Глава 9🌊
«Репутация — это зеркало, в котором отражается не столько то, кто мы есть, сколько то, что другие готовы в нас увидеть. Но стоит сделать шаг в сторону — и отражение может измениться до неузнаваемости»
Дэвид Золотов
Офис встретил меня гнетущей тишиной. Мы с Раминой вошли в холл, минуя карусельные автоматические двери, и в нос сразу же ударил знакомый офисный запах бумаг и резкого освежителя с белой розой. Тот самый, что в детстве вызывал во мне смешенные чувства.
Люди по сторонам оборачиваются и как по приказу начинают перешептываться. Они смотрят на меня с презрением и настороженностью. На мне стоит клеймо редкостного подонка, который кинул свою «невинную» невесту в день свадьбы. Из-за чего она повесилась, не в силах стерпеть этой боли.
Боже, да когда они уже перестанут так пялиться!
Все мигом собрались в главном холле и смотрели на меня как на диковинную зверушку. Не стерпев, я остановился по среди дороги и пристально всмотрелся в каждого.
Рамина напряглась, я замечал, как в ее глазах блестел немой вопрос: «все ли в порядке?».
— Уважаемые, займитесь своей работой, и хватит шептаться. Если у меня не такой обостренный слух, чтобы слышать всех сразу, то я вполне могу прослушать все камеры. Поэтому не томите себя надеждами и если у кого-то есть какие-то вопросы, то пусть задаст их лично.
Я замолк, видя как лица присутствующих, исказились неловкостью.
— И не нужно превращать офис в зал правосудия. Все за работу — я стал хлопать в ладони, разгоняя толпу, и это хорошо сработало.
Мы побрели к залу заседаний. Большое помещение с панорамными окнами, из которых бил яркий солнечный свет, длинный стол из красного дерева, залитый эпоксидной смолой. Ровно сложенные бумаги, стеклянные стаканы у каждого места, пол-литровые бутылки с водой.
Я облокотился о стол, массируя виски, дабы избавится от головной боли.
— Ну, правда, уже достали! Столько месяцев обсуждать одно и тоже. Надеюсь, после этого они перестанут шептаться.
Пока я размышлял над ответом, в переговорочную вошла Лола. Моя ассистентка. Полноватая, низкого роста с очками для зрения с черной оправой. Не спрашивайте, кто выбирал ее на роль моей помощницы. Но в целом с работой она справляется отлично.
— Доброе утро — она помахала головой, пытаясь удержать папку с документами в руках, но, в конце концов, плюхнула их на стол.
— Доброе, ты сказала всем, что я жду их?
— Да, сейчас все будут, — она медленно проговаривала каждое слово, слово клала их на полку — мне уйти или остаться?
— Пока можешь идти, но налей мне кофе, а Рамине латте.
— Сейчас-сейчас.
Как только она ушла внутрь завалилась толпа, каждый из которых занимал руководящую должность в нашей компании. Мужчины и женщины в строгих костюмах поздоровались и разместились за большим столом.
Все застыли в ожидании, что же я скажу. Рамина села по правую сторону от меня, а я сел у изголовья стола.
— Я хотел обсудить с вами одно важное решение. С каждым днем рынок растет, и оставаться наплаву уже не так легко. Но если скажем, мы дали бы рекламу по всему миру и создали бы какой-то инфоповод, то надолго запомнились бы людям.
Я замолчал и встал внимательно всматриваться в лица присутствующих. На их лицах мерцало негодование и сомнение в здравости моего ума. Они переглядывались, и я догадывался, о чем они думают: «Он, правда, отвлек нас от работы, чтобы сказать это?».
— Все бы хорошо, но как по мне инфоповодов и так достаточно… — управленец отделом кадров намекал на ситуацию со смертью Лали — А еще что-то может окончательно разрушить репутацию бренда.
— Я согласен, да и к тому же разве уже сделанной рассылки по популярным блогерам не достаточно? Я и так из кожи вон лезу — тараторил директор по рекламе.
Остальные нервно стучали пальцами по столу, другие наливали воду в стаканы и громко глотали, третьи поглядывали на наручные часы, ведь работа за стенами этого кабинета кипела и не ждала отложений.
— Я предлагаю договориться о сотрудничестве с Даниэлем Метью.
По толпе поднялись удивленные оханья.
— Как? Это невозможно. Для него мы мелкие букашки. Он не захочет с нами возиться.
— Верно, тем более сейчас он отдает все силы на подготовку модного показа в Голливуде.
— А как это будет? Вы хотите, чтобы он сделал нам рекламу или упомянул о нас в одном из своих интервью?
— Нет, я хочу, чтобы он разрешил нам выступить в показе со своей коллекцией.
— И что мы можем предложить ему в замен?
— Мы обеспечиваем полное медиасопровождение: пятнадцать крупнейших модных изданий уже подтвердили готовность сделать спецрепортажи о показе с акцентом на коллаборацию. Плюс двадцать топовых инфлюэнсеров готовы вести прямые эфиры изза кулис — это минимум пять миллионов охвата в соцсетях за вечер.
— Впечатляет, но чем именно наш выход станет особенным, что пресса захочет о нем говорить?
— Потому что среди наших моделей будет Дональд Смит.
— Да, ладно. Это нереально, он ведь давно ушел на пенсию. Это что ж нужно сделать, чтобы он согласился? Если продать компанию, и то денег не хватит, чтобы оплатить ему гонорар.
— Вы правильно подметили, он давно на пенсии, на этом мы и сыграем. Кто не захочет увидеть своего кумира, самого успешного голливудского актера, который в течение десяти последних лет своей карьеры был номинирован на Греми, как лучший комедийный актер? Все! И это будет самая обсуждаемая тема года.
Я протянул паузу, наблюдая за тем, как глаза присутствующий наполняются смыслом.
— Сам Дональд говорит. Что его не интересуют деньги, и он хотел бы еще раз оказаться на пике славы. Иии… Он согласился участвовать в нашем показе! — выдал я радостную новость, которая теплилась в сердце эту неделю.
— О, Боже, это гениально! — воскликнула Рамина, и все стали хлопать в такт.
Вот заразы! Плюс бал мне в копилочку. Теперь они не смотрят на меня как на дурака. Хоть что-то хорошее за эти дни. В кабинет вошла Лола, с кружками в обеих руках. Она старалась ничего не разлить, но пару капель все же протекли.
— Есть проблема по поводу Даниэля Метью. — она еле говорила, пытаясь перебить отдышку — Он сейчас не в офисе. Он уехал в отпуск вместе с девушкой и завтра они отправляются в Австралию на пароме.
— Отлично, тогда мы поедем за ними и договоримся там же.
— Нужна ведь виза, а ее будут готовить минимум два месяца, а это очень долго — возмутилась управляющая офисными работниками.
— Да, на счет этого, я уже выяснила можно сделать карту АТЭС, с помощью которой можно будет въезжать в Австралию в течении девяносто дней.
— Супер, тогда сделаем так. Лола займется подготовкой документов. Рамина проследит, чтобы цех выполнил новую коллекцию в срок. Лиза поторопит дизайнеров, чтобы они доделали эскизы. Андрей займется подготовкой постов и пропишет сценарии для нашего блога. Арина начнет снимать и монтировать ролики о новой коллекции и создании ее за кулисами, чтобы прогреть аудиторию. Остальные пусть продолжают делать то же что и делали. — Я застыл, а затем с замиранием сердца произнес — Все пройдет гладко, ин ша Аллах.
Все получится, если на то будет воля Аллаха. Я стал частенько использовать подобные фразы, когда говорил о планах. Так я перекладывал долю волнения и надежд на Всевышнего, что позволяло меньше беспокоится.
Ловлю краем глаза гордую улыбку Рамины и хочу ущипнуть ее за нос. Еле сдерживаюсь и усмехаюсь ей в след, пока остальные заняты овациями. Меня начинает смущать такое пристальное внимание, и я поднимаюсь со спинки кресла, хлопая в ладони, чтобы привлечь к себе внимание, а затем глаголю:
— Совещание окончено, можете идти.
Ассистентка Лола мигом вырывается наруж
у, так быстро, что наверняка остальные сотрудники, находящие снаружи решили, что у нас состоялась кровавая бойня. Другие же заведующие спокойней покинули зал заседаний.
Через некоторое время кабинет опустел и я, наконец, смог издать истощенный вздох. Облегчение накатило бурей.
Рамина так медленно подошла, что я даже не заметил, как она оказалась за спиной, а ее руки оказались на моих плечах.
— Кажется, грядет что-то хорошее — прошептала она, предвкушая скорую поездку.
— Надеюсь.