🌧️До первого дождя

Владик
Он написал Хагуре сам.
Без предупреждения. Без совета с остальными. Просто — достал старый номер который помнил наизусть и написал:
«Нам надо поговорить. Только ты и я»
Ответ пришёл через минуту.
«Давно ждал»
Место выбрал Хагура — тихий бар на окраине. Не университетский район, не центр. Где-то между.
Владик написал Роме:
«Встречаюсь с Хагурой. Один. Адрес в следующем сообщении. Если не напишу через два часа — вы знаете где я»
Рома ответил мгновенно:
«Я еду с тобой»
«Нет»
«Влад»
«Рома. Это должен сделать я. Один. Понимаешь?»
Долгая пауза.
«Два часа. Потом я приеду»
«Договорились»
Владик убрал телефон. Надел куртку.
Посмотрел на спящую Алю — она не знала куда он идёт. Он не сказал. Просто — написал записку:
«Скоро вернусь. Всё хорошо»
Вышел тихо.

Хагура
Он сидел у дальнего стола когда Владик вошёл.
Смотрел как тот идёт через зал — прямой, собранный, без лишних движений.
Изменился за два года.
Тот Владик которого он нашёл тогда — мягкий, неуверенный, легко управляемый. Этот — другой. Как будто два года что-то отшлифовали изнутри.
Интересно.
Владик сел напротив. Не поздоровался.
— Говори, — сказал он.
Хагура смотрел на него.
— Ты пришёл сам, — сказал он. — Значит тебе есть что сказать.
— Да.
— Слушаю.
Владик смотрел на него прямо.
— Ты использовал меня, — сказал он. — Два года назад. Нашёл слабое место — хотел казаться важным, хотел быть нужным — и использовал.
— Да, — согласился Хагура.
— И тебе было всё равно что со мной станет.
— Да.
— Разменная монета.
— Да.
Владик молчал секунду.
— Я знаю, — сказал он. — Я это понял не сразу. Но понял.
Хагура смотрел на него.
— И что ты хочешь от меня?

Владик
Он думал об этом всю дорогу сюда.
Что он хочет.
Не злости — у него давно не было злости на Хагуру. Злость требует энергии которой у него не было. Оставалась только — ясность. Холодная, спокойная.
— Я хочу чтобы ты понял одну вещь, — сказал Владик. — Ты думал что я инструмент. Что я исчезну или сломаюсь или не важно что со мной.
— Думал, — подтвердил Хагура.
— Я не исчез. Не сломался. Я остался рядом с Алей. Два года. — Пауза. — Не потому что ты так планировал. Вопреки тому что ты планировал.
Хагура смотрел на него.
— И что это доказывает? — спросил он спокойно.
— Что люди — не инструменты, — сказал Владик. — Даже те которых ты выбираешь потому что думаешь что они слабые. — Пауза. — Я был слабым. Я сделал то что сделал. Но я также — исправлял. Два года исправлял. Это тоже я.
Тишина.
Хагура смотрел на него.
Что-то — едва заметно — изменилось в его лице.
— Ты пришёл читать мне лекцию, — сказал он.
— Нет, — сказал Владик. — Я пришёл сказать тебе кое-что важное. Про Ареса.

Хагура
Он напрягся — едва заметно.
Про Ареса.
— Говори, — сказал он.
Владик смотрел на него прямо.
— Арес счастлив, — сказал он просто. — По-настоящему. С Таки. Они вместе уже два года. Это — настоящее. Не инстинкт, не временное. Настоящее.
Хагура молчал.
— Ты можешь делать всё что делаешь, — продолжал Владик. — Листы. Сообщения. Людей на улицах. Ты можешь пугать и давить и манипулировать. Но ты не изменишь этого. Потому что это — не про тебя. Это вообще не про тебя.
Тишина.
Долгая.
Хагура смотрел на стол.
— Ты думаешь что это меня остановит, — сказал он наконец. Тихо.
— Нет, — сказал Владик. — Я не думаю что ты остановишься от слов. — Пауза. — Но я думаю что ты умный. Достаточно умный чтобы понять — всё что ты делаешь делает только хуже тебе. Не им. Тебе.
Хагура поднял взгляд.
Смотрел на него.
В его глазах было — что-то. Не злость. Что-то живое. То что иногда мелькало и исчезало.
— Ты не боишься меня, — сказал он.
— Нет, — сказал Владик.
— Должен.
— Наверное. — Пауза. — Но я устал бояться. Два года боялся — тебя, себя, правды. Устал.

Хагура
Владик говорил — и Хагура слушал.
Не потому что хотел. Просто — слушал.
Арес счастлив.
Три слова. Простых.
Он думал что знает это. Видел — Таки рядом, они вместе, всё очевидно. Но одно дело видеть. Другое — когда человек который был там, внутри этой истории, говорит это вслух. Спокойно. Без злости.
По-настоящему.
Хагура смотрел в стол.
Думал о чём-то — о том что Таки сказал ему на встрече. Найди кого-то кто захочет быть с тобой.
Теперь Владик говорит то же самое другими словами.
Два человека. По-разному. Об одном.
— Что ты хочешь от меня, — спросил он наконец. — Конкретно.
Владик смотрел на него.
— Уйти, — сказал он просто. — Не из города. Просто — от них. Оставь их в покое.
— И если не уйду?
— Полиция уже работает. Сэй дал показания. Рома нашёл второго твоего человека в университете. — Пауза. — Ты умный. Ты знаешь что кольцо сужается.
Хагура молчал.
— Это угроза?
— Это факты, — сказал Владик. Почти теми же словами что Таки — но другим тоном. Устало. Без холода.
Они смотрели друг на друга.
Долго.

Владик
Хагура не ответил сразу.
Сидел. Смотрел куда-то мимо него — в стену, в окно, куда-то далеко.
Владик ждал.
— Ты знаешь что такое — видеть что-то светлое, — сказал Хагура наконец. Тихо. Почти про себя. — И знать что оно не для тебя.
— Знаю, — сказал Владик.
Хагура посмотрел на него.
— Откуда?
— Потому что два года смотрел как Аля вспоминает кого-то другого, — сказал Владик. — И оставался рядом. Зная что часть её — не моя.
Молчание.
— Это больно, — сказал Хагура.
— Да, — согласился Владик. — Но это не даёт права причинять боль другим.
Хагура смотрел на него долго.
Потом — встал.
Не сказал ничего. Просто — встал, надел куртку, поправил очки.
Остановился у стола.
— Владик, — сказал он.
— М?
— Ты был плохим инструментом. — Пауза. — Но неплохим человеком. В итоге.
Владик смотрел на него.
Хагура пошёл к выходу.
У двери — остановился. Не обернулся.
— Передай Аресу, — сказал он тихо. — Что я видел его. Это было достаточно.
Вышел.
Дверь закрылась.

Владик
Он сидел ещё минут десять.
Один. С остывшим кофе которого не пил.
Думал что не знает ушёл ли Хагура по-настоящему. Что слова — это слова. Что надо рассказать Роме. Таки. Всем.
Но сначала — просто сидел.
Потому что что-то только что закончилось.
Не громко. Не резко.
Просто — закончилось.
Написал Роме:
«Всё окей. Возвращаюсь»
Рома ответил мгновенно:
«Я у входа»
Владик засмеялся — тихо, коротко.
«Ты должен был ждать два часа»
«Это было два часа»
Владик посмотрел на время.
Действительно — два часа.
Он встал. Надел куртку.
Вышел.

Рома
Он стоял у входа — руки в карманах, перебинтованное плечо под курткой.
Владик вышел — живой, целый. Чуть бледный но целый.
— Что? — спросил Рома.
— Поговорили, — сказал Владик.
— И?
— Не знаю. — Пауза. — Может ушёл. Может нет. Но что-то — сдвинулось.
Рома смотрел на него.
— Ты ему что-то сказал?
— Правду, — сказал Владик. — Просто правду.
Рома молчал секунду.
— Это работает не всегда.
— Знаю. — Владик смотрел на улицу. — Но иногда — работает.
Они стояли у входа.
Ноябрьская улица. Фонари. Мокрый асфальт.
— Рома, — сказал Владик.
— М?
— Спасибо что пришёл.
— Я всегда прихожу, — сказал Рома.
— Это слова Таки.
— Хорошие слова. Можно использовать.
Владик почти улыбнулся.
Они пошли.

Аля
Она проснулась от звука двери.
Записка на столе — скоро вернусь. Всё хорошо. Время — почти полночь.
Она встала. Вышла в коридор.
Владик стоял у двери — снимал куртку. Увидел её.
— Разбудил?
— Нет, — сказала она. — Я не спала.
Она смотрела на него.
Видела что он устал — не физически. Изнутри. Тем усталым который бывает когда сделал что-то тяжёлое и оно закончилось.
— Влад, — сказала она.
— М?
— Где ты был?
Он смотрел на неё.
— С Хагурой.
Тишина.
Аля стояла и смотрела на него.
— Один?
— Да.
— Зачем?
— Потому что должен был, — сказал он. — Это моя часть. Я привёл его в вашу жизнь. Мне и говорить.
Аля молчала.
Потом — подошла.
Встала перед ним близко.
Смотрела на него — долго, внимательно. Читала лицо.
— Ты в порядке? — спросила она.
— Да, — сказал он.
— Правда?
— Правда.
Аля смотрела на него ещё секунду.
Потом сказала — тихо, просто, без предисловий:
— Я тебя люблю. Несмотря ни на что.
Он смотрел на неё.
— Аля...
— Влад. — Она не отводила взгляд. — Я помню всё что ты сделал. Всё что было. И я выбираю тебя. Не потому что не помню. А потому что помню — и всё равно выбираю.
В его глазах было — много. Слишком много для одного момента.
— Аля, — сказал он тихо.
— М?
— Я люблю тебя.
— Знаю, — сказала она.
И улыбнулась — устало, по-настоящему.
Он обнял её.
Крепко. Без слов.
Она прижалась.
За окном шёл дождь — тихий, ночной.
И в этом дожде, в этой тишине, в этих объятиях — что-то наконец встало на своё место.
Не всё.
Но достаточно.

Таки
Арес написал ему в час ночи.
«Рома рассказал про встречу. Ты знал что Влад пойдёт?»
«Нет»
«Он сказал Хагуре передать тебе кое-что»
Таки читал.
«Что»
«Что видел тебя. Что этого было достаточно»
Долгая пауза.
Таки смотрел на сообщение.
Думал.
Что видел тебя. Что этого было достаточно.
Что-то в этом было — не злобное. Почти человеческое.
Он написал Аресу:
«Как ты к этому относишься»
«Не знаю. Странно. Жалко почти»
«Жалко?»
«Не его поступки. Его самого. Что никто не научил его по-другому»
Таки смотрел на экран.
Арес — всегда Арес.
«Ты слишком добрый» — написал он.
«Нет. Просто честный»
Таки улыбнулся.
«Иди спать»
«Уже. Приходи»
«Иду»

Хагура
Поздно ночью.
Он сидел у окна своей квартиры — пустой, почти пустой, только книги и темнота.
Думал.
Арес счастлив. По-настоящему.
Найди кого-то кто захочет быть с тобой.
Ты был плохим инструментом. Но неплохим человеком. В итоге.
Три разных человека. Три разных момента.
Об одном.
Хагура смотрел в окно.
На тёмный город. На дождь который шёл тихо.
Думал о детстве — о тёмной квартире, о матери которая пила, о том как научился быть невидимым. О том как первый раз увидел Ареса у окна с книгой и почувствовал что-то тёплое. И о том как сразу понял — не для него.
Не для него.
Всю жизнь — не для него.
Он взял телефон.
Посмотрел на контакты.
Потом — удалил несколько номеров. Молча, один за другим.
Встал.
Подошёл к окну.
Что видел тебя. Что этого было достаточно.
Может — достаточно.
Может — нет.
Он сам не знал.
Но сегодня ночью — просто стоял у окна. Смотрел на дождь. И не планировал ничего.
Первый раз за долгое время.
Просто — был.

— конец девятнадцатой главы —

Впереди — глава 20: Финал который всё меняет 🖤🌑
Писать дальше? 👀