15.
Пустая парковка на окраине Сеула. Хёнджин пригнал одну из своих машин, решив, что он — идеальный кандидат на роль инструктора. Сомми сидит за рулем, вцепившись в него так крепко, что костяшки пальцев побелели.
— Джинни... может, всё-таки не надо? Давай вызовем такси, и я просто буду сидеть красиво на пассажирском?
— Брось, принцесса! Я жил с семью парнями в одном общежитии, делил ванную с Ли Ноу и выжил после кулинарных экспериментов Хана. Вряд ли твое вождение может быть страшнее этого. Жми на газ!
Спустя двадцать минут. Машина медленно, но верно приближается к одиноко стоящему столбу.
— Так, теперь плавно тормози... Плавно, Сомми! Тормоз справа! Нет, это газ! СОММИ!
*Бам!* Машина мягко утыкается в столб. Тишина. Хёнджин медленно закрывает глаза ладонью.
— Это был первый столб...
— Всё нормально. Это просто проверка бампера на прочность. Продолжаем.
Спустя еще десять минут раздается второй *глухой удар*. Тот же столб теперь украшает левую фару. Хёнджин медленно поворачивает голову к Сомми, которая виновато шмыгает носом.
— Ладно... может, я немного погорячился по поводу общежития. Там хотя бы столбы на нас не прыгали. Принцесса... может, всё-таки давай я всегда буду твоим личным водителем? У тебя слишком ценные ноги для педалей, давай оставим их для танцев.
Общая гостиная в здании JYP. Все мемберы Stray Kids в сборе, едят пиццу в перерыве между записями.
— О, вернулись каскадеры! Сколько столбов сегодня пало смертью храбрых?
— Я видел в новостях, что на окраине Сеула зафиксированы странные землетрясения. Это не вы парковались?
— Не слушай их. Когда я первый раз сел за руль, я чуть не уехал в реку. Главное, что вы целы. А машину Хёнджин еще одну купит, он у нас богатый парень.
Феликс протягивает Сомми кусок пиццы и её любимый сок.
— Забей на права. Зато ты лучше всех нас танцуешь партию в новой песне. Каждому своё: Ли Ноу водит, Хёнджин рисует, а ты — наша главная звезда и королева пассажирского сиденья.
Вечер в их квартире. Хёнджин сидит на диване, прикладывая холодную банку газировки к виску, а Сомми делает ему массаж плеч.
— Прости за бампер, Джинни. Я правда старалась.
— Глупая. Мне плевать на машину. Я просто испугался, что ты испугаешься. Знаешь что? Я завтра куплю тебе самый красивый велосипед. С корзинкой. Там столбы объезжать легче.
Сомми смеется и целует его в макушку.
— Идеально. Но только если ты приделаешь к нему дополнительные колеса, как для детей.
— Для моей принцессы — хоть розовый вертолет. Но летать буду я, договорились?
Дорогой ресторан, который выбрала мама Сомми. Атмосфера напряженная. Мама Сомми выглядит безупречно, но её взгляд прикован не к лицу дочери, а к дорогим часам Хёнджина и брендовым вещам Сомми.Весь вечер разговор вращается вокруг контрактов Сомми с Chanel и её гонораров. Мама то и дело вставляет фразы о «семейных трудностях» и «необходимости поддержки». Хёнджин чувствует, как рука Сомми, которую он держит под столом, становится ледяной. Он крепко сжимает её ладонь, большим пальцем поглаживая кожу, пытаясь передать ей свою силу.
— Принцесса, точно всё хорошо? Можем уехать, если хочешь. Просто подай знак.
— Я справлюсь...
К столу подходит отчим Сомми — человек, от одного присутствия которого её всегда бросало в дрожь. Его фальшивая улыбка и сальные комплименты в адрес её успеха заставляют Сомми напрячься всем телом. Сомми инстинктивно сдавливает руку Хёнджина так сильно, что костяшки белеют. Она понимает, что при маме и при таком влиятельном парне, как Хёнджин, отчим ничего ей не сделает, но детские страхи и чувство отторжения накрывают её с головой. Когда мама начинает в открытую намекать на «небольшой займ» для нового бизнеса мужа, сердце Сомми окончательно разбивается.
— Или нет... Джинни, пошли домой, пожалуйста.
— Всё в порядке?
— Да... пожалуйста, поехали домой. Я не хочу оставаться на ночёвку, как планировали. Просто забери меня отсюда.
Салон машины. Хёнджин сорвался с места, даже не дождавшись десерта. Он ведет машину уверенно, но постоянно косится на Сомми, которая свернулась в комок на пассажирском сиденье. Как только они отъезжают достаточно далеко, Хёнджин паркуется на обочине. Он расстегивает ремень безопасности и притягивает Сомми к себе, усаживая её на свои колени и утыкаясь носом в её волосы.
— Тише, принцесса. Всё закончилось. Они больше не достанут тебя. Я рядом.
— Ей нужны только деньги, Джинни... Она даже не спросила, как моя нога после травмы. Она просто смотрела на сумку.
— Эй, посмотри на меня. Твоя семья — это Чан-хён, это Феликс, это я. И мы любим тебя за то, что ты — это ты, а не за амбассадорство. Поняла?
2 часа ночи. Их квартира. Горит только одна лампа.
Хёнджин не отходит от неё ни на шаг. Он сам помогает ей снять туфли, сам заваривает тот самый чай, который её успокаивает. Они ложатся в кровать, и Сомми прижимается к нему так сильно, словно боится, что мир за пределами этой комнаты снова её ранит.
— Спасибо, что забрал меня. Я думала, что обязана им...
— Ты обязана только себе — быть счастливой. Спи, принцесса. Завтра мы проснемся, и Ками снова будет прыгать по тебе, а парни придут на завтрак. Это твой настоящий мир.