🌧️До первого дождя

Рената
Она узнала про Хагуру от Ромы утром.
Он рассказывал серьёзно — она слушала серьёзно. Потом — кивнула.
— Окей, — сказала она.
Рома смотрел на неё.
— Окей? — повторил он.
— Ну да. Окей. Что ещё сказать?
— Рената, это — опасно. Этот человек...
— Я поняла что опасно, — сказала она. — Я не говорю что не опасно. Я говорю — окей, я знаю, что дальше делаем?
Рома смотрел на неё секунду.
Потом засмеялся — коротко, неожиданно.
— Ты невозможная, — сказал он.
— Ты уже говорил, — сказала Рената. — Мне не скучно это слышать.
Она встала. Потянулась — громко, без стеснения. Прошла на кухню.
— Кофе будешь? — крикнула она оттуда.
— Буду!
— Тогда иди сам делай! Я не знаю где у тебя что!
Рома покачал головой.
Встал. Пошёл на кухню.
Рената стояла у окна — смотрела на улицу, на декабрьский снег. Серьёзная на секунду — он видел это по профилю. Потом повернулась к нему.
— Рома, — сказала она.
— М?
— Я не ухожу. Ты понял?
Он смотрел на неё.
— Ренат...
— Нет. Слушай. — Она смотрела прямо. — Ты боишься что я испугаюсь и уеду. Не уеду. Я приехала к тебе — значит ко всему что с тобой. Включая это.
Рома молчал.
— Это глупо, — сказал он наконец.
— Наверное, — согласилась она. — И что?
Пауза.
— Ничего, — сказал он. — Спасибо.
— Не благодари. Делай кофе.

Аля
Они собрались все в полдень — у Ареса.
Таки рассказал про Хагуру официально. Все слушали. Рената сидела рядом с Ромой — слушала внимательно, иногда задавала вопросы. Прямые, без лишнего.
— Он нестабильный? — спросила она.
— Да, — сказал Таки.
— Это значит непредсказуемый?
— Да.
— Хуже чем раньше?
— По-другому хуже.
Рената кивнула.
— Окей, — сказала она. — Что делаем?
Все посмотрели на неё.
— Что? — сказала она. — Вопрос логичный.
Аля невольно улыбнулась.
Потом посмотрела на Владика.
Он сидел рядом — молча, с закрытым лицом. Слушал. Кивал иногда.
Что-то в нём было — напряжённое. Больше чем обычно.
Он знал что Хагура вернётся, — подумала она. Или — знал что-то ещё?
Она убрала мысль.
Не сейчас.

После — все разошлись. Остались только Аля и Рената — случайно, обе задержались у выхода.
— Ты давно знаешь их всех? — спросила Рената.
— С одиннадцатого класса, — сказала Аля.
— Много всего было.
— Да.
Рената смотрела на неё — прямо, без лишней вежливости.
— Тяжело? — спросила она просто.
— Иногда, — сказала Аля.
— С Владиком тяжело?
Аля посмотрела на неё.
— Ты прямая, — сказала она.
— Да, — согласилась Рената. — Это мешает?
— Нет, — сказала Аля. — Наоборот.
Она думала секунду.
— С Владиком — по-разному, — сказала она наконец. — Он хороший. Но иногда я чувствую что что-то ещё есть. Что-то что он не сказал.
Рената кивнула.
— Я видела как он реагировал сегодня, — сказала она. — Когда про Хагуру говорили.
— И?
— Он боялся. Но не так как все. По-другому. Как будто — лично.
Аля смотрела на неё.
— Ты тоже это заметила, — сказала она тихо.
— Да.
Они стояли у двери.
— Спроси его, — сказала Рената. — Прямо.
— Я боюсь ответа.
— Знаю, — сказала Рената. — Но незнание хуже.
Аля смотрела на неё.
— Ты права, — сказала она.
— Обычно, — сказала Рената без скромности. И улыбнулась — широко, по-настоящему.
Аля засмеялась — неожиданно для себя.

Владик
Вечером они были дома.
Аля читала — или делала вид. Он видел что не читала. Страница не листалась.
Он сидел напротив и думал что надо сказать.
Про ту последнюю вещь.
Маленькую. Страшную.
Которую не рассказал даже когда говорил расскажу всё.
Открыл рот.
Закрыл.
Не сейчас. Сначала с Хагурой разберёмся. Потом скажу.
Стандартная отговорка. Он знал что стандартная.
Всё равно — закрыл рот.
— Аля, — сказал он.
— М? — Она подняла взгляд.
— Всё окей?
— Да, — сказала она. Улыбнулась. — Просто думаю.
— О чём?
— О Ренате, — сказала она. — Она интересная.
— Да, — согласился Владик.
— Рома хорошо выбрал.
— Да.
Аля снова в книгу.
Владик смотрел на неё.
И думал что потом — это самое трусливое слово которое он знал.

Аля
Сообщение пришло в десять вечера.
Владик был в душе.
Незнакомый номер. Короткое.
«Ты знаешь что он сделал в ту ночь? Не всё. Спроси его про машину»
Аля смотрела на экран.
Про машину.
Она не понимала.
Какую машину. Когда. Что это значит.
Но что-то — холодное, острое — прошло по спине.
Она слышала звук душа. Владик ещё там.
Она смотрела на сообщение.
Номер — незнакомый. Конечно незнакомый.
Хагура, — подумала она.
Или — нет?
Может кто-то другой.
Может — ошибка.
Но про машину — это не случайные слова. Кто-то знал что-то конкретное.
Она сделала скриншот. Отправила Роме.
«Мне пришло. Анонимное. Про Владика»
Рома ответил быстро:
«Что написано»
«Про какую-то машину. Ту ночь»
Долгая пауза.
Потом:
«Аля. Не спрашивай его сегодня. Дай мне день — я попробую узнать»
Она смотрела на сообщение Ромы.
Душ выключился.
Она убрала телефон.
Владик вышел — с полотенцем на плечах, волосы мокрые. Увидел её лицо.
— Всё окей? — спросил он.
— Да, — сказала она.
Улыбнулась.
Он улыбнулся в ответ.
Сел рядом. Взял её руку.
Аля сидела и держала его руку и думала про машину.
Про ту ночь.
Про то что не знает.

Рома
Он не спал.
Рената спала рядом — громко дышала, иногда что-то бормотала во сне. Он смотрел в потолок.
Про машину.
Он думал. Перебирал всё что знал про ту ночь — про нападение на Алю, про Хагуру, про Владика.
Машина.
Что-то зацепилось.
Однажды — давно, случайно — Владик упомянул. Мельком. Что приехал на место раньше. Что видел.
Рома тогда не придал значения.
Сейчас — придал.
Написал Сэю — тот иногда отвечал, иногда нет:
«Сэй. Мне нужна информация. Про ту ночь. Была машина?»
Ждал.
Рената пробормотала что-то во сне. Перевернулась. Обняла подушку.
Рома смотрел на неё секунду.
Она не ушла, — подумал он. Сказала — не уйду. И не ушла.
Телефон завибрировал.
Сэй.
«Была. Владик приехал на машине. Видел всё с самого начала. Не только маршрут передал»
Рома смотрел на экран.
Долго.
Потом написал:
«Что значит видел всё»
«Он был там. В машине. Когда это происходило»
Рома закрыл глаза.
Открыл.
Снова смотрел на экран.
Владик был там.
Видел.
И не остановил.

Таки
Рома написал в час ночи.
Одно сообщение. Без деталей.
«Нам надо поговорить. Завтра. Без Ареса и без Али»
Таки читал.
Потом написал:
«Про Владика»
«Да»
«Это плохо»
«Очень»
Таки положил телефон.
Арес спал рядом — тихо, спокойно.
Таки смотрел на него.
И думал что вот так — вот именно так — начинается то после чего ничего не бывает прежним.
Не с громкого.
С тихого сообщения в час ночи.
Про машину.

Хагура
Он не спал.
Сидел у окна. Смотрел на тёмный город.
Сообщение Але он не отправлял.
Он знал это точно.
Значит — кто-то ещё знал.
Кто-то ещё был там той ночью.
Хагура думал.
Потом — медленно, впервые за долгое время — почувствовал что-то холодное внутри. Не злость. Не расчёт.
Что-то похожее на — интерес.
Игра усложнялась.
Он не планировал этого.
Но — интересно.

— конец четвёртой главы —

Впереди — глава 5: Рома и Таки узнают правду про Владика полностью. Арес замечает что флакон с подавителями снова нужен — тревога возвращается. И Рената случайно видит Хагуру — и не знает кто это 🌑🌿
Писать дальше? 👀🖤​​​​​​​​​​​​​​​​