35 глава.
// Глава от лица Мэй //
Мой одногруппник попросил меня помочь с английским языком, ведь он был русским и плохо его знал. Я согласилась ему помочь, и мы сидели в библиотеке университета.
Я разложила свои учебники и конспекты, а он достал свои, помятые и исписанные каракулями. Его взгляд был полон решимости, но в то же время в нем читалась некоторая растерянность. Мы начали с самых основ – грамматики, произношения. Время летело незаметно, и вскоре мы уже перешли к практике – чтению и переводу текстов. Он делал ошибки, спотыкался на незнакомых словах, но не сдавался, повторяя за мной фразы и пытаясь уловить интонацию. Мы делали небольшие перерывы, чтобы выпить кофе из автомата и немного отдохнуть, обсуждая при этом не только английский, но и университетские новости, планы на будущее. В эти моменты я замечала, как он расслабляется, становится более открытым, и мы начинали общаться уже не только как "преподаватель" и "ученик", но и как друзья.
Услышав что-то похожее на «мгм», я подняла взгляд и замерла. Я чувствую, как мое лицо становится красным. Это всегда так происходит, когда рядом именно он. Боже, это несправедливо!
— Курс пятого класса учите? — сказал он, и в его голосе читались насмешка и ирония.
— Да, профессор Кай, — сказал мой одногруппник с большим акцентом.
— Молодец, — усмехнулся Кай, даже не глядя на него. Мне кажется, что он говорит это мне, а не ему.
Кай перевел свой взгляд на моего одногруппника, в котором так и читалось: «Проваливай». Тот неуклюже собрал свои вещи и, бросив под конец «пока», ушел.
Я осталась с Каем одна в тихой библиотеке, где, кажется, никого не было.
Кай наклонился ко мне, схватив меня за шею и руку, буквально усадил на стол. Мне кажется, что на моей шее и руке останутся следы от его безжалостной хватки. Я прикусила губу от боли.
— Солнце, я, возможно, неясно объяснил в прошлый раз? — спросил он, не убирая своих рук.
Глаза мутнели из-за слёз. Одна из них даже пробежала по моей щеке, а он проследил взглядом за слезой.
Кай приблизился к моему лицу и слизал эту же слезу, а потом простонал так, будто это было самым вкусным и сладким, что он пробовал за всю свою жизнь. Я закрыла глаза, чувствуя, как дрожу. Не от холода, не от страха, от кое-чего другого...
Его губы задержались на моей щеке, оставляя влажный, горячий след, который, казалось, проникал сквозь кожу, разжигая что-то внутри.
Его дыхание стало более глубоким, прерывистым, и я почувствовала, как его грудь прижимается ко мне еще ближе.
— Кай… — прошептала я, — что вы делаете?
Он издал тихий смешок, и мне захотелось закрепить этот момент в своей голове. Сохранить его.
Он так мило улыбается…
Его пальцы прошлись по моему бедру, оставляя за собой мурашки. Он остановился возле самого сокровенного места, а потом, целуя мою щёку, перешёл к моим губам, всё ещё тиская мой затылок и бедро. Это было невыносимо. Его было так много.
Я не могла остановиться. Да и не хотелось. Я, наоборот, целовала его в ответ. Его губы со вкусом кофе; наверное, он недавно пил его, и от самого него пахло так же. Рука, которая была на моём бедре несколько секунд назад, уже оказалась под моей блузкой. Он оттянул мой лифчик указательным пальцем, а потом отпустил, и резинка с громким звуком в этой тишине ударилась о мою кожу. Боль была колющей, но не настолько сильной. Кажется, я мазохистка, но моему телу понравилось и это, и я невольно простонала.