минут.

Вернее, для гномов она закончилась.

Потому что Бильбо сбил их всех троих на землю быстрее, чем они успели хоть как-то скоординироваться. Один не успел даже защититься, а второго он подсёк коротким, почти ленивым движением ноги, третьего развернул и уложил в пыль точным толчком в плечо. Ни лишних замахов, ни показной силы — только расчёт и скорость.

Пыль ещё не успела осесть, а трое уже лежали, ошеломлённо глядя в небо.

— Вставайте. Мы не закончили, — спокойно сказал хоббит, опуская меч и ожидая, когда гномы поднимутся.