11 часть
Три дня спустя
Варвара
Я снова работала. В тату-салоне пахло стерилизатором и зеленым чаем - Марина, моя сменщица, фанатка здорового образа жизни, заварила очередную банку какой-то дряни.
- Варь, ты какая-то другая сегодня, - сказала она, глядя, как я заправляю машинку. - Сияешь вся. Влюбилась, что ли?
- Перестань, - буркнула я, но удержать улыбку не смогла.
Марина заинтересованно прищурилась, но клиент уже заходил, и расспросы пришлось отложить.
Я рисовала целый день. Сначала бабочку на запястье девушке с дрожащими руками, потом сложный узор на лопатке мужчине с голосом священника. Обычные люди, обычные истории. И в каждой линии, в каждой игле я вдруг замечала то, чего раньше не видела - как люди доверяют мне самую уязвимую часть себя. Свою кожу. Свою боль.
- Ты стала мягче, - сказал бы Кехно, если бы был рядом.
Но его не было. Уже три дня полной тишины.
Я не верила, что это навсегда. Но бояться перестала.
К вечеру, когда последний клиент ушёл, я выключила машинку, убрала рабочий стол и достала телефон.
Одно сообщение от Семёна:
«Сегодня в кафе тихо. Скучаю. Не по кофе»
Я улыбнулась и ответила:
«Скоро буду. Мясо не забудь»
По пути я зашла в круглосуточный супермаркет. Купила мяса - Семён вчера сказал, что запасы кончились. И ещё купила свечи. Две большие, белые. Сама не знала зачем. Просто захотелось.
---
Семён
Она пришла с продуктами. И со свечами.
Я поднял бровь, когда она вытащила их из пакета.
- Это к чему?
- Не знаю, - Варя пожала плечами, но в её глазах мелькнуло что-то новое. Спокойное. - Захотелось. Вдруг свет опять отключится?
Я усмехнулся. Три дня назад, после того как Кехно проснулся в последний раз, электричество в квартире пришло в норму. Но я не стал спорить. Поставил свечи на стол, зажёг одну.
Варя смотрела на пламя и молчала. Долго.
- Семён, - сказала она наконец. - А ты веришь, что чудеса бывают?
Я налил ей кофе и сел напротив.
- Раньше - нет, - ответил я. - Сейчас - не знаю. Ты - уже чудо.
Она не отвела взгляд. В жёлтом свете свечи её шрамы были почти не видны.
- Я думала, что не выживу без него, - тихо сказала она. - Десять лет с кем-то внутри - это как быть в браке с тираном. Ты привыкаешь к тому, что тебя контролируют. Начинаешь думать, что так и надо. Что без боли и голода ты - пустое место.
- А теперь?
- А теперь я боюсь по-другому, - она взяла чашку, согрела ладони. - Боюсь, что это закончится. Что ты уйдёшь. Что я останусь одна и снова стану легкой добычей для кого-то вроде Кехно. Или того мужика из переулка.
Я протянул руку через стол и накрыл её ладони своими.
- Я никуда не уйду, Варь.
- Не обещай того, чего не можешь гарантировать, - покачала она головой. - Жизнь - штука непредсказуемая. Ты можешь умереть. Я могу умереть. Кехно может вернуться. Единственное, что мы можем - это быть честными здесь и сейчас.
Я сжал её пальцы.
- Хорошо. Тогда честно: я не знаю, что будет завтра. Но сегодня я здесь. С тобой. И меня это устраивает.
Она поднесла мою руку к своей щеке и закрыла глаза.
- Меня тоже.
---
Варвара
Мы сидели так долго. Свеча догорела почти до конца, кафе опустело полностью. За окном снова пошёл снег - третий снегопад за эту неделю.
- Семён, - позвала я.
- М?
- Я хочу тебе кое-что показать. Завтра. Если ты не работаешь.
Он отстранился, заглянул мне в лицо.
- Что показать?
- Место, где я пряталась, когда Кехно бушевал особенно сильно, - я помолчала. - Место, где я поняла, что со мной что-то не так. Никому не показывала.
В его глазах мелькнуло удивление. Потом что-то более тёплое.
- Хорошо. Завтра так завтра.
- Там страшно, - предупредила я. - И холодно. И пахнет сыростью.
- Я уже был в холодной квартире, - усмехнулся он. - И ночевал в кафе после прорыва трубы. Не боюсь.
Я улыбнулась в ответ.
- Тогда договорились.
Я допила кофе, собралась уходить. Но в дверях меня что-то остановило. Какой-то внутренний толчок - не Кехно, не страх. Что-то другое.
Я развернулась, подошла к Семёну и быстро - пока не передумала - поцеловала его в щёку.
- Спасибо за вечер, - сказала я и выскочила на улицу, красная, как помидор.
Он не успел ничего ответить. Но когда я оглянулась через стеклянную дверь, он стоял и улыбался. Растерянно. Счастливо.
---
Семён
Я не пошёл домой. Ночь была спокойная, посетителей мало, и я сидел за стойкой и перебирал в голове её поцелуй.
Миллиметров пять от уголка губ. Но я готов был поклясться, что чувствую его до сих пор.
Я написал ей:
«Ты сбежала, как преступник с места преступления»
Через пять минут ответ:
«Я не умею в нежности. Прости»
Я усмехнулся.
«Не извиняйся. Было приятно. Даже не умывался»
«Семён!»
«Шучу. Умылся»
«Ты дурак»
«Твой дурак»
Долгое молчание. Я уже подумал, что уснула.
А потом:
«Мой»
Я посмотрел на это короткое слово и почему-то выдохнул. Будто всё это время не дышал.
«Сладких снов, Варь»
«И тебе. Завтра в два у метро. Не опаздывай»
«Никогда не опаздываю»
Она не ответила. Я убрал телефон и стал закрывать кафе.
По дороге домой я смотрел на снег и думал - впервые за много лет - что утро будет хорошим.
---
Продолжение. Часть седьмая
Варвара
Мы встретились у метро в два часа дня. Семён пришёл раньше - стоял у входа, втянув голову в плечи, потому что забыл шапку. Я протянула ему свою запасную - чёрную, вязаную, с помпоном.
- Ты серьёзно? - он посмотрел на помпон.
- Очень. Надевай.
Он надел. Выглядел смешно и трогательно одновременно.
- Куда мы идём? - спросил он, поправляя помпон.
- На окраину. Там заброшенное здание. Раньше была библиотека.
- Библиотека?
- Там было тихо, - я сжала его руку и повела за собой. - И никто не приходил.
Мы ехали на автобусе почти час. Семён молчал, но иногда сжимал мою ладонь - так, будто проверял, что я всё ещё рядом.
Когда вышли, за домами начался пустырь. А на пустыре - серое трёхэтажное здание с выбитыми окнами и облупившейся краской.
- Здесь? - спросил Семён.
- Здесь, - кивнула я.
Мы обошли здание сзади. Я нашла доску, которой был заколочен лаз в подвал, отодвинула её и полезла внутрь. Семён за мной, не задавая лишних вопросов.
---
Семён
В подвале пахло плесенью и старыми книгами. Я включил фонарик на телефоне. Свет выхватил из темноты поломанные стеллажи, груды бумаг и... рисунки. На стенах.
Я подошёл ближе.
Всё стены подвала были покрыты рисунками. Страшными и красивыми одновременно. Лица, искажённые болью. Руки, разрывающие грудь. Тёмные фигуры, которые душили светлых.
- Ты это нарисовала? - спросил я.
Варя стояла в центре комнаты, обхватив себя за плечи.
- Да. В самые плохие ночи. Когда Кехно не давал мне уснуть, я приходила сюда и рисовала. Пока не уставала. Пока он не затихал.
Я прошёл вдоль стен. Некоторые рисунки были старыми - почти стёрлись от времени. Другие - свежими, яркими, будто нанесёнными вчера.
- Варь, это... невероятно. Ты талантлива.
- Это не талант, - покачала она головой. - Это крик. Я рисовала не потому, что хотела. А потому что иначе я бы сошла с ума.
Я подошёл к ней. Она дрожала, хотя в подвале было не холоднее, чем на улице.
- Зачем ты меня сюда привела? - спросил я мягко.
Она подняла глаза. В них снова был страх - но не тот, привычный. Другой. Страх быть отвергнутой.
- Потому что если ты увидишь это и не уйдёшь, - сказала она еле слышно, - то, наверное, не уйдёшь уже никогда.
- А если я уйду?
- Тогда я буду знать, что ты - не тот, кто мне нужен.
Я медленно выдохнул.
Потом взял её за руку и повёл к дальней стене, где был самый большой рисунок. Гигантская тёмная фигура, из которой рвётся на свет девочка с распущенными волосами.
- Это ты? - спросил я, показывая на девочку.
Варя кивнула.
- А это Кехно? - я указал на тёмную фигуру.
- Да.
Я достал ключи от квартиры. Достал из связки маленький складной ножик.
- Семён, что ты делаешь? - Варя напряглась.
Я подошёл к рисунку и аккуратно вырезал квадрат со стеной - ту часть, где была нарисована девочка. Не всю стену, конечно - только верхний слой штукатурки. Варя смотрела на меня как на сумасшедшего.
- Забери её отсюда, - сказал я, протягивая ей кусок стены с её собственным рисунком. - Она не должна оставаться в этом подвале. Ни девочка, ни ты.
Варя взяла штукатурку дрожащими руками. И вдруг засмеялась. Громко, свободно, немного истерично.
- Ты странный, Семён.
- Знаю, - я улыбнулся. - Тебя это всё ещё удивляет?
---
Варвара
Мы вышли из подвала, когда начало темнеть. Дышать стало легче - будто я оставила там не только рисунки, но и часть прошлого.
Кусок стены я завернула в куртку и берегла, как ребёнка.
- Куда мы его? - спросил Семён.
- Ко мне домой. Повешу над кроватью, - сказала я. - Чтобы помнить, откуда я пришла. И куда больше не вернусь.
- А Кехно?
Я посмотрела на вечернее небо. Первые звёзды уже загорались.
- Не знаю, - честно ответила я. - Может, он всё ещё там. Спит. Ждёт. Может, ушёл навсегда. Но теперь я не одна. И если он вернётся, я встречу его не в подвале. А в своей квартире. Со свечами. И с тобой.
Семён остановился. Повернул меня к себе.
- Я живу рядом, - сказал он. - И кафе под боком. И ключи у тебя уже есть. Так что да. Я рядом.
- Когда ты дал мне ключи? - удивилась я.
- Вчера положил в карман твоей куртки. Ты не заметила?
Я запустила руку в карман. Нащупала холодный металл.
- Ты...
- Я серьёзно, Варь. Без дураков.
Я сжала ключи в кулаке. Внутри - там, где раньше была пустота - начало зарождаться что-то новое. Не страх. Не боль. Надежда.
- Семён?
- М?
- Я боюсь.
- Чего?
- Что это слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Он взял меня за руку.
- Тогда давай проверим. Каждый день. Каждую ночь. Будем просыпаться и смотреть - правда ли это.
- А если однажды окажется, что нет?
- Тогда будем искать дальше, - сказал он просто.
Я шла по тёмной улице, держа в одной руке кусок старой стены, а во второй - ключи от чужой квартиры, которая потихоньку становилась своей.
Кехно молчал.
Снег падал.
И впервые в жизни я шла не от кого-то, а к кому-то.
Наверное, это и есть счастье.