рыжий ворон 2

Время шло.

После того февральского вечера, когда Варя влетела в квартиру с радостной новостью и тут же столкнулась с горькой реальностью, прошло десять дней. Десять дней, которые тянулись как десять недель. Варя подтвердила своё участие в проекте - позвонила, написала, отправила все нужные документы. Её взяли. Это было официально.

Но Семёну так и не пришло письмо.

Он проверял почту каждое утро, каждое утро - пусто. В спаме, в основных, в рассылках - ничего. Варя проверяла вместе с ним, сидела рядом, сжимала его руку, надеялась. Но надежда таяла с каждым днём, как снег под мартовским солнцем - только марта ещё не было, и солнце не грело.

- Может, они рассылают не всем сразу? - говорила Варя.

- Может, - отвечал Семён.

- Может, задержка какая-то?

- Может.

- Может, письмо просто не дошло?

- Может.

Варя смотрела на него, и внутри у неё всё переворачивалось. Потому что в его голосе не было надежды. Он говорил эти «может» просто чтобы ответить. Чтобы она не молчала. Чтобы было не так тяжело.

Она стала больше времени уделять шаманизму.

Не то чтобы раньше она забросила - но в Питере, в суете, в вечных переездах и свадебных хлопотах, сил на практику оставалось мало. Кехно ворчал, требовал внимания, дёргал головой в самые неподходящие моменты - когда Варя разливала чай, когда разговаривала с тётей Галей по телефону, когда просто сидела и смотрела в окно. Но в последние дни она слышала его особенно чётко.

«Не грусти, - шептал он. - Всё будет».

- Откуда ты знаешь? - спрашивала Варя вслух.

Кехно молчал. Или не хотел говорить. Или сам не знал, но пытался её утешить.

Варя ходила на кладбище чаще - через день, а то и каждый день. Снег там лежал нетронутый, старые кресты торчали чёрными тенями на белом фоне. Она стояла на фундаменте разрушенной часовни, закрывала глаза, слушала ветер. Кехно дышал полной грудью - в Питере он задыхался, здесь, на севере, среди сосен и мёртвой тишины, он оживал.

- Что мне делать? - спрашивала Варя у пустоты.

«Ждать», - шептал ветер.

- Я не умею ждать.

«Научишься».

Она возвращалась домой, скидывала ботинки, проходила на кухню. Семён сидел за столом - с новым ноутбуком. Не работал, нет - просто сидел. Смотрел на экран, который не включал. Или включал, открывал почту, смотрел, закрывал.

- Есть новости? - спрашивала Варя, хотя знала ответ.

- Нет, - говорил он.

Она садилась рядом. Молчала. Иногда клала голову ему на плечо, и они сидели так - пока чай не остынет, пока не стемнеет за окном, пока коты не начнут требовать еды.

Коты тоже чувствовали. Инфаркт стал тише - не носился по квартире как угорелый, не сбивал шторы, не прыгал на столы. Он сидел на подоконнике и смотрел на улицу. Иногда подходил к Семёну, запрыгивал на колени, тыкался носом в руку. «Не грусти», - говорил он по-кошачьи. Семён гладил его.

Боня - тот вообще не отходил от Семёна. Спал у него в ногах, ходил за ним из комнаты в комнату, сидел на стуле, когда Семён работал. Если Семён уходил на кухню - Боня шёл на кухню. Если Семён ложился на диван - Боня устраивался у него на груди и утробно урчал, как маленький трактор.

- Он тебя лечит, - сказала однажды Варя.

- Он просто хочет есть, - ответил Семён.

- Нет, он правда лечит. Коты чувствуют, когда человеку плохо.

Семён посмотрел на Боню. Кот смотрел на него. В глазах у Бони не было голода - было что-то другое. Тёплое. Понимающее.

- Может быть, - тихо сказал Семён.

---

И вот настало это утро.

Семён проснулся от того, что кто-то кусал его за ноги.

Он открыл глаза - в комнате было ещё темно, за окном только начинало сереть, где-то около шести утра, наверное. Инфаркт сидел у его ступни и вгрызался в одеяло с такой яростью, будто это был его заклятый враг. Не одеяло, конечно - под одеялом были ноги Семёна, и кот это отлично знал.

- Инфаркт, - сонно сказал Семён. - Отвали.

Кот не отвалил. Он вцепился зубами в край одеяла, дёрнул, потом снова - и прокусил ткать, добрался до кожи. Семёна дёрнул ногой.

- Ай! - сказал он громче. - Ты что творишь?!

Инфаркт отскочил, сел на полу, посмотрел на Семёна невинными глазами, сделал вид, что ничего не было. Потом снова прыгнул на кровать и снова вцепился в одеяло.

- Да отстань ты!

Семён сел на кровати, потряс ногой, чтобы стряхнуть кота. Инфаркт обиженно пискнул, спрыгнул на пол и побежал в коридор. Семён потёр укушенное место - не больно, скорее щекотно.

Он взял телефон с тумбочки, чтобы посмотреть время.

И замер.

На экране, среди прочих уведомлений, висело одно - от электронной почты. Отправитель: «ТНТ. Кастинг "Битвы экстрасенсов"».

Семён смотрел на эти буквы и не верил своим глазам. Спать расхотелось окончательно. Он трясущимися пальцами открыл письмо.

«Уважаемый Семён! Поздравляем, вы прошли предварительный отбор для участия в новом сезоне "Битвы экстрасенсов"...»

Он не дочитал. Не мог.

- Да ну, - прошептал он. - Не может быть.

- Что? - донёсся сонный голос Вари с другого края кровати. - Чего ты орёшь?

Семён не ответил. Он перечитал письмо снова. И снова. И снова.

- Да ну, - повторил он громче, и голос его дрожал. - Да ну!

- Семён, ты сумасшедший? - Варя приподнялась на локте, щурясь от неяркого утреннего света. - Шесть утра, а ты орёшь...

Она не договорила.

Потому что Семён молча протянул ей телефон.

Варя взяла. Посмотрела на экран. На иконку почты, на имя отправителя, на первые строчки письма.

- Это... - начала она.

- Прочти.

Она прочла.

И заорала.

Визг, который вырвался из её груди, разбудил даже Боню, который спал в ногах и не реагировал ни на что последние полчаса. Кот подскочил, выгнул спину, осмотрелся, никого не нашёл и снова лёг - но спать уже не пытался, просто лежал с открытыми глазами и смотрел на этих двоих, которые сошли с ума.

- Тебя взяли! - кричала Варя. - Тебя взяли! Сёма! Тебя взяли! Ты едешь со мной! Мы едем вместе! Вместе!

Она бросила телефон на кровать, плюхнулась сверху на Семёна, обхватила его руками за шею, прижалась - щекой к щеке, всем телом. Семён не успел ничего сообразить - просто лежал на спине, смотрел в потолок и чувствовал, как она дрожит. От радости. От счастья. От облегчения.

- Мы едем! - повторяла она. - Мы едем на "Битву экстрасенсов"! Вместе! Ты и я! Как хотели! Как обещали!

- Варь, - сказал он. - Ты меня задушишь.

- Не задушу! Я тебя люблю! Я тебя очень-очень люблю!

Она зацеловала его - в щёки, в нос, в лоб, в уголки губ. Быстро, беспорядочно, счастливо. Семён улыбался, обнимал её, и внутри у него разливалось такое тепло, какого он не чувствовал уже давно.

- Варь, - сказал он.

- Что?

- Я не могу дышать.

Она прижалась к нему ещё крепче. Семён смотрел на неё - растрёпанную, с мокрыми глазами, в его старой футболке, которая съехала с плеча. Она была прекрасной. Безумной. Его.

- Мы едем, - повторила она уже тише, уткнувшись ему в шею.

- Едем, - сказал он. - Вместе.

Телефон с тихим стуком упал на пол. Они не заметили. Коты пришли в спальню - Инфаркт запрыгнул на кровать, Боня сел в дверях. Смотрели, слушали.

Это было лучшее утро.