Глава 13: Расколотая воля
Арена Облаков гудела, но для Агорота этот шум превратился в глухое эхо. Весь его мир сузился до одной точки — Юлиана, мага воздуха, который стоял напротив. Но настоящий враг был не перед ним. Настоящий враг бился изнутри, впиваясь когтями в самые кости.
Тьма внутри него не шептала. Она не была голосом — она была голодом. Ощущая слабость Агорота, его нежелание убивать, она взбунтовалась. Сила, которую он получил, словно отказывалась подчиняться «недостойному» хозяину. Она пульсировала, расширялась в груди, пытаясь разорвать ребра, чтобы вырваться наружу и поглотить всё это место.
— Начали! — прозвучал голос судьи.
[Битва: Против ветра и самого себя]
Юлиан не медлил. Он взмахнул руками, и на Агорота обрушился шквал воздушных лезвий. Но Агорот едва их замечал. Он стоял, согнувшись, прижимая одну руку к груди, а другую к лицу. Со стороны казалось, что он парализован страхом, но на самом деле он вел титаническую битву.
«Стой... не сейчас...» — мысли Агорота путались. Он чувствовал, как Тьма высасывает его жизнь, чтобы напитать свой бунт.
Юлиан, видя неподвижную цель, атаковал всерьез. Он создал огромную воронку сжатого воздуха, которая начала засасывать Агорота в центр, намереваясь раздавить его давлением.
Зрители-аристократы начали смеяться.
— Смотрите! Валорианский пес даже не может поднять руку! — доносилось с трибун.
— Какая жалость, а я думал, он нас развлечет.
Только несколько человек видели правду. Зефирион в VIP-ложе вцепился в подлокотник кресла, его серебристый глаз лихорадочно фиксировал аномальные всплески энергии. Калеб внизу перестал жевать яблоко, его рука непроизвольно легла на рукоять меча.
В центре воронки Агорот наконец поднял голову. Его глаза были не просто черными — они казались дырами в иное измерение. Тьма всё-таки вырвалась, но не так, как хотела она, а так, как заставил её Агорот, собрав последние остатки воли.
Юлиан нанес решающий удар — массивный столб воздуха, способный снести башню. В этот же миг Агорот выбросил руку навстречу. Черный сгусток первородного хаоса столкнулся с прозрачной мощью ветра.
[Взрыв и падение]
Произошло то, чего никто не ожидал. Столкновение двух полярных сил не просто создало вспышку — оно вызвало магический коллапс. Пространство на долю секунды схлопнулось, а затем расширилось мощнейшим взрывом.
Агорот был в самом эпицентре. Ударная волна была беспощадна.
Дзынь! — Щит «Эгиды» на груди Агорота разлетелся вдребезги мгновенно. Он был ближе к эпицентру, и защита первой приняла на себя удар.
Ровно через одну секунду такой же звук раздался со стороны Юлиана. Мага воздуха отбросило к барьеру, и его щит тоже рассыпался искрами.
Тишина. Пыль медленно оседала на песок арены.
— Победитель... Юлиан из Дома Ветров! — глашатай объявил это неуверенно. — Щит участника Агорота был разрушен на секунду раньше. Техническое поражение.
Аристократы взорвались ликованием. Для них это была победа «чистой крови» над выскочкой. Они смеялись над тем, как жалко выглядел упавший слуга. Но на трибунах, где сидели простые люди, студенты-стипендиаты и слуги, воцарилась иная атмосфера. Они видели парня, который выстоял против невозможного удара и едва не победил одного из сильнейших магов Академии. В их глазах он стал героем, которого лишили победы лишь несчастная секунда и несправедливое распределение сил.
[Цена выживания]
Агорот лежал на песке. Он не спорил. У него не было сил даже дышать. Он чувствовал, как Тьма внутри него затихает, истощенная этим коротким всплеском.
К нему подошел Юлиан. Маг воздуха тяжело дышал, его лицо было бледным. Он посмотрел на Агорота с настоящим страхом.
— Что это было? — прошептал он так, чтобы слышал только Агорот. — Это не была твоя магия... Оно едва не убило нас обоих.
Агорот не ответил. Он с трудом поднялся, пошатываясь. Каждый шаг отдавался болью в легких. Он шел мимо трибун, не глядя на тех, кто его освистывал, и на тех, кто смотрел с восхищением.
Принцесса Элина наблюдала за его уходом с балкона. Её пальцы, сжимавшие ледяные перила, дрожали. Она понимала больше всех. Она видела, как Тьма сопротивлялась Агороту. Она поняла, что эта сила не принадлежит ему — он был лишь сосудом, который трещит по швам.
«Еще один такой удар... и он бы просто перестал существовать. Не от магии Юлиана, а от того, что живет внутри него», — подумала она, и внутри неё шевельнулось незнакомое доселе чувство. Страх за него.
Зефирион в своей ложе медленно выдохнул. Его эксперимент выжил, но он увидел предел. Тьма не будет ждать. Если Агорот не подчинит её в ближайшее время, она уничтожит всё.
В тени коридора Агорота поймал Калеб. Он не стал шутить. Он просто подставил плечо, помогая другу идти, потому что знал: Агорот держится только на одной честной силе воли, и через минуту он просто рухнет замертво без посторонней помощи.
— Ты безумец, — тихо сказал Калеб. — Но теперь у Нордона нет выбора. Завтра он должен стать богом, чтобы тебя не вышвырнули за ворота