18
Rayhan
Я ещё сильнее вжалась в сиденье.
Смотрела перед собой. Но не видела ничего.
Только слышала собственное дыхание. Слишком частое. Слишком тяжёлое.
Саид осторожно открыл дверь машины.
— Райан...
Я медленно подняла на него заплаканные глаза. И тихо покачала головой.
— Нет...я не могу. Не могу туда идти. Не могу смотреть. Не могу...
Голос окончательно сорвался.
Саид сделал осторожный шаг ближе.
— Они очень хотели, чтобы вы пришли.
— Нет...
Я резко перебила его.
— Я не могу. Пожалуйста...не заставляйте меня.Я просто...я хочу домой...
Последние слова прозвучали совсем по-детски.
Будто мне снова было семь лет. Будто сейчас родители заберут меня отсюда. Но их больше не было.
Саид несколько секунд молчал.
Потом тихо спросил:
— Домой...в Монако?
Я кивнула. Не поднимая головы.
— Да. Хочу обратно. Я больше не могу здесь находиться. Не могу...
Мне казалось, что если я останусь здесь ещё хоть немного...то просто перестану дышать.
Слёзы снова потекли по щекам.
— Организуйте мне самолёт. Сегодня. Вечером. Я хочу улететь. Как можно быстрее.
Саид тяжело выдохнул.
— Райан...
— Пожалуйста.
Я посмотрела на него покрасневшими глазами.
— Я подпишу любые документы. Приеду ещё раз. Если нужно. Но сегодня..я не могу. Не могу здесь остаться.
Он долго смотрел на меня. Будто пытался понять, есть ли смысл убеждать. Но потом медленно кивнул.
— Хорошо. Если это ваше решение...я организую вылет на сегодняшний вечер.
Я только молча кивнула.
У меня больше не осталось сил ни спорить, ни говорить.
Саид осторожно закрыл дверь машины. Сел на переднее сиденье тихо завёл двигатель.
Автомобиль медленно развернулся.
Я не обернулась. Не посмотрела в сторону кладбища ни разу.
Просто сидела, прижав ладонь к животу, чувствуя, как боль постепенно становится всё сильнее.
Дорогу обратно я почти не запомнила.
Машина ехала. Саид что-то говорил водителю.
Телефон несколько раз вибрировал. Наверное, Оскар.
Я даже не посмотрела. Сейчас я просто не могла.
Казалось, что если услышу его голос...то окончательно сломаюсь.
Боль внизу живота не проходила. Наоборот.
С каждой минутой становилась сильнее.
Иногда отпускала. А потом возвращалась новой волной.
Я только крепче прижимала ладонь к животу.
Через какое-то время машина остановилась возле дома.
Я молча вышла. Саид хотел что-то сказать. Но я лишь тихо произнесла:
— Мне нужно побыть одной.
Он только кивнул.
— Если что-нибудь понадобится...
Я не дослушала. Медленно поднялась на второй этаж.
Я закрыла дверь комнаты и несколько секунд просто стояла, опираясь на неё спиной.
Тишина.
Такая же тяжёлая, как и во всём этом доме.
Я медленно подошла к шкафу. Нужно было переодеться. Вечером самолёт.
Я механически расстегнула джинсы.
И вдруг замерла. На ткани было большое тёмно-красное пятно.
Я нахмурилась.
— Что?..
Первой мыслью было самое обычное. «Наверное...месячные.»
Хотя до них ещё было время. Но мало ли.
На фоне такого стресса организм мог отреагировать как угодно.
Я нервно выдохнула.
— Господи...
Только этого сейчас не хватало.
Я потянулась за домашними штанами.
Но в этот момент низ живота резко свело. Так сильно, что я согнулась пополам.
— А-а...
Я крепко зажала живот руками. Нет.
Это было совсем не похоже на обычную боль.
Она словно прошла насквозь. Отдавала в поясницу. В спину. В ноги.
Я попыталась медленно вдохнуть.
«Сейчас пройдёт...» Не прошло. Наоборот.
Следующая волна оказалась ещё сильнее. Из глаз сами потекли слёзы.
— Господи...
Что происходит?..
Я попыталась сделать шаг к кровати.
Ноги дрожали. Перед глазами всё начало расплываться.
Комната словно медленно уходила куда-то в сторону.
Я схватилась рукой за край комода. Пальцы едва удерживали меня.
— Нет...Нет...Наверное...это просто нервы...
Я сама пыталась убедить себя в этом.
Но организм будто перестал меня слушаться.
Новая волна боли буквально обожгла всё внутри.
Я вскрикнула. Не смогла сдержаться.
Воздуха стало не хватать. В ушах появился сильный звон. Перед глазами всё начало темнеть.
Я сделала ещё одну попытку позвать хоть кого-нибудь.
Открыла рот. Но голос почти не вышел.
Комната окончательно поплыла. Свет стал тусклым. Ещё секунда.
И перед глазами осталась только темнота.
Я уже не почувствовала, как тело медленно осело на пол.
Темнота. Абсолютная. Будто, все это время я спала.
Я медленно приоткрыла глаза.
Белый потолок. Яркий свет. Непонятный запах лекарств. Голова была тяжёлой.
Я попыталась пошевелиться. Получилось не сразу.
Только тогда я заметила, что лежу на больничной кровати.
Во рту пересохло. Я с трудом повернула голову.
Рядом сидела женщина в белом халате.
Лет пятидесяти. Она даже не смотрела на меня. Что-то заполняла в документах.
Будто моё пробуждение было для неё обычной формальностью.
Я тихо сглотнула.
— Где...я?..
Женщина подняла глаза. Холодный взгляд. Никакого сочувствия.
— В больнице.
Я попыталась приподняться. Низ живота всё ещё неприятно тянуло.
— Что...произошло?
Она недовольно вздохнула. Закрыла папку.
— А сами не догадываетесь?
Я непонимающе посмотрела на неё. Женщина закатила глаза.
— Молодые...вечно думаете, что организм всё выдержит. Нервы. Стресс. Истерики.
Она пожала плечами.
— Вот и результат.
Я окончательно перестала понимать.
— О чём вы?..
Она сказала это настолько равнодушно, будто сообщала прогноз погоды.
— У вас выкидыш.
...
Я застыла.
— Что?..
— Выкидыш.
Повторила она раздражённо.
— Или мне ещё раз повторить?
Я смотрела на неё, не моргая.
— Нет...Нет...Какой...выкидыш?..
Женщина усмехнулась. Коротко. Без капли тепла.
— Обычный. Беременность была. Беременности больше нет.
Несколько секунд я вообще не могла понять смысл её слов.
— Нет...Я не была...беременна...
Она захлопнула папку.
— Значит, не знали. Теперь знаете.
Я почувствовала, как внутри всё начинает рушиться.
— Нет...Это ошибка...
Она перебила меня.
— Ошибки здесь нет. Беременность была маленького срока. Из-за сильного стресса произошёл самопроизвольный выкидыш.
Мне стало трудно дышать.
— Нет...этого...не может быть...
Я машинально положила ладонь на живот. Женщина лишь равнодушно посмотрела на меня.
— Поздно уже держаться за живот.
Я резко подняла на неё глаза.
Она даже не изменилась в лице. Никакого сожаления. Будто ей было совершенно всё равно.
Она снова открыла документы.
— По результатам обследования всё выглядит не очень хорошо.
Я едва слышно прошептала:
— Что?..
Она произнесла это так же сухо и холодно:
— Вероятность того, что вы сможете иметь детей в будущем, крайне низкая.
Я уставилась на неё.
— Что?..
— Услышали.
Она пожала плечами.
— Такое бывает.
Я почувствовала, как по щекам снова покатились слёзы.
— Нет...
Она только недовольно цокнула языком.
— Плакать уже поздно. Надо было раньше думать. Меньше нервничать.
Я ещё несколько секунд неподвижно смотрела в одну точку.
Слёзы продолжали медленно катиться по щекам.
Но я их уже не вытирала. Не было сил. Вообще ни на что.
Женщина тем временем спокойно убрала документы в папку.
Будто разговор был закончен. Будто она только что не перевернула чью-то жизнь.
Я медленно подняла на неё взгляд. Голос был тихим. Почти безжизненным.
— Когда...
Она даже не посмотрела на меня.
— Что?
— Когда я могу уйти?
Только сейчас врач подняла голову. Окинула меня быстрым взглядом.
— Хоть сейчас.
Я моргнула.
— Что?
— Вы в сознании. Кровотечение остановили. Жизненно опасного состояния сейчас нет. Дальше наблюдаться будете амбулаторно.
Я молчала. Она уже поднялась со стула.
— Поэтому можете собираться.
— Уже?..
— Да.
Ответ прозвучал коротко. Без единой эмоции.
Будто речь шла о выписке после обычной простуды.
Я медленно опустила ноги с кровати. Низ живота всё ещё неприятно тянуло.
Но по сравнению с тем, что происходило внутри...эта боль почти не ощущалась.
Я с трудом встала. На секунду перед глазами снова потемнело.
Пришлось ухватиться за край кровати. Женщина даже не подошла. Только бросила:
— Осторожнее.
И снова занялась бумагами.
Я тяжело сглотнула.
— Кто...Кто меня ждёт?
Она наконец ответила, уже стоя у двери.
— Мужчина, который вас привёз.
Я медленно кивнула. Конечно. Кто же ещё. Оскар был за тысячи километров отсюда.
— Медсестра принесёт ваши вещи. Можете переодеться. После этого вас проводят к выходу.
Она вышла. Даже не попрощавшись. Дверь тихо закрылась.
И палата снова погрузилась в тишину.
Я осталась одна.
Сидя на краю больничной кровати. Смотря на свои дрожащие руки.
Я медленно вышла из палаты. Каждый шаг отдавался тянущей болью внизу живота.
Но сейчас это уже почти не ощущалось.
После всего, что я услышала, физическая боль будто отошла куда-то далеко.
Возле выхода меня уже ждал Саид. Он сразу поднялся, как только увидел меня.
Несколько секунд молча смотрел. Потом тихо произнёс:
— Как вы себя чувствуете?
Я даже не ответила. Только посмотрела на него пустым взглядом.
Он всё понял без слов. Тяжело выдохнул и спокойно сказал:
— Самолёт готов.
Я молча слушала.
— Экипаж уже ожидает вас. Кроме пилотов, на борту будет медицинский персонал. На случай, если во время перелёта вам снова станет плохо.
Я опустила глаза. Мне было совершенно всё равно.
— Если вы готовы...мы можем выезжать прямо сейчас. К утру вы уже будете в Монако. Дома.
Это слово болезненно кольнуло внутри.
Дом. Туда, где был Оскар.
Я только тихо кивнула.
— Хорошо.
Саид сделал шаг вперёд. Но потом вдруг остановился.
— Райан...
Я медленно подняла на него взгляд.
— Мне очень жаль.
Я ничего не ответила. Не потому что злилась.
Просто внутри уже ничего не осталось. Ни слов. Ни сил.
На улице уже темнело. Тёплый вечерний воздух совсем не ощущался.
Саид открыл для меня дверь машины.
Я села. И только тогда заметила, что телефон без остановки вибрирует.
Раз. Ещё раз. И ещё.
Я медленно достала его из кармана.
Экран был почти полностью заполнен пропущенными вызовами.
И одним именем. Оскар. Десять. Пятнадцать. Двадцать...я даже не считала сообщения.
«Райан, ответь.»
«Пожалуйста.»
«Ты меня пугаешь.»
«Скажи хоть что-нибудь.»
«Я уже не знаю, что думать.»
У меня снова защипало глаза. Палец завис над его именем.
Всего одно нажатие. И я услышу его голос. Тот самый голос, который всегда меня успокаивал.
Но...как я скажу ему это? Как вообще произнести вслух то, что произошло за последние двое суток?
Что родителей больше нет. Что...он мог стать папой?
Я крепче сжала телефон. Экран снова загорелся. Оскар звонит...
Я смотрела на фотографию, появившуюся на экране.
Несколько секунд. Потом...медленно нажала боковую кнопку. Звонок оборвался.
Я закрыла глаза.
— Поехали...
Тихо сказала я.
— Я хочу домой.
И машина медленно тронулась с места, увозя меня в аэропорт.
Я всё так же смотрела в окно.
Телефон лежал на коленях и без остановки вибрировал.
Каждые несколько секунд. Я знала, кто это.
Я тяжело выдохнула.
Если сейчас ничего не написать...он точно сорвётся и прилетит.
Я открыла переписку. Долго смотрела на пустую строку. Потом медленно напечатала:
"Оскар, не переживай, пожалуйста. Со мной всё в порядке. Я уже еду в аэропорт. Скоро буду в самолёте и прилечу в Монако."
Я остановилась. Потом дописала ещё несколько строк.
"Не отвлекайся сейчас на меня. У тебя впереди очень важный день, и я не хочу, чтобы ты думал обо мне вместо работы. Я всё расскажу, когда приеду. Просто дождись меня дома."
Я несколько секунд смотрела на сообщение. Потом нажала «Отправить».
...
Ответ появился буквально через пару секунд. Но это был не текст. Оскар звонит...
Я смотрела на экран. Телефон продолжал вибрировать. Я не ответила. Звонок закончился. И почти сразу...Снова. Оскар звонит...
Параллельно одно за другим начали приходить сообщения.
"Что значит «всё в порядке»?"
"Райан, ты не отвечала мне почти сутки."
"Ты серьёзно думаешь, что после этого сообщения я успокоюсь?"
Телефон снова завибрировал. Третий звонок. Четвёртый.
"Ответь мне."
"Хотя бы на минуту."
"Я не верю, что всё нормально."
"Райан, пожалуйста."
Я почувствовала, как снова начинают дрожать руки.
Он слишком хорошо меня знал. Слишком.
Одним сообщением его было невозможно обмануть. Телефон опять зазвонил.
Я несколько секунд смотрела на фотографию Оскара на экране. Потом...
Медленно нажала и удержала боковую кнопку. Экран погас. Телефон выключен.
В машине снова стало тихо.
Я осторожно положила его обратно на колени. Закрыла глаза.
— Простите меня...
Едва слышно прошептала я.
Не понимая, говорю ли это Оскару...или самой себе.
Дальше всё происходило слишком быстро. Будто кто-то нажал перемотку.
Машина въехала на территорию аэропорта. Водитель остановился прямо возле трапа.
Я даже не успела толком оглядеться. Саид вышел первым и открыл мне дверь.
Я медленно поднялась на ноги. Он достал мой чемодан.
Несколько секунд мы просто стояли друг напротив друга. Потом он тихо сказал:
— Самолёт полностью готов к вылету. Медицинский персонал уже на борту. Пилоты ждут только вас.
Я молча кивнула. Не было сил даже говорить.
Саид посмотрел на меня с каким-то тяжёлым сожалением.
— Райан...если вам понадобится помощь с домом...или с компанией...или вообще с чем угодно...позвоните мне. Я обо всём позабочусь. Дом будет в порядке. Я прослежу за всем до вашего возвращения.
Я медленно подняла на него глаза.
— Спасибо...
Он слегка кивнул.
— Берегите себя.
Эти слова прозвучали почти шёпотом.
Я ничего не ответила. Только развернулась и медленно пошла к самолёту.
Ступенька. Ещё одна. Ещё.
Дверь закрылась за моей спиной. Внутри было так же тихо, как и в прошлый раз.
Только теперь эта тишина совсем не успокаивала.
Медсестра подошла ко мне. Тихо спросила, не нужно ли обезболивающее.
Я лишь отрицательно покачала головой.
Мне хотелось только одного. Спать. Не думать. Хотя бы несколько часов.
Я легла на диван. Укрылась пледом.
Самолёт ещё даже не успел взлететь. А глаза уже сами закрывались.
Организм просто перестал бороться.
...
Я не видела взлёта. Не слышала шума двигателей. Не чувствовала времени.
Проснулась только тогда, когда тёплый солнечный свет коснулся моего лица.
Я медленно открыла глаза. За огромным иллюминатором уже ярко светило солнце.
Под нами было побережье. Знакомое. Такое родное.
Я смотрела вниз. На море. На яхты. На дома, залитые утренним светом.
Совсем скоро...я снова буду дома.
Через полчаса самолёт уже приземлился в Ницце.
Всё снова происходило слишком быстро. Трап. Машина. Чемодан уже лежал в багажнике.
Водитель коротко поздоровался и сразу тронулся с места.
Я всю дорогу молчала.
За окном мелькали знакомые улицы. Пальмы. Море. Кафе. Люди куда-то спешили.
Для них сегодняшний день был самым обычным. А мой мир...будто закончился.
Минут через сорок машина остановилась возле дома.
Я тихо поблагодарила водителя.
Взяла чемодан. Поднялась на лифте. Достала ключи. Замок щёлкнул.
Я открыла дверь.
Квартира встретила меня привычной тишиной. Такой родной. Такой уютной. И такой...пустой.
Оскара не было. Конечно. Сейчас он был на трассе. Готовился к гонке.
И, если честно...именно сейчас я была рада, что его нет.
Я просто не знала, как смотреть ему в глаза.
Как сделать вид, что ничего не произошло. Или наоборот...как рассказать всё это.
Я медленно закрыла дверь. Поставила чемодан возле стены. Прошла на кухню.
Всё было так же, как мы оставили перед моим отъездом.
На столешнице стояла ваза с уже немного подсохшими цветами.
В холодильнике...полно контейнеров. Аппетита не было совсем. Вообще.
Сбросила кроссовки. Сняла куртку.
Посмотрела на своё отражение в зеркале.Бледное лицо. Красные глаза. И пустой взгляд.
Я больше не узнавала себя. Тихо выдохнув, я отвела взгляд.
Нет. Сейчас мне не хотелось ни есть. Ни спать. Ни думать.
Мне хотелось только одного. Смыть с себя последние два дня.
Я молча взяла чистую одежду и пошла в ванную.
Закрыла за собой дверь. Включила горячую воду.
Пар почти сразу начал заполнять небольшое помещение.
Я медленно опустилась на пол рядом с ванной.
Закрыла лицо ладонями. Я снова заплакала.
Я сидела так долго. Наверное...больше часа. Время перестало существовать.
Я даже не замечала его. Только снова и снова прокручивала в голове последние два дня.
Я зажала уши ладонями. Будто могла заставить эти слова исчезнуть.
— Почему...
Шёпотом произнесла я.
— Почему именно сейчас?..
Слёзы снова покатились по щекам.
Я закрыла глаза.
И вдруг меня словно ударила ещё одна мысль.
Та, о которой я даже не успела подумать в больнице.
Ребёнок. У меня...был ребёнок. Наш ребёнок.
Я резко закрыла лицо руками. Из груди вырвался сдавленный всхлип.
— Господи...Оскар...ты мог стать папой...ты даже не узнаешь, что он вообще был.
Я покачала головой. Нет. Я не могла ему сказать. Не сейчас.
Как вообще такое произносят? «У нас был ребёнок. Но его больше нет.»
Эти слова казались невозможными. Невыносимыми.
Я снова заплакала. Уже не сдерживаясь.
Плечи дрожали. Воздуха не хватало. Почему именно сейчас?
Почему...когда, казалось, жизнь только начала становиться счастливой?
Когда я впервые почувствовала себя любимой.
Когда впервые перестала бояться будущего.
Почему именно сейчас всё забрали?
...
Когда горячая вода давно остыла, я всё-таки заставила себя подняться.
Медленно вытерлась. Переоделась. И вышла из ванной.
Квартира встретила меня той же тишиной.
Я прошла на кухню. Достала кружку. Поставила чайник.
Поймала себя на мысли, что делаю всё автоматически.
Не думая. Будто тело само знает, что делать.
Через несколько минут я уже держала в руках кружку с горячим чаем.
Подошла к гостиной. Села на диван. Поджала под себя ноги.
За окном ярко светило солнце. Где-то вдалеке шумел город.
Жизнь продолжалась. Для всех. Кроме меня.
Я сделала маленький глоток.
Но даже этого я не заметила. Глаза сами закрывались. Организм окончательно сдался.
Я даже не поняла, в какой момент кружка оказалась на журнальном столике.
В какой момент голова опустилась на подлокотник. И когда мысли наконец исчезли.
Я просто провалилась в тяжёлый, беспокойный сон прямо там, на диване.
Я не знаю, сколько проспала. Час. Три. Или вообще весь день.
Проснулась я от металлического звука. Ключ. Кто -то пытался открыть дверь.
Я медленно поднялась с дивана.
В квартире было темно. Только из прихожей пробивалась тонкая полоска света.
Замок тихо щёлкнул. Дверь открылась.
Я молча смотрела в сторону прихожей.
Внутрь быстро вошёл Оскар. Поставил рюкзак на пол. И почти сразу щёлкнул выключателем.
Тёплый, приглушённый свет заполнил квартиру.
Он устало провёл рукой по волосам. Повернулся...и замер.
Наши взгляды встретились. Несколько секунд никто не двигался.
Будто проверял, настоящая ли я вообще.
Потом быстро подошёл. Очень быстро.
Настолько, что я невольно сделала шаг назад.
— Ты...
Он тяжело дышал. На лице читалась не просто злость.
Это была смесь страха, бессилия и бешенства.
— Ты вообще понимаешь, что ты натворила?!
Я молчала.
— Нет, серьёзно. Ты хоть представляешь, через что я прошёл?! Я тебе звонил без остановки! Двадцать...Тридцать...Я уже сбился со счёта! Ты выключила телефон! Выключила, Райан!
Он резко провёл ладонью по волосам.
— Какого чёрта?! Я уже обзванивал всех, кого мог! Я звонил людям в аэропорту! Я был готов сесть в самолёт и лететь за тобой! Потому что, знаешь что?! Я думал, что тебя там уже убили!
Последние слова он практически выкрикнул.
В квартире снова стало тихо. Только его тяжёлое дыхание.
Он смотрел на меня так, будто ещё секунда — и действительно сорвётся.
— Ты присылаешь мне одно чёртово сообщение! «Не переживай.Со мной всё нормально. У тебя работа.» Правда?! Это нормально называется?! После того как ты исчезла почти на сутки?! После того как выключила телефон?!
Он сделал ещё один шаг. Совсем близко.
— Я, мать твою, уже прощался с тобой в своей голове! Я уже представлял, что сейчас мне позвонят и скажут...
Он резко замолчал. Сжал челюсть так сильно. Потом снова посмотрел мне прямо в глаза.
— Ответь мне. Что. Произошло.
Я продолжала молчать. Не потому что не хотела. Я просто не могла открыть рот.
Он резко ударил ладонью по стене рядом со мной. Глухой звук эхом разнёсся по квартире.
Я вздрогнула.
— Да скажи ты уже хоть что-нибудь!
Голос сорвался.
— Кричи на меня! Пошли меня! Скажи, что ненавидишь! Но не стой вот так! Я не железный! Я не могу сутки сходить с ума и потом делать вид, что ничего не было!
Он тяжело дышал. Глаза были красными. Будто он сам едва держался.
— Я сейчас...Я сейчас готов тебя реально задушить...