Под кожей.

Шаги за дверью стали ближе.

Не случайные. Не проходящие мимо.

Т/и почувствовала это раньше, чем кто-то успел что-то сказать. Тело само напряглось, взгляд метнулся к двери, потом обратно — к Чонгуку и Юнги. В комнате вдруг стало тесно, как будто воздух закончился.

Юнги стоял спокойно, но теперь это спокойствие выглядело иначе — не расслабленным, а собранным. Чонгук, наоборот, стал жёстче, как будто уже заранее решил, что произойдёт дальше.

И именно это ощущение — что за неё уже всё решили — вдруг стало невыносимым.

Щелчок замка. Т/и резко выдохнула. И прежде чем дверь открылась полностью, она сделала шаг.

Не к Чонгуку.

Не к Юнги.

К двери.

— Т/и, — резко сказал Чонгук.

Но она уже не остановилась. Дверь открылась. Сотрудник не успел даже войти полностью, как она оказалась ближе, чем должна была.

— Я сама выйду, — сказала она быстро.

В комнате повисло напряжение. Юнги повернул голову. Очень медленно. Как будто он этого не ожидал... или ожидал слишком хорошо.

— Нет, — спокойно сказал он.

Одно слово. Но с тем тоном, который не обсуждается.

Т/и не обернулась.

— Я не спрашиваю разрешения.

И вот тут всё сдвинулось. Чонгук резко шагнул вперёд.

— Ты сейчас не понимаешь, что делаешь.

Она наконец повернулась к нему. Взгляд уже другой.

Уставший.

— Я как раз начала понимать, — ответила она.

Юнги сделал шаг ближе. Не быстро. Но достаточно, чтобы пространство снова сузилось.

— Ты сейчас создаёшь проблему там, где её можно избежать, — сказал он ровно.

И это звучало не как предупреждение. А как скорее как угроза.

Т/и резко усмехнулась.

— Проблема уже есть. Вы просто её называете по-другому.

Чонгук сжал челюсть.

— Хватит.

И впервые в его голосе было не терпение. А почти срыв.

Т/и посмотрела на него дольше, чем нужно. И вдруг сделала шаг в сторону. Не к двери. И не обратно.

В сторону коридора.

— Я хочу увидеть, где я вообще нахожусь, — сказала она.

Это было слишком просто. И слишком опасно.

Юнги почти сразу двинулся за ней.

— Ты не выйдешь туда одна.

— А я уже не одна, — резко ответила она, даже не оборачиваясь.

И это задело. Чонгук двинулся одновременно с ним.

Но Т/и уже вышла в коридор.

И там всё было другим.

Тихим.

Слишком пустым.

Слишком "контролируемым".

Юнги вышел первым за ней. Чонгук — сразу за ним.

— Вернись, — сказал Чонгук уже жёстче.

Но она не остановилась.

И именно в этот момент Юнги впервые заговорил иначе.

— Ты сейчас делаешь не шаг к свободе, — сказал он спокойно, — а шаг в зону, где тебя могут не остановить.

Т/и замерла, и медленно повернулась.

— А вы меня всё время останавливаете, — сказала она тихо. — Я хочу понять — от чего.

И вот тут Юнги задержал взгляд. Дольше, чем обычно. Слишком спокойно.

— От последствий, — ответил он наконец.

Чонгук резко шагнул ближе.

— Она не должна это слышать.

Юнги не посмотрел на него сразу.

— Уже поздно. — сказал он.

Она сделала ещё шаг вперёд. И в этот момент Юнги резко перехватил её за запястье.

Не грубо.

Но мгновенно.

Т/и дёрнулась. И сама не ожидала своей реакции.

Резкой.

Инстинктивной.

И это увидел Чонгук. Он изменился в лице сразу.

— Отпусти её.

Юнги не отпустил сразу. Только посмотрел на него. И в этот раз в нём появилось что-то холоднее обычного спокойствия.

— Она сама пошла дальше, — сказал он тихо.

Т/и резко выдернула руку, и сделала шаг назад.

И впервые между ними тремя повисло не напряжение. А граница.

И где-то в глубине коридора раздался голос:

— Нарушение подтверждено.