4
— перестань! Пожалуйста, перестань!! — Гю не орал, он просто громко говорил. Голос срывался, но не переходил в крик — будто он уже разучился кричать.
Субин вышел из класса, чтобы не слышать этого. Смотреть и никак не помогать тоже было грехом. Он знал это. И это знание жгло изнутри сильнее любого удара.
Да и родители учили по-другому. «Ближнего возлюби», «не проходи мимо чужой беды».
Поэтому он просто остался стоять в коридоре. Прислонился спиной к холодной стене, закрыл глаза.
И ждать звонка на урок. Минуты тянулись как резина.
Не дай, Бог, чтобы этот ёблан ко мне сел.
Так прошло некоторое время. Коридор пустовал, только где-то далеко хлопали двери.
Звонок, и Субин зашёл в класс. Шаг тяжёлый, нехотя.
Джун не сидел возле него. Пустое место рядом зияло свободой.
— слава Богу, — тихо сказал Субин и сел на своё место. Парта показалась почти родной.
Он стал осматриваться. Взгляд скользил по рядам, выискивая знакомые фигуры.
Не вижу его в классе.
И Гю тоже. Ни Джуна, ни Бомгю. Две пустые парты.
ОН ЕБАНУЛСЯ, — подумал Субин и быстро побежал в туалет. Сердце снова заколотилось как бешеное.
Субин не знал, зачем он это делает. Тем более Джуна это даже как-то веселит. Парень немного чувствовал чувство вины, потому что издалека думал, что Джун это делает только потому, что хочет победить его. Но нет. Дело было не в победе.
Субин решил набрать Ёнджуна. Он боялся, что он может сделать с Бомгю реально что-то серьёзное. Один гудок, два, три. Телефон противно вибрировал в руке.
Но ответа не поступало. Тишина в трубке была тяжелее удара.
— ну, ублюдок, — сказал Субин и пнул кабинку. Металл глухо загудел. И стал снова звонить.
Два, три, четыре гудка. Они просто проходили — и всё. Никто даже трубку не скидывал.
— БЛЯДЬ! — Субин побежал на задний двор. Кроссовки скользили по грязному полу, дыхание сбивалось.
Там Ёнджун спокойно бил Бомгю в живот ботинком. Размеренно, будто выполнял упражнение. Изо рта Бомгю уже текла кровь — густая, тёмная, с комками, — но Ёнджун не останавливался. Картина была мерзкая и жалкая. Субин быстро подбежал и со всей дури ебанул Ёнджуна по голове ногой, после стал его самого топтать ногами и пинать в живот, а потом в лицо. Кроссовки месили грязь и плоть.
— ТЫ ЕГО УБЬЁШЬ! ЕБЛАН!!
— На-конец-то за-щи-тни-чек пришёл. Я-то уже думал, что не придёшь, — с той же улыбкой сказал парень, выплёвывая кровь на землю.
Субин ударил его так, что парень немного отлетел в сторону, плюхнувшись в грязную жижу.
— хватит так злиться из-за какого-то там одноклассника. Тебе же глубоко насрать на него. Или это грех? — этот вопрос прозвучал как издевательство, и при этом он был произнесён с такой мерзкой улыбкой, с какой Субин ещё никогда не видел. Будто Джун знал что-то, чего не знал он сам.
Субин со всей дури врезал Ёнджуну ещё сильнее, он не мог это терпеть. Кулак вошёл в скулу с мокрым хрустом.
Картина была как вчера. Только теперь Субин бил не от страха, а от ярости.
— НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! СДОХНИ, ПРОСТО СДОХНИ! — кричал Субин и продолжал бить Ёнджуна. Голос сорвался на хрип, слёзы злости наворачивались на глаза.
— э-т-о г-р-е-х, — отрывисто говорил парень, поскольку не мог говорить быстро из-за сбитого дыхания и сильных ударов. Каждое слово давалось ему с трудом, но улыбка не исчезала.
Субин просто больше злился и бил в одну точку — лицо, нос, губы — всё смешалось в кровавое месиво.
Вскоре Джун медленно закрыл глаза и перестал говорить. Тело обмякло, голова безвольно откинулась в сторону.
Субин пнул того последний раз. Нога дрожала. После медленно подошёл к Бомгю и сел на корточки перед ним. Гю лежал на боку, сжавшись в комок, и тихо постанывал.
— до медпункта дойти, сможешь?
— кхм... Наверное, — сказал парень, покашливая. Изо рта вылетели алые брызги. Его одежда была полностью в крови. Лицо, честно, выглядело не очень — синяки, ссадины, под глазами чернота.
Субин помогал встать Бомгю, но тот попросту не стоял на ногах — ноги подкашивались, как ватные. Поэтому Субин взял его на руки. Парень был лёгким — слишком лёгким.
— зачем ты это терпишь? Он так скоро тебя просто убьёт.
— я и так ничего не смогу сделать. Сам посуди. Я, конечно, сам могу ввязаться в драку, но я очень и очень вряд ли выиграю в ней.
— перцовку бы носил. Шокер. Знаешь, школе похуй, что мы делаем друг с другом и как проходят наши дни. Просто бери перцовку и в глаза ему, а то по-другому ты до выпускного не доживёшь.
— Она у меня есть. Проблема в том, что она у меня обычно в сумке, поскольку из карманов брюк может выпасть, а это может обернуться далеко не в мою сторону. А он бьёт в любой момент, так что я даже среагировать не успеваю.
— постарайся купить баллончик поменьше, чтобы хоть раз защититься. Или бей в лицо и доставай свой побыстрее.
— хорошо, постараюсь... — еле как сказал парень, почти шёпотом.
Субин отнёс его до медпункта. Нёс осторожно, стараясь не трясти, хотя сам еле переставлял ноги от усталости.
Там, как всегда, не было медсестры. Пустая кушетка, запах лекарств и тишина. Субин сидел с Бомгю на жёстком стуле, ждал, смотрел, как тот пытается отдышаться. Гю заметил на шее Субина крест, который выпал из кофты, когда тот бил Ёнджуна.
— у тебя крестик видно, — сказал парень и опёрся на стену. Ему казалось, что так будет дышать намного легче.
Субин посмотрел на парня и быстро засунул крестик под водолазку — под тёплую ткань, поближе к сердцу.
— спасибо.
— Её вообще здесь не бывает, — сказал Бомгю, оглядывая пустой медпункт. Только кушетка с застиранной простынёй да шкаф с пересохшими бинтами.
— Да, легче уже до дома тебя довести. — Субин уже поднялся, потирая затекшую шею.
— Нет-нет, не стоит. Я сам дойду. — Гю попытался встать, но ноги дрогнули, и он снова опустился на край кушетки.
— Ты падаешь с ног. Я доведу тебя. — Субин подошёл ближе, протянул руку.
— Не стоит. — Гю отвёл взгляд, будто ему было стыдно.
— Бомгю. — Голос Субина стал твёрже.
— Я сам дойду. Ты лучше иди на уроки. — Гю упрямо сжал губы, но руки всё равно дрожали.
— Бомгю, ты будешь со мной спорить? — Субин прищурился, чувствуя, что время уходит, а Гю вот-вот свалится.
«?» — Гю поднял бровь, удивлённый такой настойчивостью.
— Вставай. Пойдём. — Субин кивнул в сторону двери.
— Ты уверен? — Гю всё ещё сомневался, но в его голосе уже звучала усталая покорность.
— Да.
Гю встал с кушетки. Медленно, держась за край, будто каждый сантиметр давался с трудом.
— Помочь идти?
Парень кивнул головой. Молча.
Субин взял его под руку — осторожно, но надёжно. Пальцы сомкнулись на предплечье, поддерживая.
«Я ненавижу этого уёбка Чой Ёнджуна», — пронеслось в голове у Гю, и эта мысль пульсировала в такт каждому шагу.
— Если будет плохо — скажи мне.
— Хорошо. — Гю говорил тихо, почти не разжимая губ.
— Только уже пробуй постоять за себя. В следующий раз я не буду помогать тебе. — Субин говорил жёстко, но в голосе сквозила забота.
— Хорошо, я понял.
— Гю, а почему ты раньше никак не реагировал на это всё? — Субин покосился на парня, замечая, как тот припадает на правую ногу.
— Я думал, что школа заметит, да и этот был намного адекватнее. Ему в последнее время вообще голову снесло. — Гю вздохнул, и этот вздох был тяжелее, чем могло показаться.
— Да, я тоже так думал. Но когда понял, что всем похуй, что ученики сидят все в крови или же под чем-то на уроках, я решил, что просто нужно стать таким же. Главное — рассудок не потерять. — Субин смотрел прямо перед собой, на грязный асфальт школьного двора.
— Последнее очень мало вероятно, — хмыкнул Гю, и в этом хмыке была горечь.
— Да, но я буду стараться как могу. — Субин пожал плечами.
— Я буду верить в тебя. — Гю сказал это просто, без пафоса, но слова прозвучали твёрже камня.
— Спасибо, Гю.
Парень слегка улыбнулся — краешками губ, едва заметно.
Субин ему тоже улыбнулся. Тепло, хотя внутри всё ещё болело после вчерашнего.
— Ну, если не будешь себя защищать, я этого делать тоже не буду. Понял меня? — спросил Субин с ухмылкой, исподлобья глядя на Гю.
— Да-да, хорошо. — Гю кивнул, и в этом кивке было обещание.
— Ты вообще от него пытался как-то защищаться? — Субин замедлил шаг, обходя лужу.
— Пытался. Я ему даже нос рукой разбивал. — Гю говорил об этом будто о чём-то давно забытом.
— А он тебе что? У вас там ничего не было, что... ну ты понимаешь. — Субин подбирал слова осторожно, хотя внутри всё кипело.
— А он меня электрошокером долбанул. Я отключился. Я бы мог даже умереть от этого. Так что страх дать ему отпор есть. — Гю поёжился, и не от холода.
— Проблемы с сердцем? — спросил Субин и повернул голову к парню. Ветер трепал волосы, и взгляд стал серьёзным. Он, конечно, думал, что у Бомгю какие-то проблемы и с сердцем тоже, но всё-таки это было странно слышать.
— Ага. — Гю кивнул, не поднимая глаз.
— Курил раньше? Или у тебя с детства такое? — Субин старался говорить ровно, без лишнего любопытства.
— С детства. — Гю пожал плечами, будто речь шла о погоде.
— Да, тоже. Ты какие таблетки пьёшь? — Субин обычно не разговаривал с одноклассниками, а из-за этого и с людьми тоже, поэтому не знал, о чём можно поговорить и нормальная ли эта тема. Голос звучал чуть скованно.
— Никаких. Я не верю, что какие-то таблетки могут помочь с сердцем. — Гю говорил упрямо, как ребёнок, отказывающийся от лекарства.
— Но их же не просто так прописывают. Ты обращался к врачам? — Субин остановился на секунду, поправляя руку Гю у себя на плече.
— Пока нет. Да и проблем особых пока не наблюдаю. — Гю не смотрел в глаза.