Глава 14: Звездный венец
Турнирная сетка неумолимо сокращалась, оставляя на песке Арены Облаков лишь тех, кто обладал либо истинным талантом, либо несгибаемой волей. Пока Агорот восстанавливался в тени трибун после своего тяжелого боя, Академия только и обсуждала двух «выскочек» из дома Валориан.
Калеб шел по турниру «Магических Мечников» с пугающей легкостью. В четвертьфинале он встретился с наследником северных земель. Тот размахивал тяжелым палашом, пытаясь подавить Калеба мощью, но Калеб просто стоял на месте. Когда палаш должен был коснуться его плеча, пространство дрогнуло, и клинок противника просто застрял в воздухе, словно наткнулся на невидимую стену. Один ленивый удар ножнами в живот — и северянин вылетел с арены.
В полуфинале против Калеба выставили лучшего ученика фехтования из центральных провинций. Парень был быстр, но Калеб казался еще быстрее, хотя почти не двигался. Он использовал «Вспышки», мгновенно перемещаясь за спину врага. Зрители даже не успевали моргнуть, как Калеб уже приставлял кончик своего черного меча к горлу оппонента. Он выиграл все матчи, ни разу не обнажив клинок полностью.
Параллельно с этим Нордон пробивал себе путь в финале магов. Его огонь стал густым и багровым. Он не просто побеждал — он выжигал всё сопротивление на своем пути, ведомый лишь одной целью: спасти Агорота от изгнания. И теперь, пройдя через полуфинал, он официально забронировал себе место в главном матче завтрашнего дня. Против Принцессы Элины.
[Финал Мечников: Космос против Золотого Льва]
Настал час финальной битвы мечников. Против Калеба вышел сын капитана императорских рыцарей — Маркус. Он был гордостью Академии, лучшим среди молодых воинов, одетым в сияющие доспехи с гравировкой льва.
— Ты побеждал слабых, конюх, — Маркус поднял свой золотистый меч. Его голос дрожал от ярости за оскорбленную честь аристократов. — Но сегодня я покажу тебе, что такое настоящая техника, отточенная поколениями героев.
Калеб, по обыкновению, лениво покручивал в руках «Звездный Пожиратель», обмотанный потемневшей тканью.
— Сын капитана, значит? — Калеб усмехнулся, и в его глазах на мгновение отразилась бесконечная пустота ночного неба. — У твоего отца наверняка отличная техника. Жаль, что тебе достались только его доспехи, а не его талант.
Маркус взревел и бросился в атаку. Его меч светился ярким светом, каждый выпад был идеален по форме. Но Калеб двигался в ином ритме.
— И это всё? — бросил он, уклоняясь от удара на волосок. — Где твоя хваленая сила? Звук стали есть, а самой стали я не чувствую. Может, тебе стоит кричать как гром, раз уж твои удары тихие, как шелест травы?
Маркус нанес серию мощных ударов, но Калеб просто щелкнул пальцами. Вспышка.
Пространство вокруг Маркуса внезапно стало невероятно тяжелым. Его ноги подкосились, доспехи начали весить тонну.
— Сингулярность, — прошептал Калеб.
Он сделал один единственный выпад — даже не мечом, а просто ладонью в сторону противника. Воздушная волна, смешанная с гравитационным давлением, ударила Маркуса в грудь. Щит «Эгиды» на сыне капитана разлетелся вдребезги со звоном, который был слышен даже в самых дальних рядах. Маркус отлетел к стене арены и затих.
Калеб даже не взглянул на поверженного врага. Он просто перекинул меч через плечо и пошел к выходу под гробовое молчание трибун. Он стал чемпионом среди мечников, даже не вспотев.
[Мысли Принцессы]
Элина наблюдала за этим триумфом, вцепившись в перила ложи. Её взгляд был прикован не к победителю Калебу, а к Агороту, который сидел внизу, бледный как смерть. Она видела, как он дрожит, как Тьма под его кожей пытается вырваться после вчерашнего боя.
«Этому слуге... Агороту... не место в Академии», — подумала она, и внутри неё всё сжалось от странного страха. — «Если он останется здесь, он умрет. Еще один такой бой, как вчера, и его тело просто рассыплется. Эта сила... она не его, он не контролирует её. Он — бомба, которая взорвется и убьет его самого».
Она посмотрела на Нордона, который готовился к завтрашнему финалу против неё. Теперь её цели изменились.
«Завтра я должна победить любой ценой. Не ради гордости и не ради выгоды моего рода. Я должна вышвырнуть его из Академии ради его же безопасности. Только в изгнании, вдали от магических битв, у него есть шанс прожить дольше месяца. Я сражаюсь, чтобы спасти его от самого себя... и спасти всех нас от того, во что он может превратиться».
Она не знала, что за её мыслями внимательно наблюдает Зефирион, чья тонкая улыбка не предвещала ничего хорошего.