Тень Времени | ЧЗО

Протяжный, нечеловеческий крик разрывал лесную тишь так, словно кого-то заживо резали. Он бил по нервам, проходил сквозь тело и заставлял сердце судорожно сокращаться. Мария, распахнув глаза, резко вдохнула и закашлялась, чувствуя во рту вкус крови, запекшейся на губах. Все вокруг расплывалось, влажная земля оставила на щеке грязный сдед, пальцы утопали в прогнившей листве. Она попыталась пошевелиться, но тело лишь слабо напряглось, словно она была обездвижена вечность.

Крик повторился, давая мозгу знак о том, что источник его находится где-то сверху. Мария зажмурилась и с трудом приподнялась на локтях. Перед глазами вырисовывался серый ствол дерева и... чьи-то ноги. Несколько секунд она просто смотрела на них, не понимая, почему человек стоит так странно, слишком близко. С мужских ботинок, утопающих во мху, взгляд поднялся выше, уловив руку. Пальцы ее скреблись по коре, судорожно оставляя кровавые следы.

Все еще не осознавая происходящего, Мария нахмурилась, пытаясь сфокусировать взгляд. Помимо того, что в глазах двоилось, мир вокруг отставал на несколько секунд от реальности. Мужчина закричал снова, и ее сознание наконец сложилось в целостную картину.

Толстый сосновый ствол слился воедино с грудной клеткой мужчины, который ее похитил, прорастая сквозь кожу и одежду. Кора вдавилась в шею и плечо, одна рука почти ушла внутрь древесины. Из раны медленно стекала кровь, пропитывая ствол тёмными потёками. Его лицо было искажено такой болью, что Мария едва узнала его. Глаза в панике метались, он дёргался, пытаясь вырваться, и от каждого движения из груди вырывался булькающий звук.

— П... помогите... — еле выдавил он, увидев её.

Мария медленно села, чувствуя, как дыхание задержалось, оседая неприятным комом где-то в горле. Она смотрела на него, не моргая, чувствуя, как от желудка поступают сигналы, опережая все попытки сдерживать тошноту. Её вырвало прямо в траву, на край торчащего под коленями платья. Она схватилась за живот, тяжело заходясь в кашле. Горький желчный привкус во рту заставил ее чуть ли не вывернуться наизнанку. Руки задрожали и она едва удержалась, чтобы не упасть лицом во все это месиво. Волна паники накрыла мгновенно.

— Кошмар... просто ужас... — бормотала она, отползая как можно дальше.

Мужчина все продолжал кричать, дёргаясь в смертельной ловушке из дерева и собственной плоти. Где-то неподалёку послышался треск веток и Мария растерянно завертелась, пытаясь разглядеть источник шума.

— Костя! — крикнул мужской голос.

Из-за деревьев выбежали двое мужчин.
Первый — высокий, тёмноволосый, в серой куртке. Второй — старше, в очках, с бородой и медицинской сумкой на перевес. Увидев происходящее, оба резко остановились.

— Господи... — выдохнул мужчина в очках.

Он тут же бросился к товарищу. Второй выругался сквозь зубы.

— Я говорил, что координаты нестабильны, нужно проверять! Проверять, мать вашу!

По началу эти двое даже не заметили, что Мария извивалась после сильнейшего приступа. Страх целиком овладел ее разумом. Лес, незнакомцы, труп... Или не труп, а что-то между живым и мертвым. Мужчина постарше огляделся вокруг и наконец увидел Марию, уже благополучно свалившуюся на бок.

— Очнулась...

Она вскочила на ноги раньше, чем успела подумать. Колени тут же подкосились, а перед глазами поплыли цветные круги, ноги словно налились свинцом, но инстинкт оказался сильнее слабости. Она развернулась и бросилась бежать.

— Стойте! — крикнул тот же мужчина. — Подождите! Мария!

Она даже не обернулась, убегая все дальше, вглубь леса. Ветки хлестали по лицу, дыхание сорвалось до предела . Вокруг всё расплывалось, но она продолжала двигаться, спотыкаясь о корни и цепляясь руками за деревья. Она думала, что убежала достаточно далеко, пока не услышала позади себя стремительно приближающиеся тяжелые шаги.

— Андрей, не надо! Она не в себе!

— А у нас есть выбор?!

Снова негромкий хлопок. Что-то острое ударило между лопаток. Мария вскрикнула и по инерции сделала ещё несколько шагов, прежде чем ноги перестали слушаться. Перед глазами она снова увидела серую листву, а ладони ощутили сырую землю. Судорожно пытаясь вздохнуть, она на корячках ползла дальше, безнадежно хватаясь за выпирающие корни деревьев, как за последнюю надежду остаться в сознании. А потом она снова провалилась в темноту.

                                         ***
Влажный воздух и туманная мгла пульсировали вокруг Марии, плотно оседая на губах и проникая в легкие. Ум прояснялся долго, цепляясь за обрывки боли, чужих голосов и ее сдавленного крика в лесу. Стопа ощутила под собой мокрый холодный асфальт. Шаг за шагом, Мария шла по дороге, не имеющей конца. Старая серая трасса уходила вперёд настолько далеко, что растворялась в густом молочного цвета тумане. Вокруг не было ни деревьев, ни знаков, ни даже неба. Не было даже ветра. Мария обернулась, позади была точно такая же картина. Даже ее собственное дыхание звучало глухо, будто пространство вокруг поглощало любые звуки.

В голове был лишь один вопрос: «Где я? Ответ пришёл мгновенно. Тихий голос, не имеющий принадлежности ни мужчине, ни женщине, представляющий собой искаженные звуковые волны, раздался прямо у неё в голове.

— Там, где тебе давно следовало оказаться.

Мария оглянулась, но кроме нее на дороге никого не было, от этого сердце заколотилось быстрее.

— Что... Кто вы?

Туман впереди едва заметно дрогнул.

— Ты задаёшь вопросы раньше времени.

Мария сделала осторожный шаг вперёд.
Асфальт под ногами ощущался неестественно мягким, и Мария, оступившись, на секунду потеряла равновесие.

— Что происходит? — её голос дрожал.

Несколько секунд стояла абсолютная тишина, при которой она чувствовала себя все неуютнее, а потом голос снова заговорил:

— Люди боятся того, чего не понимают.

— Я ничего не понимаю!

В этот раз голос прозвучал ближе.
Настолько близко, что у Марии по коже побежали мурашки.

— Знаю.

Она резко выпрямилась, сжимая руки в кулаки. Этот голос... Мария узнала его, вспоминая те минуты, когда ей казалось, что она сходит с ума.

— Это вы... Снова вы... — прошептала она. — Что вам нужно!?

Мария завороженно наблюдала за тем, как туман впереди медленно закручивался.

— Ты еще не готова.

— Не готова к чему?

— Узнаешь, но не сейчас.

Со спины она ощутила небольшой порыв ветра, оставивший на коже слабый след из мурашек. Мария взглянула на поднявшиеся волоски оголенного предплечья, и тут же, на побледневшую кожу с неба упали капли дождя. Мария подняла голову вверх, наблюдая за тем, как над ней сгущается черная туча. Дождь усиливался с каждой секундой, а мертвенно белая пелена тумана рассеивалась под гнетом ветра, словно толкающего Марию вперед.

— Что я узнаю? — спросила она, но ответа не последовало. — Что  узнаю? — произнесла она уже громче.

— Сейчас тебе пора проснуться, — пронеслось где-то вдали.

— Нет, постойте, — она ускорилась до бега, пытаясь догнать неизвестного собеседника.

— Иначе будет больно.

Раскат грома прокатился над головой, а земля дрогнула под ногами. Ноги стали проваливаться, будто под ними простиралась не асфальтированная трасса, в вязкое болото.

— Кто ты такой?! — выкрикнула Мария.

И уже почти исчезая, голос ответил:

— Просыпайся или умрешь.

***

Распахнув глаза, первое, что она почувствовала был запах медикаментов и хлорки. Над головой горела тусклая лампа, свет от которой неприятным мерцанием бил по глазам. Слух уловил гул вентиляции. Мария дёрнулась и тут же почувствовала острую боль в руке, воткнутая игла от капельницы дрогнула под кожей. Она перевела взгляд в сторону и увидела прозрачную трубку, уходящую к стойке с препаратами. Рядом стояла ещё одна система, по которой медленно текла её кровь. Тонкая тёмная линия уходила от её вены к металлическому контейнеру рядом с кроватью. Над правым ухом раздался писк датчиков, стоило ей зашевелиться, в коридоре сразу стали слышны приближающиеся шаги.

Двое мужчин, тех самых из леса,  показались в дверях. Тот, что был старше, держал поднос с едой, второй лишь нахмурившись наблюдал за тем, как его товарищ слишком радушно принимает незнакомку. Мария собралась было подняться, но ее быстро остановили.

— Маша, не двигайтесь, это опасно. Подождите секунду.

— Мой муж... — обезвоженно захрипела Мария. — Просто так этого не оставит...

— Твой муж— никто здесь. — ее недоброжелатель встал у капельницы, проверяя содержимое контейнера, затем он наклонился к Марии и бесцеремонно вынул из ее руки катетер, неприятная боль сковала и без того затекшую руку. — Он вообще больше...

— Андрей, помолчи! — его напарник резко одернул мужчину на полуслове. — Забери все в лабораторию, я сам! Сам.

Услышав сомнительные высказывания, Мария озлобленно уставилась на корпящего над ней мужчину, демонстративно укладывающего все на тележку. О чем он говорил? Что-то случилось с Сергеем?

— Цирк, — злорадно ухмыльнулся Андрей. — Цирк на конной тяге. Ничего не получится. Это провал Ваня, она пустышка.

Он собрал использованные трубки и иглы и вышел из палаты вместе с контейнером. Мария, наблюдавшая за происходящим расстерянно подняла на оставшегося с ней мужчину глаза полные слез. Он, в свою очередь, медленно выдохнул, будто только сейчас позволил себе расслабиться, затем осторожно поставил еду на тумбу рядом с кроватью и присел возле Марии.

— Маша, — тихо произнёс он. — Я расскажу тебе всё. Но сначала тебе нужно успокоиться и поесть. Иначе ты просто не выдержишь того, что услышишь.

Он помог ей приподняться, придерживая за плечо, и вложил в дрожащие руки глубокую тарелку с ещё тёплым куриным бульоном. От еды поднимался лёгкий пар, пахло чем-то удивительно домашним и спокойным, это было настолько неуместным в здесь, что у Марии от этого запаха все болезненно сжалось внутри. Она осторожно сделала несколько глотков, даже не используя ложку. Тёплая жидкость медленно растекалась внутри, ненадолго притупляя озноб. Но пальцы всё равно дрожали, норовя выронить керамическую посудину.

Мужчина терпеливо ждал, внимательно наблюдая за ней так, будто пытался что-то для себя понять.  Мария медленно поставила тарелку на колени и подняла на него уставший взгляд. Все вокруг казалось ей нереальным, словно декорацией к ночному кошмару.

— Ты уже слышала, — наконец произнёс мужчина. — Меня зовут Иван.

Он кивнул в сторону двери.

— А тот... ворчливый дядька — Андрей. А там... в лесу... Константин.

При упоминании человека, вросшего в дерево, Марию мгновенно замутило. Перед глазами возникло перекошенное от боли лицо, кровь, кора дерева, уходящая прямо под кожу. К горлу снова подступила тошнота и она отвела взгляд, вытирая рот тыльной стороной ладони.

— А мне, судя по всему, представляться не нужно, — хрипло произнесла Мария.

Иван слабо улыбнулся, из вежливости нежели из радости.

— Да. Мы знаем тебя очень давно.

— Почему я не знаю вас?

Иван несколько секунд молчал, мысленно подбирая слова, которые бы ударили нет так внезапно и сильно.

— Ты просто не помнишь. Это было очень давно... для тебя, — он сцепил пальцы между собой и добавил: — Для нас не прошло и месяца.

Мария нахмурилась, пытаясь понять, шутит он или нет.

— Что?

— Это тяжело принять с первого раза, — спокойно продолжил Иван. — Но сначала просто выслушай меня. Хорошо?

Она чувствовала, как начинает сильнее биться сердце. Всё звучало как бред, последствия введенных транквилизаторов, галлюцинацией. Если бы не физическая боль, которая ощущалась по-настоящему, она бы подумала, что это всего лишь продолжение странных видений.

— Я... Хорошо, — Мария медленно кивнула. — Хорошо, я слушаю.

Иван откинулся на спинку стула и устало потер переносицу.Он сам не до конца понимает, с чего начать.

— Два года назад мы решились на один эксперимент. Очень рискованный.

Он говорил задумчиво и медленно, делая паузы, во время которых постоянно поправлял одежду или прическу.

— Понимаешь, Маша... мы учёные. Всю жизнь занимались исследованиями. Большой опыт, открытия, статьи, признание... Всё это было. Но знаешь, что самое страшное в науке?

Мария молчала.

— В какой-то момент ты понимаешь, что стоишь на месте. Что все формулы уже кем-то написаны, все теории изучены. А тебе хочется... большего.

Он невесело усмехнулся, поправляя очки.

— Мы всегда были такими. Ещё с института. Пять человек, которые слишком сильно верили, что способны перевернуть мир.

Мария машинально нахмурилась.

— Но вас ведь трое...

— До твоего рождения нас было пятеро, — тихо ответил Иван. — Один из наших коллег уехал в Москву. А твоя мать... Юлия...

— Моя мать? — Мария резко напряглась.— Вы знаете, кто моя мать? Что с ней?

На этот раз Иван ответил не сразу. Он посмотрел куда-то сквозь нее, и Мария увидела на его лице тень сожаления.

— Недавно она умерла.

— Умерла? Когда?

— Когда отдала тебя в детский дом.

Мария непонимающе заморгала, а потом нахмурилась ещё сильнее.

— Подождите... — её голос всё ещё подрагивал. — Двадцать шесть лет — это, по-вашему, недавно?

Иван поймал ее взгляд. От такого пристального зрительного контакта, она запаниковала еще до того как он заговорил.

— Двадцать шесть лет прошли для тебя, Маша, — он сделал короткую паузу, за время которой ни разу не моргнул. — Для нас это случилось месяц назад.

Мария уставилась на него так, будто перестала понимать человеческую речь. Для полноценного вдоха не хватало воздуха.

— Да о чём вы вообще говорите? — сдавленно произнесла она. — Как... как такое возможно?

Иван молчал, наблюдая за тем, как Мария пытается справиться с нарастающей паникой. Она сидела неподвижно, сжав пальцами край одеяла так сильно, будто только это удерживало её в реальности. Наконец он тихо спросил:

— Что ты знаешь о перемещениях во времени?

— О чём?..

— Может быть слышала о специальных машинах? Теориях? Экспериментах?

Она нервно усмехнулась.

— Только в контексте детских книжек и фильмов...

Иван кивнул, именно этого ответа он и ожидал.

— А что, если я скажу тебе, что всё это реально?

Он говорил это так уверенно, что Мария с каждым его словом думала лишь о том, что будет делать, если вдруг это все окажется правдой...

— Что прямо сейчас существует возможность оказаться там... — он слегка запнулся, — точнее тогда, где ты никогда не мог побывать...

Мария с замиранием сердца слушала, как Иван постепенно оживляется, всем своим видом показывая, как эта тема его влечет.

— Не так надолго, как нам бы хотелось, — продолжал он. — Пока что. Но благодаря тебе мы теперь знаем, что существуют исключения.

Последняя фраза окончательно вывела её из себя.

— Чушь какая... — недовольно произнесла она на выдохе, понимая, что почти не дышала все это время.

Голос дрожал от усталости и страха, она медленно схватилась за горло, растирая пальцами кожу на шее, в надежде, что это добавит ее голосу твердости.

— Думаете, я поверю в это? Вы похитили меня. Выкачали из меня кровь. Притащили в какое-то непонятое место и теперь рассказываете мне сказки?

Она резко замолчала чувствуя, как начинает кружиться голова. Схватившись за висок, она прищурилась.

— Вы вообще знаете, кто...

— Маша, — перебил Иван уже серьёзнее. — Мы знаем о тебе больше, чем тебе известно самой.

Эти слова прозвучали словно угроза и Мария невольно замолчала. Иван чуть подался вперёд.

— Но если ты мне не веришь... тогда как ты объяснишь то, что увидела в лесу?

Перед глазами снова вспыхнула та картина: крики, кровь и леденящий страх в глазах Константина. Она не знала, что ответить, поэтому Иван продолжил:

— Двадцать семь лет назад на том месте не было никаких деревьев. Но сейчас оно там есть.

Он опустил взгляд в пол.

— Константин ошибся. Неправильно рассчитал координаты выхода. Поэтому теперь он часть этого дерева.

Мария отвернулась, закрывая лицо ладонями. Сознание отказывалось верить в услышанное, но память хранила все слишком отчётливо. Она не могла это объяснить.

— Двадцать семь лет?.. — едва слышно переспросила она, медленно отрывая ладони от лица. — То есть... по-вашему сейчас две тысячи тринадцатый год?

— Верно, Маша, сейчас две тысячи тринадцатый год.

Мария медленно покачала головой, будто одним этим движением могла вытолкнуть услышанное из головы.

— Нет...

Иван тяжело выдохнул и полез во внутренний карман халата. Через секунду он протянул ей небольшой чёрный предмет. Мария осторожно взяла его в руки. Он был гладким, прямоугольным, почти полностью чёрным. На нем были расположены маленькие кнопки с буквами и цифрами и странный стеклянный экран сверху.

— Что это?

— Нажми на любую кнопку.

Мария неуверенно коснулась одной из них. Экран мгновенно вспыхнул светом, и она вздрогнула, едва не выронив предмет. На экране загорелись цифры, время и дата, на фоне какого-то осеннего пейзажа.

— Что это такое? — прошептала она.

— Телефон.

Мария переводила взгляд с устройства на Ивана и обратно.

— Телефон? Это телефон?

— Верно.

Иван кивнул в сторону гаджета, до того, как экран должен был потухнуть.

— Видишь время? А дата?

Мария снова нажала на кнопку и посмотрела на экран. Несколько секунд её взгляд просто скользил по цифрам, не воспринимая их смысл, а затем лицо её медленно побледнело.

— Тридцатое сентября... — губы дрогнули. — Две тысячи тринадцатого...

В комнате стало очень тихо.

— Какое было число, когда ты находилась дома? — спокойно спросил Иван.

— Тридцатое марта... — Мария сглотнула, — тысяча девятьсот восемьдесят шестого.

— Посмотри на календарь.

Медленно подняв глаза на противоположную стену, она увидела плакат, на котором среди голубых цветов красовалась черная змея, с глазами того же отлива, что и растения вокруг неё. Он был помятый по углам, местами зачеркнут или обведен ручками разных цветов, но глянцевые цифры 2013 отчетливо виднелись, мерцая под тусклым светом.

— Видишь? — тихо произнёс Иван. — Маша, у меня нет причин врать тебе.

Она ничего не ответила. Просто сидела, сжимая странный телефон обеими руками так сильно, что побелели пальцы. Иван осторожно продолжил:

— Как я сказал раньше, пребывание в прошлом ограничено. Но не для всех. — Он сделал небольшую паузу. — На тебя это правило не распространилось.

Мария медленно повернула голову. Информация бесконечным потоком шокировала ее, лишала любой возможности ощущать себя здравомыслящим человеком.

— Твоя кровь... обладает определёнными свойствами. Она наделяет тебя способностями, которые обычному человеку недоступны.

— Способностями?.. — хрипло переспросила она.

— Возможно, дело в твоём отце. Но Юлия запрещала нам его исследовать.

При очередном упоминании матери Мария встрепенулась. Она и подумать не могла, что все это время, ее мать была жива. Многолетнее принятие своей судьбы с треском рушилось, стоило Ивану произносить в слух имя человека, обрекшего ее на судьбу беспризорника. Лучшим решением для нее было жить в неведении, чем узнавать факты, которые если и были правдой, то делали только хуже.

— Нет у меня никаких способностей, — почти сразу выпалила она. — Я обычный человек. Я всю жизнь была обычным человеком.

— И тем не менее, — мягко ответил Иван, — ты прожила в чужом времени почти двадцать шесть лет, — он внимательно смотрел ей в глаза. — Без последствий. Без распада тканей. Без временного отторжения. Без всего того, что происходит с любым другим человеком, попавшим в прошлое.

Мария чувствовала, как в голове снова начинает шуметь. Виски отдались пульсирующей болью и она прикрыла глаза, стараясь превозмочь это состояние и дослушать речь ученого до конца.

— Ты должна была расти здесь, Маша, — продолжал Иван. — Ты родилась здесь. А то, что сделала твоя мать... создало некоторые проблемы.

Он опустил голову и почесал затылок.

— Но сейчас всё под контролем.

От количества сказанного становилось уже физически плохо. Мария вцепилась пальцами в спутанные волосы.

— Допустим... — выдавила она дрожащим голосом. — Допустим, всё это правда... Где сейчас мой отец? Кто он? И зачем вам столько моей крови?

Иван опустил глаза на свои руки, измявшие край халата до предела.

— Твоя кровь поможет нам усовершенствовать прибор для перемещения. Как только Николай вернётся, мы сможем собрать новое устройство.

Мария резко перебила его:

— Вы взяли достаточно крови. Значит... можете вернуть меня обратно?

Впервые за весь разговор Иван выглядел по-настоящему виноватым. Он снял очки и начал протирать краем рубашки.

— Мы бы очень хотели это сделать, Маша...

Он замолчал и Мария в считанные секунды поняла, что что-то пошло не по плану. Она предчувствовала плохое всем своим нутром.

— Нет... Пожалуйста.

— Прибор, который был у Константина... остался вместе с ним.

Перед глазами снова вспыхнул лес и тот мужчина. Возможно, помимо того, что он сам стал частью дерева, с ним вместе под урон попало что-то еще, но единственное, что она помнила, был тошнотворный запах крови и плоти, душераздирающий крик и сковывающий до кончиков пальцев страх...

— Нет... нет...

— К сожалению, это так.

Иван медленно поднялся со стула.

— Мне нужно идти. — он устало положил ладонь на свою шею, растирая ее. — Я и так слишком многое вывалил на тебя за один день. Отдыхай. Потом продолжим.

Он направился к двери.

— Я всё тебе покажу. Объясню.

— А Сергей?..

Иван остановился.

— Мы сделаем так, что он не заметит твоего отсутствия.

Эта фраза прозвучала жутко, совершенно не вызывая доверия.

— Об этом не переживай. Николай должен вернуться послезавтра.

Он уже взялся за ручку двери, когда Мария окликнула его:

— Постойте.

Иван обернулся.

— Да?

Мария смотрела на него так, будто боялась услышать ответ.

— А тот голос... это тоже ваших рук дело?

— Какой голос?

— За несколько недель до похищения... я слышала голос. В своей голове, — её пальцы медленно отпустили одеяло, оставляя на нем влажные следы от запотевших ладоней. — Он просил меня вернуться.

Иван задумчиво нахмурился.

— Нет, — тихо ответил он и развернулся к выходу. — Это не мы.

Мария не видела его лица, когда во время продолжительной паузы он лишь снова бросил через плечо, что ей необходим отдых. После этих слов вышел, оставляя ее одну наедине со своими мыслями.

тгк: yesschsh