🌧️До первого дождя

Каток был её идеей.
Аля предложила в первый день после каникул — написала утром, просто так, без особой причины: «давай в субботу на каток?»
Арес ответил через минуту: «окей»
Она смотрела на это окей дольше чем нужно.
Раньше он писал давай или хорошая идея или иногда даже жду. Теперь всё чаще — окей. Короткое, нейтральное, закрытое.
Аля убрала телефон. Поставила чайник.
Сказала себе что это ничего не значит. Люди меняются как пишут сообщения. Это мелочь.
Но мелочи накапливались — тихо, по одной — и Аля умела считать.

Суббота была холодной и ясной — январское небо, белое и высокое, без единого облака. Каток в городском парке работал с десяти утра, народу было немного — рано ещё, выходное утро.
Арес ждал её у входа. В шапке, руки в карманах, дышал паром на морозе. Увидел её — улыбнулся. Тепло, по-настоящему.
Аля подумала: вот видишь. Всё нормально.
Взяла его под руку.

Коньки они взяли в прокате — Аля быстро зашнуровала свои, Арес возился дольше, она помогла. Привычный маленький ритуал.
На льду она сразу поехала вперёд — Аля каталась с детства, это было её. Арес двигался осторожнее, держал равновесие — не плохо, но без уверенности.
— Ты давно не катался, — сказала она.
— Года три, — признал он.
— Держись за меня.
— Я не упаду.
— Арес.
— Аля.
Она засмеялась и взяла его за руку — сама, просто взяла. Они поехали рядом, медленно, по кругу.
Музыка из колонок — что-то негромкое, зимнее. Под коньками скрипел лёд. Морозный воздух пах свежестью и немного хвоей от ёлок у входа.
Аля смотрела прямо — на лёд, на людей впереди — и думала что это хорошо. Что вот так — рядом, рука в руке, простое январское утро — это и есть то за что она держится.
Потом Арес чуть оступился. Она крепче сжала его руку — автоматически.
Он сжал в ответ.
Вот видишь, — сказала она себе снова.

Они катались час.
Арес постепенно освоился — стал ехать увереннее, один раз даже попробовал разогнаться и затормозил немного криво, Аля поймала его за рукав и они оба едва не упали и смеялись потом у бортика, отдышавшись.
Это было хорошо.
По-настоящему хорошо — не то натянутое нормально которое Аля научилась распознавать последние месяцы. Живое, тёплое, настоящее.
Она смотрела на него — как он смеётся, запрокинув голову, как щёки красные от мороза, как убирает волосы из-под шапки — и думала:
Я люблю тебя.
И сразу — следом, тихо, без злости:
Но этого недостаточно. Для тебя.
Мысль пришла спокойно. Как что-то что знаешь давно но разрешаешь себе признать только сейчас.
Аля отвела взгляд. Посмотрела на лёд.

В кафе при катке они взяли горячий шоколад — сели у окна, за которым был виден каток и люди на льду и зимний парк.
Арес грел руки о кружку. Смотрел в окно.
Аля смотрела на него.
— Арес, — сказала она тихо.
— М? — Он обернулся.
Она смотрела на него — на знакомое лицо, знакомые глаза, на то как он всегда чуть хмурится когда думает о чём-то и не замечает этого.
— Ничего, — сказала она. — Просто так.
Он кивнул. Снова посмотрел в окно.
Аля держала кружку и думала что есть вещи которые можно сказать и вещи которые нужно просто — знать. Молча. Самой.
Она знала.
Не сегодня — не сегодня она скажет. Сегодня просто побудет здесь. Последний раз вот так — горячий шоколад, каток за окном, его плечо рядом.
Потом — потом будет другой разговор. Она к нему готовилась уже давно, просто не называла это подготовкой.

Домой шли пешком — недалеко, минут пятнадцать. Арес нёс её сумку — сам взял, она не просила. Мелочь. Одна из тех мелочей которые она любила и будет скучать.
У её подъезда остановились.
Арес посмотрел на неё. В его взгляде было что-то — тёплое и виноватое одновременно. Как будто он тоже что-то знал — и тоже не называл.
— Спасибо, — сказал он тихо. — За каток.
— Это была моя идея, — сказала она.
— Я знаю. Поэтому спасибо.
Аля смотрела на него секунду.
Потом поднялась на носки — поцеловала его. Медленно, тепло. Последний раз вот так — она знала, он наверное чувствовал.
Отступила.
— Иди домой, — сказала она. — Холодно.
— Аля, — начал он.
— Арес. — Она улыбнулась — по-настоящему, без усилий. — Всё хорошо. Иди.
Он смотрел на неё ещё секунду. Потом кивнул.
Пошёл.
Аля стояла у подъезда и смотрела ему вслед — пока он не завернул за угол.
Потом вошла в подъезд. Поднялась на свой этаж. Открыла дверь.
Разулась. Повесила куртку.
Прошла на кухню — не включая свет, просто села у окна в темноте. За стеклом был зимний двор, тихий, белый.
Аля сидела и думала что любовь — это иногда не держать. Это видеть человека — по-настоящему видеть, лучше чем он сам себя видит — и понимать куда ему надо идти. Даже если не к тебе.
Она не плакала.
Просто сидела в темноте и смотрела на снег.
И медленно — очень медленно, как отпускают что-то тёплое из рук — начинала отпускать.

— конец восьмой главы —

Впереди — глава 9: февраль. Аля отдаляется — тихо, без скандала. Арес замечает и не знает остановить её или нет. А Таки впервые делает что-то — маленькое, почти незаметное — что невозможно списать на случайность 🖤🌨️
Писать дальше? 👀