basilisk bride

Девушка опомнилась первой и обняла мать. Королева Аннея обняла её так крепко, что я видела, каких ей сил стоило удерживать слёзы. Король Геральд приобнял своих женщин и утешающе похлопал Пранприя по спине. Все вокруг застыли, а Чонгук обернулся ко мне, задумчиво склонив голову.

«Ваше величество, вы хотите от меня отказаться?» – спрашивал мой взгляд.

«Я думаю над этим» – будто бы отвечал его.

«Но я не вынесу этого. Не вынесу разлуки с вами. Ведь, оказывается, я слабее, чем могла подумать», – мысленно произносила я, но вряд ли это понимал и Чонгук.

– Энлада в неоплатном долгу перед Шейхином! – наконец, провозгласил Геральд. – Как я могу отплатить вам?

– Ну что вы, – вступила в разговор её вдовствующее величество. – Мы ведь почти семья.

Р-р!

– Думаю, эти выводы несколько поспешны, – ровно произнёс Чонгук. – Предлагаю вам отдохнуть в гостиной. Наверняка вам есть о ч ём поговорить... после стольких лет разлуки.

С этим не поспоришь. Вдовствующая королева вызвалась проводить их в свободную гостиную, а Чонгук подошёл ко мне. Придворные засобирались по своим делам, хотя вскоре все встретятся за праздничным обедом. Мы с Чонгуком смотрели неотрывно друг на друга, и каждый не решался начать диалог.

– Ты ничего не хочешь мне сказать? – наконец, начал король.

Если я уже почти решилась открыть ему правду, то теперь вновь передумала. И уже не потому, что желала остаться в живых и боялась эшафота. Пранприя – истинная принцесса, она может подарить Чонгуку могущество, которого не смогу подарить я.

– Пожелать вам счастья? Не думаете же вы, что я могу сказать вам нечто иное? Мы с вами заигрались в жениха и невесту, но теперь, когда выяснилось, что принцесса Пранприя жива и здорова, предлагаю вам направить все ваши силы на воссоединение с первой невестой. Вы говорили, что хотите крепкой семьи... что ж, искренне желаю вам её обрести.

Правитель наградил меня злым взглядом. Мне даже показалось, что он убрал руки за спину, чтобы не прибить меня здесь и сейчас. Или не обнять в порыве страсти до хруста в рёбрах. От последнего мои чувства начали выплясывать танго. Глупые! Если я действительно влюблена в него, то должна отпустить. Ради его же блага.

– Ты думаешь, что я столь ветренный? – спросил Чонгук с нажимом. – Или, может, я представляюсь тебе глупым мальчишкой из любовных романов, чью увлечённость можно так легко переключить? А может, я кажусь тебе слабым человеком, не способным отстаивать свои чувства и желания?

– Ни одним из них вы мне не кажетесь! – рыкнула я и подалась вперёд, словно для того, чтобы Чонгук лучше меня слышал. – Но я знаю ваш секрет. Знаю, какое могущество вы обретёте, женившись на Пранприи Энладской.

– А на тебе? – спросил Чонгук. Между нами так сильно накалился воздух, что мне становилось всё труднее дышать, от этого дыхание стало частым и неглубоким. – Неужели я совсем ничего не обрету, женившись на тебе? Неужели семейное счастье нельзя назвать могуществом?

– Я не могу вам подарить ничего, – искренне ответила я, чувствуя, как слёзы жгут глаза. – Я пустышка, которая вас не достойна. Я не та, что сможет сделать вас счастливой. Прошу вас, отпустите меня. И будьте счастливы. Не мучайте меня ревностью, мне сложно совладать со своей завистью. Оказывается, я так легко поддаюсь человеческим порокам, и всё из-за вас!

– Из-за меня? – задохнулся от возмущения Чонгук и всё-таки обхватил меня за плечи, хорошенько встряхнув. Оказывается, мы остались одни в тронном зале, и наши слова эхом отлетали от стен. – То есть я во всём виноват, а не та ложь, что ты выстроила вокруг себя?!

Это оглушило. Он знает. Чонгук догадался, что я вовсе не та, за кого себя выдаю. Той ночью, когда я пробралась в его покои... он не заснул, а лишь притворился. Значит, моя сила на него не действует, как и его – на меня. Мы удивительно неуязвимы друг для друга. Идеальный баланс. Идеальный союз.

Которому не суждено быть. Чонгук не возьмёт в жёны чаровницу. Нет, не так. Он не возьмёт в жёны безродную чаровницу, которой я являюсь. Ему нужно совладать со своей силой, а для этого ему нужен брак с очень сильной магичкой, помолвка с которой заключена много лет назад. Не говоря уже о том, что он король и не имеет права на бездумный брак.

Голова закружилась. Он может отправить меня на эшафот. Почему он ещё не сделал этого? Принимаю ли я желаемое за действительное, думая о чувствах короля?

Впрочем, не важно. Всё равно нам не быть вместе. Ради его же блага.

– Если бы не эта ложь, мы бы с вами никогда не познакомились, – произнесла тихо, чувствуя, что слёзы удерживать становится всё труднее.

Я буквально слышала сильное сердцебиение Чонгука, слышала как его сердце билось о грудную клетку, как та вздымалась при тяжёлом дыхании короля. Как же больно! Боль от того, что я не могу дотронуться до мужчины, которому отдала все свои чувства, сложила на алтарь перед ним все эмоции, даже готова пожертвовать своей жизнью. Уже всё становится не важно.

Руки Чонгука ослабли и опустились. Король отвёл взгляд. Он старался совладать со своим дыханием, а я стояла молча, понимая, что это наш последний диалог. И от этого становилось ещё более горько. Хотелось удержать это мгновение, заарканить его и переживать вновь и вновь. На грани эмоций, на взрыве чувств.

– Ты хотел убить меня, – прошептала я.

– Я хотел убить лишь чаровницу, которая узнала мой секрет, – возразил Чонгук и посмотрел на меня. Его глаза светились. Он применял свои способности или просто не мог с ними совладать, но прекрасно знал, что на меня эта магия не подействует. – Не тебя.

– Но я она и есть, – тихо ответила, обхватив себя руками.

Стало холодно. Так, будто кто-то выключил солнце над Шейхином и теперь его вечно обдувают Северные ветра.

– Я испугался этой связи, так как для меня мой народ – самое важное, что есть в моей жизни. Я его слуга, – искренне сказал Чонгук. – Какая ирония судьбы, не правда ли? Я не слишком люблю свои возможности. Это и безграничный дар, и страшное проклятье. Мне с детства приходится себя сдерживать, но иногда, в моменты сильных эмоций, я не могу сдержаться. Так же, как и сейчас. Ты вызываешь у меня сильные эмоции. Сильнее всех, что мне когда-либо доводилось пережить.

Глаза василиска продолжали сверкать. Они сводили меня с ума, заставляли бешено колотиться сердце, туманили разум. Чонгук Великолепный... что же ты со мной делаешь? Неужели не понимаешь, что тянешь нас обоих в опасную пучину?

– Поэтому ты спишь с повязкой на глазах, – прошептала я зачем-то, вспомнив ту ночь, когда навестила его.

Стоило вспомнить об этом, как кровь в жилах закипела. Я в мельчайших деталях представила его обнажённое тело, и не смогла сдержать судорожного вздоха. Казалось, что вся моя кожа покрылась чувствительной плёнкой, из-за которой я слишком остро ощущаю мельчайшие изменения, даже ощущаю дыхание Чонгука, а его взгляд топит лёд и превращает его в море страсти во мне.

– Не только сплю, – прошептал мужчина и посмотрел на меня так, что я... Покраснела. Вся, с головы до ног.

Чонгук сделал шаг ко мне и приподнял мой подбородок. От его прикосновения по телу прошёл разряд. Веки потяжелели, и я прикрыла глаза, сглотнув.

– Я мечтал, представлял, грезил о нашей первой брачной ночи... Первой ночи в моей жизни, когда я смогу спать без повязки, когда смогу смотреть на свою избранницу в момент...

Его шёпот – такой чувственный, что пробирает до мурашек. Я приложила палец к губам, призывая замолчать. Я и так вся горю и пылаю. Чонгуку даже не обязательно прикасаться, чтобы воспламенить меня.

Мучитель склонился так близко, что наши губы соприкоснулись, но долгожданного поцелуя, которого жаждало всё моё естество, так и не произошло. Чонгук резко отстранился и отступил.

– И эту магию разрушаешь ты своим отказом. Если передумаешь... я буду ждать, чаровница.

И покинул тронный зал, оставив меня с безумным сердцебиением. Ваше величество, да что же вы творите со мной? Как мне скинуть оковы вашего плена?

И самое главное – хочу ли я?