Пробуждение зверя
Рассвет в горах был предательски тихим, пока в 4:15 утра тишину не разорвал резкий, режущий слух сигнал тревоги. Макс подскочил в кресле первым, его пальцы уже летали по клавиатуре, выстраивая каскады защитных кодов.
Адам открыл глаза за долю секунды до звука. Он не просто проснулся — он мгновенно перешел в режим «уничтожения». Одним движением он оказался на ногах, проверяя нож под подушкой и бросая короткий взгляд на Эвелин. Она уже сидела на кровати, сжимая «Глок», её взгляд был пустым и сфокусированным — взгляд профессионала, готового убивать.
— Доклад! — хрипло рыкнул Адам, выходя в гостиную.
— Сектор «Палермо-Порт», — Макс вывел на стену сетку тепловизоров. — Прямой канал отчима. Склад №12 вскрыт. Сигнализация обрезана чисто, охрана... — Макс запнулся, глядя на показатели биодатчиков. — Охраны больше нет, Кэп. Пульса ноль у всей смены.
Джозеф вылетел из своей комнаты, на ходу затягивая тактический ремень. На нем не было и следа вчерашней расслабленности. Лицо осунулось, глаза превратились в две узкие щели, в которых горел холодный расчетливый огонь. Он не был напуган — он был в бешенстве. Его территорию пометили чужой кровью.
— Это мой склад, — процедил Джозеф, проверяя затвор своей «Беретты». — Там груз, о котором не знал никто, кроме высшего круга клана. Если они зашли так глубоко, значит, в Палермо завелись крысы, которых пора травить.
— Не просто крысы, — Дэн появился из кухни, уже облаченный в легкий бронежилет, и бросил на стол черную метку с тиснением в виде песочных часов. — Макс перехватил фото с камер до того, как их вырубили. Это «Пепельный легион». Те самые ублюдки, что устроили взрыв в порту полгода назад.
Воздух в комнате мгновенно стал тяжелым. Эвелин медленно перевела взгляд на Адама. Тот стоял неподвижно, его огромная фигура в полумраке казалась высеченной из камня. Шрам на виске пульсировал.
— Они вернулись закончить работу, — тихо произнесла Эвелин. — Или они знают, что ты жив, Адам.
— Плевать, что они знают, — Адам обернулся к команде, и от его голоса по спине Джозефа пробежал холодок. — Кирилл, «Зверь» (бронированный внедорожник) к выходу. Полный боекомплект, вариант «Городская зачистка». Мила, Дэн — вторая машина, прикрытие с дистанции. Макс — ты в системе города, веди нас по каждой камере.
— Я еду с вами, — отрезал Джозеф, передергивая затвор. — Это мой порт, мой груз и мои мертвые люди. Я не собираюсь отсиживаться, пока наемники делают мою работу.
Адам посмотрел на наследника мафии. В этом взгляде больше не было снисхождения — только оценка боевой единицы.
— Поедешь с Кириллом. Попробуешь не сдохнуть в первые пять минут. Если Легион там, живых они не оставляют.
Софи стояла в тени дверного проема, прижимая руки к груди. Она видела, как вчерашние веселые ребята превращаются в безжалостные машины. Она видела Джозефа — не того парня, который смеялся над шутками Кирилла, а настоящего сына Сицилии, в чьих жилах текла кровь убийц.
— Джозеф... — сорвалось с её губ.
Он обернулся. На секунду его лицо смягчилось, он подошел и коротко, почти болезненно, сжал её ладонь.
— Сиди в подвале, Софи. Пока я не вернусь, для тебя в этом мире существуют только эти стены. Поняла?
Она кивнула, глотая слезы.
— По коням! — скомандовал Адам.
Три черных внедорожника взревели моторами, разрывая утреннюю тишину гор. Они уходили в сторону Палермо, где туман над портом уже смешивался с дымом пожарища. Затишье закончилось. Началась большая охота.
Порт Палермо превратился в филиал ада. Туман смешался с пороховым дымом, а звук прибоя заглушил непрекращающийся грохот очередей. «Пепельный легион» подготовился: они превратили лабиринт из контейнеров в идеальную зону поражения.
— Дэн, подави снайпера на вышке! — рявкнул Адам, вжимаясь в стальную балку. Его огромная фигура была слишком приметной целью. — Джозеф, отсекай их слева!
Джозеф работал как хирург со скальпелем. Его «Беретты» выплевывали свинец с пугающей точностью. Он не прятался — он наступал, его лицо было залито кровью убитого врага, а взгляд светился холодным торжеством. Он двигался синхронно с Кириллом, прикрывая спину гиганта, пока тот поливал сектор из тяжелого пулемета.
Эвелин двигалась тенью справа от Адама. Её движения были отточены до автоматизма, но всё её внимание было приковано не к врагам, а к нему. Она видела, как Адам идет напролом, как он берет на себя основной огонь, прикрывая команду.
— Кэп, берегись! Сверху! — закричал Макс в наушниках, но было поздно.
На крыше контейнера прямо над Адамом показался боец Легиона с гранатометом. Адам в этот момент перезаряжал винтовку, на секунду оказавшись открытым. Время словно замедлилось.
Эвелин не думала. Она не кричала. Она просто рванулась вперед, перекрывая собой массивную спину Адама в тот самый момент, когда стрелок нажал на спуск.
Раздался хлопок, но не взрыв — снайпер Легиона использовал крупнокалиберную винтовку. Пуля прошла по касательной, пробив плечо Эвелин и задев ребра. Удар был такой силы, что её отбросило на Адама.
— Эви! — Адам подхватил её, его глаза расширились от ужаса.
— Я в норме! Сзади! — выдохнула она, перехватывая пистолет здоровой рукой и всаживая три пули в голову стрелка на крыше.
Она заставила себя встать. Лицо Эвелин стало мертвенно-бледным, губы посинели, но взгляд оставался стальным. Она не проронила ни звука, не схватилась за бок, хотя темная кровь уже начала пропитывать её черную тактическую куртку, стекая по бедру.
— Ты ранена? — Адам схватил её за плечо, пытаясь рассмотреть повреждения в сумерках порта.
— Просто царапина, Адам. Двигаемся, или нас зажмут у пирса! — её голос был тверд, как гранит.
Следующие десять минут превратились в кровавую мясорубку. Эвелин продолжала стрелять, меняя магазины одной рукой, используя зубы, чтобы вытащить чеку из гранаты. Она видела, как Джозеф в рукопашной схватке ломает шею последнему бойцу Легиона, видела, как Кирилл зачищает сектор.
Когда последний выстрел стих и над портом воцарилась тяжелая, звенящая тишина, команда начала собираться у «Зверя».
— Мы их сделали, — Джозеф тяжело дышал, вытирая лицо рукавом. Он посмотрел на Адама с мрачным уважением. — Твои ребята... они сумасшедшие.
Адам не ответил. Он смотрел на Эвелин. Она стояла у капота машины, глядя куда-то вдаль, на море. Её рука всё еще сжимала пистолет.
— Эви? — Адам сделал шаг к ней.
Она медленно повернула голову. На её губах промелькнула слабая, почти призрачная улыбка — та самая, которую она хранила только для него.
— Я же говорила... я не дам тебе... снова уйти...
Её пальцы разжались, и пистолет со звоном упал на бетон. Колени Эвелин подкосились, и она начала падать. Адам в один прыжок оказался рядом, подхватывая её обмякшее тело. Только сейчас он увидел огромное кровавое пятно, залившее весь её бок.
— Эвелин! Черт, Макс, аптечку! Кир, заводи машину! — взревел Адам, и в этом крике было столько боли, сколько не было за все два года его «смерти».
Джозеф замер, глядя на окровавленную девушку в руках гиганта. Его ярость мгновенно сменилась ледяным ужасом. Он понял, что эта женщина только что совершила невозможное — она обманула смерть, чтобы спасти того, кого любила.
— Быстрее! — крикнул Джозеф своим людям, расчищая дорогу. — В госпиталь клана! Если она умрет, я лично сожгу этот город!
Адам прижал Эвелин к своей груди, пытаясь закрыть рану ладонью.
— Держись, Литтл... Слышишь? Только не вздумай уходить. Это приказ!
Но Эвелин уже не слышала. Её голова безжизненно откинулась на его плечо, а алая кровь продолжала пачкать его руки — те самые руки, которые она защитила ценой своей жизни.