21. Накануне
Новость о том, что их обоих взяли на «Битву», они переваривали трое суток.
Первые два дня прошли в эйфории. Варя прыгала по квартире, обнимала Семёна каждые полчаса, перечитывала письмо раз за разом и всё равно не верила. Семён, который обычно сдерживал эмоции, несколько раз поймал себя на том, что улыбается без причины - просто так, сидя на кухне, глядя в окно, гладя Боню.
- Улыбаешься, - заметила Варя.
- Просто так.
- Не просто. Ты рад.
- Немного, - признался он.
- Много. Ты очень рад. Просто не умеешь показывать.
Семён не спорил. Она была права.
На третий день эйфория схлынула, и началась реальность.
- Сём, - сказала Варя, сидя за столом с ноутбуком, на котором они наконец восстановили часть файлов. - А где мы будем жить в Москве?
Семён оторвался от своего экрана.
- В гостинице, наверное. Или снимем квартиру на время съёмок.
- А коты?
Он замолчал.
Коты. Да. Два чёрных кота, один из которых панически боится поездок, а второй - сумасшедший реактивный двигатель в шерсти. Боня после переезда из Питера в Сегежу болел три недели - отказывался от еды, прятался под диваном, выходил только по ночам.
- На поезде - нельзя, - сказал Семён.
- На самолёте - тем более. Боню парализует от страха.
- Может, оставить их здесь? - предложил он. - Кристина приедет, поживёт у нас, присмотрит.
- Кристина работает. И у неё Лёха. И вообще, они не котоводы, они кошколюбы. Это разные вещи.
- Какая разница?
- Кошколюбы гладят чужих котов и уходят. Котоводы живут с ними, убирают за ними, терпят, когда они портят мебель. Кристина - кошколюб.
Семён вздохнул.
- Значит, берём с собой.
- Берём, - кивнула Варя. - И будем молиться, чтобы мы доехали живыми.
Инфаркт, услышав своё имя, прибежал на кухню, запрыгнул на стол и уставился на них.
- Ты, - сказал Семён коту. - Ты главная проблема.
Инфаркт чихнул и спрыгнул со стола.
- Он тебя понял, - усмехнулась Варя.
- Он послал меня.
---
За две недели до первых съёмок они начали собирать вещи.
Квартира превратилась в филиал складского помещения. Везде лежали стопки одежды - то, что берут с собой; то, что оставляют; то, что надевают, пока не решили. В углу стояли три пары ботинок Семёна, которые он не мог выбрать. На столе - ноутбук, зарядки, документы, паспорта.
- Ты это всё берёшь? - спросила Варя, показывая на стопку свитеров.
- А что, не надо?
- Сём, мы едем на съёмки, а не на Северный полюс. в Москве плюс пять.
- А вдруг похолодает?
- Тогда купишь свитер в Москве.
- Это лишние траты.
Варя не стала спорить. Бесполезно.
Параллельно они искали жильё. Перерыли все сайты, обзвонили знакомых, попросили Кристину и Лёху помочь - те жили в Питере, но у них была какая-то знакомая в Москве, которая что-то сдавала.
Дорого. Очень дорого. Везде дорого.
- Снимем одну квартиру на двоих, - сказал Семён вечером, закрывая очередную вкладку. - Так дешевле.
- Да, - кивнула Варя. - Так и планировали.
Она сидела за столом, вертела в руках кружку, смотрела на чай, который давно остыл. Семён заметил, что она о чём-то думает - не о квартире, не о деньгах, о чём-то другом.
- Варь, - позвал он.
Она подняла глаза.
- Ты чего? Какая-то задумчивая.
- Сём, - сказала она, и голос у неё был странный - не тот, которым она говорит про цены на аренду. - А может, не надо?
- Что не надо? Квартиру снимать?
- Нет. Квартиру - надо. А может, не надо, чтобы все знали, что мы вместе? Что мы муж и жена?
Семён замер.
- В каком смысле?
Она поставила кружку, повернулась к нему всем телом.
- В прямом. Мы же едем на «Битву экстрасенсов». Там будут камеры, зрители, журналисты, соцсети. Если кто-то узнает, что мы муж и жена - сразу начнутся разговоры. Что нас взяли, потому что мы пара. Что мы сговорились. Что наши способности - это постановка.
- Но это не так, - сказал Семён.
- Я знаю. И ты знаешь. Но никто другой не знает.
Она замолчала. Семён смотрел на неё и пытался понять, куда она клонит.
- Варь, мы же обсуждали это. Мы решили, что не будем прятаться. Что выйдем как пара. Что нам нечего скрывать.
- Я знаю, что мы обсуждали, - она вздохнула. - Но я думала. Долго думала. И поняла - это ошибка.
- Почему?
- Потому что нас не поймут, - сказала она просто. - Мы живём в мире, где люди верят в фейки, где любую историю можно перевернуть, где даже правда звучит как ложь, если кто-то захочет её опровергнуть. Если мы придём на проект как муж и жена - это станет главной историей. Не наши способности. Наши отношения. Все будут обсуждать не то, что мы умеем, а то, что мы спим в одной постели. Ты этого хочешь?
Семён молчал.
- Я не хочу, - продолжила Варя. - Я хочу, чтобы меня воспринимали серьёзно. Как шаманку. Как экстрасенса. А не как «девушку того парня».
- Никто так не подумает, - тихо сказал Семён.
- Подумают. Я знаю, что подумают. Потому что я женщина. А женщинам всегда сложнее доказывать, что они чего-то стоят, если рядом есть мужчина. Особенно если он - её муж.
Она отвернулась к окну. За стеклом темнело, снег падал крупными хлопьями. Варя смотрела на него и молчала.
Семён думал.
Она была права. Он знал, что она права. Он сам боялся этого - когда они только начинали говорить о «Битве экстрасенсов», он думал, что их отношения станут помехой. Потом Варя сказала «будем как есть», и он согласился, потому что не хотел спорить. Потому что сам устал прятаться. Потому что любил её и не хотел делать вид, что она для него - чужая.
Но теперь она сама передумала.
- Ты уверена? - спросил он.
- Уверена, - Варя повернулась к нему. - Я думала об этом несколько дней. Просыпалась ночью и думала. Всё взвесила. Если мы скроем наши отношения - никто не сможет нас в этом упрекнуть. Мы будем просто двумя участниками. Которые случайно оказались из одного города.
- Случайно, - усмехнулся Семён. - Из Сегежи? Где два экстрасенса на весь город?
- Ну, ты же в анкете указал, что родом из Новосибирской области, поэтому не из одного города. - Варя пожала плечами.
- Варь, это враньё.
- Это не враньё. Это сокрытие информации. Разные вещи.
- Это одно и то же.
- Сём, - она подошла к нему, взяла за руки. - Я не хочу, чтобы наша личная жизнь мешала нам работать. Я не хочу, чтобы кто-то сомневался в моих способностях из-за того, что я твоя жена. Я не хочу, чтобы ты переживал за меня вместо того, чтобы сосредоточиться на себе. Если мы будем делать вид, что не знакомы - нам будет проще. Обоим.
- Ты готова притворяться? Не подходить ко мне, не разговаривать, делать вид, что я чужой?
- Не чужой. Мало знакомый. Коллега.
- Варя.
- Сём, - она посмотрела ему в глаза. - Я не хочу, чтобы ты пострадал из-за меня. Если кто-то узнает, что мы муж и жена - подумают, что ты протеже. Что ты здесь только потому, что я. А ты сильный. Ты сам по себе. Я не хочу, чтобы твою репутацию испортили эти слухи.
Семён молчал. Он смотрел на неё - на её рыжие волосы, на серьёзные глаза, на сжатые губы. Она боялась. Не за себя - за него. Она всегда боялась за него больше, чем за себя.
Он выдохнул.
- Ладно, - сказал он. - Будем делать вид, что не знакомы.
- Правда? - Варя просияла.
- Правда. Но только на камеру. И при других участниках.
- Договорились.
Она обняла его, прижалась, уткнулась носом в шею. Семён гладил её по спине, по волосам.
- Сём, - сказала она в его плечо.
- М?
- Это тяжело будет. Притворяться.
- Знаю.
Она отстранилась, посмотрела на него.
- И котов нам придётся разделить. Если мы будем жить в разных квартирах - они не могут быть одновременно в двух местах.
- В разных квартирах? - переспросил Семён. - Зачем?
- Чтобы никто не заподозрил, что мы живём вместе. Если кто-то из участников, фанатов или съёмочной группы увидит, что мы выходим из одной квартиры - всё, легенда рухнет. Мы должны жить отдельно. В разных районах. И встречаться только за закрытыми дверями.
Семён посмотрел на неё долгим, тяжёлым взглядом.
- Ты серьёзно?
- Абсолютно.
- Варь, это перебор.
- Это необходимость, - она не отступала. - Сём, я не хочу, чтобы из-за нас был скандал. Я не хочу, чтобы нас дисквалифицировали за сокрытие информации. Если мы решили скрывать отношения - надо делать это чисто. Без дырок в легенде.
- Откуда ты знаешь, как это делается?
- Смотрела детективы, - она усмехнулась. Усмешка вышла грустной. - И думала. Долго думала. Притворяться - это не просто «не целоваться на камеру». Это целая система. Мы должны жить в разных местах, передвигаться по Москве по-разному, не появляться вместе в общественных местах. Если нас увидят вдвоём - скажем, что случайно встретились.
- Ты это всё продумала? - спросил Семён.
- Продумала, - кивнула Варя. - Я не спала две ночи.
Он посмотрел на неё - на тени под глазами, которых раньше не замечал. Она правда не спала. Всё это время, пока он думал, что они просто готовятся к отъезду, она переживала, просчитывала, боялась.
- А коты?- сказал Семён.
Варя подняла голову. Они сидели на кухне, перед ними на столе лежала распечатка с объявлениями о съёме квартир в Москве. Две квартиры. В разных районах. Для двух людей, которые должны делать вид, что не знакомы.
- Коты, - повторил Семён. - С кем они будут?
Варя задумалась. Инфаркт и Боня спали рядом на подоконнике - Боня, как всегда, с достоинством, Инфаркт, свесив лапу и уткнувшись носом в Бонину спину. Они подружились за эти месяцы так, что разлучать их было нельзя. Инфаркт без Бони начинал выть по ночам и царапать двери. Боня без Инфаркта уходил в себя - не ел, не играл, просто сидел на подоконнике и смотрел в одну точку.
- Они со мной, - сказала Варя.
Семён удивился. Он думал, что коты останутся с ним - потому что он спокойнее, потому что он больше сидит дома.
- Почему с тобой?
- Я не хочу их отдавать, - сказала она тихо. - Даже на время. Мы будем жить в разных квартирах, в разных районах, я буду видеть тебя редко, а котов - ещё реже. Не хочу.
Семён посмотрел на неё. Варя смотрела на котов. В её глазах было что-то тёплое, почти грустное.
- Ты будешь их видеть, - сказал Семён. - Я буду привозить их. Или ты будешь приходить к нам. Мы же договорились - часто встречаться.
- Часто, - кивнула Варя. - Очень часто. Почти каждый день.
- Тогда без разницы, у кого коты.
- Без разницы, - согласилась она. - Но пусть будут у меня.
Семён не стал спорить. Ему нравилось, когда Варя была мягкой и уступчивой, но в этом её решении была какая-то глубокая, почти детская привязанность к этим двум чёрным комкам шерсти. Он понимал. Коты были их семьёй. Такими же, как они сами.
- Ладно, - сказал он. - Коты у тебя. Я буду приходить в гости.
- Даже если будет поздно?
- Даже если будет поздно.
- Даже если...
- Варя, - перебил он. - Я буду приходить каждый день. Хоть ночью. Хоть под утро. Если надо будет - буду спать на полу. Но я буду приходить.
Коты спали. Инфаркт во сне дёрнул лапой и прижался к Боне плотнее. Боня вздохнул - так, как вздыхают старые коты, которые всё видели и ничему не удивляются.
- Сём, мы так справимся?
- Справимся. Мы же вместе.
- Почти вместе.
- Вместе, - поправил он. - Даже если на расстоянии. Даже если притворяемся чужими. Это ничего не меняет.
Варя кивнула.
Они смотрели в окно на снег, который всё падал и падал. Москва была где-то далеко, впереди. А пока - здесь, в Сегеже, в маленькой квартире на третьем этаже, где пахло чаем и котами, они были вдвоём. И это было главным.
- Варь, - сказал Семён. - А если кто-то узнает? Если наши легенды не сработают?
- Тогда будем думать на месте, - она повернулась к нему. - Но я не хочу об этом думать сейчас. Я хочу думать о том, что мы едем на «Битву экстрасенсов». Что нас взяли. Что мы вместе, даже если никто не знает.
- Договорились, - кивнул Семён.
Он протянул руку, Варя сжала его пальцы. Тепло. Родное. Домашнее.
За окном падал снег.
А впереди была поездка в Москву.