Глава 6: Искра во тьме
Неделя ожидания тянулась как бесконечный кошмар. Агорот старался быть незаметным: днем он чистил сапоги Нордону, носил его книги и стоял за его спиной на лекциях, изображая «пустую мебель». Но каждую ночь, когда тишину общежития нарушало лишь ровное дыхание студентов, он смотрел на свои ладони, боясь того, что скрыто под кожей.
В полночь назначенного дня он пробрался к окраине парка. Заброшенная башня, увитая мертвым плющом, выглядела в лунном свете как гнилой зуб древнего исполина.
— Ты опоздал на две минуты, — раздался голос Магистра Зефириона из темноты дверного проема.
Агорот вошел внутри. Воздух в башне был пропитан сыростью и запахом старой магии. Магистр стоял в центре круга, начертанного мелом на полу. В его руке горел тусклый светильник.
— Сегодня мы не будем изучать теорию, — Зефирион бросил Агороту старую железную монету. — Положи её на ладонь. Ты должен не просто захотеть её сжечь или согнуть. Ты должен пожелать, чтобы она исчезла. Чтобы её поглотила пустота, которую ты носишь в себе.
Агорот сжал монету. Он закрыл глаза, пытаясь вызвать то состояние, которое было в библиотеке.
— Не пытайся найти свет, — шептал Зефирион, обходя его по кругу. — Современные маги ищут искру снаружи. Твоя магия — это отсутствие всего. Представь, что твоя рука — это черная дыра.
Агорот сосредоточился. Сначала ничего не происходило, но потом холод, знакомый холод, начал подниматься от самого сердца к пальцам. Тело снова пронзила острая боль, но на этот раз она была управляемой. Из-под его ногтей начал сочиться едва заметный черный дым. Он не поднимался вверх, а стелился по коже, словно живой туман.
Монета на его ладони внезапно стала нестерпимо холодной. Агорот стиснул зубы, чувствуя, как Тень внутри него просыпается, жадно впиваясь в металл. Послышался тихий скрежет, как будто кто-то жевал железо. Когда Агорот разжал руку, монеты не было. На его коже остался лишь черный, выжженный след в форме круга.
— Получилось... — выдохнул он, чувствуя, как ноги подкашиваются от усталости.
— Ты всего лишь стер кусочек металла, а выглядишь так, будто разгрузил вагон камней, — холодно заметил Зефирион, хотя его серебристый глаз лихорадочно сверкал. — Это цена. Тьма забирает твои силы, чтобы проявиться в этом мире.
Вдруг магистр замер и резко потушил светильник.
— Тихо! — прошипел он.
Снаружи, за стенами башни, послышался хруст веток и тихий девичий голос:
— Я уверена, что видела, как кто-то шел сюда. Если этот слуга Валориана что-то скрывает, я обязана это знать.
Зефирион прижал кинжал к горлу Агорота. Холодная сталь обжигала не хуже льда.
— Сделай так, чтобы она ушла, — прошипел Магистр, — иначе это место станет твоей могилой.
Шаги Элины за дверью стали громче. Агорот уже видел её тень в проеме, когда внезапно из густых зарослей плюща, прямо за спиной принцессы, раздался беззаботный и звонкий голос:
— Вот ты где, Агорот! А я уже все подвалы обошел, думал, ты решил в прятки поиграть!
Принцесса Элина резко обернулась, её рука инстинктивно легла на рукоять изящного меча. Перед ней стоял парень в помятой форме простолюдина-слуги. У него были растрепанные волосы и широкая, обезоруживающая улыбка.
— Кто ты такой? — ледяным тоном спросила Элина, сузив глаза.
Парень замер, изобразив на лице крайнее удивление, а затем отвесил изящный, почти безупречный поклон, который никак не вязался с его грязными ботинками.
— Простите мою дерзость, Ваше Высочество. Я — Калеб. Всего лишь скромный помощник с кухни. Мы с Агоротом вместе приехали из соседних провинций и договорились обсудить, как нам, бедолагам, живется среди великих магов.
Зефирион в тени башни мгновенно убрал кинжал и бесшумно, словно дым, исчез через потайной лаз в стене. Агорот, тяжело дыша, вышел на свет, стараясь скрыть дрожащие руки.
— Калеб? — Агорот подыграл незнакомцу, хотя видел его впервые в жизни. — Да... заболтался я, засмотрелся на старую архитектуру.
Элина переводила взгляд с одного «слуги» на другого. Её интуиция кричала, что здесь что-то не так, но Калеб выглядел настолько глупо и безобидно, что продолжать допрос было ниже её достоинства.
— В следующий раз выбирайте для своих сплетен менее подозрительные места, — бросила она и, развернувшись, скрылась в темноте парка.
Когда эхо её шагов затихло, дружелюбная маска Калеба мгновенно спала. Он выпрямился, и его осанка стала властной, как у истинного короля.
— Красиво вышло, не правда ли? — Калеб посмотрел на Агорота. Его глаза в темноте блеснули странным золотистым светом.
— Кто ты на самом деле? — Агорот сжал кулаки. — И зачем помог мне?
— Я уже сказал. Я — Калеб, — он подошел ближе, и Агорот почувствовал от него странную, тяжелую энергию. — Скажем так, мне стало скучно смотреть на то, как эти «льдышки» вроде Элины пытаются играть в величие. Я просто хотел пообщаться...
Агорот почувствовал странный холод. От этого парня не пахло враждой, но и дружбой тоже. Это было чувство узнавания — как будто один хищник встретил другого в темном лесу.
(От автора: Агорот еще не знал, что перед ним стоит наследник Дома Астерия — самого закрытого и мощного клана империи, чья мощь в Эпоху Бедствий уступала лишь самой Тьме. Калеб пришел не за дружбой, но и не за головой Агорота. Ему было любопытно: проснется ли Тьма в этом слуге или поглотит его.)
— Увидимся на занятиях, «простолюдин», — Калеб подмигнул и исчез в тенях так же быстро, как и появился.