🌧️До первого дождя

Арес
Февраль пах талым снегом и тревогой.
Арес замечал как Аля отдалялась — не резко, не со скандалом. Просто — тише. Сообщения короче. Встречи реже. Она всё ещё была рядом — улыбалась, держала за руку, говорила спокойной ночи каждый вечер. Но что-то изменилось в текстуре этого рядом. Как будто между ними появилось стекло — прозрачное, почти незаметное, но есть.
Арес не спрашивал.
Не потому что не замечал. А потому что боялся что она ответит честно.

В пятницу он задержался после уроков — забыл тетрадь по литературе в классе, вернулся. Коридоры уже почти пустые, охранник внизу зевал у стойки.
Толкнул дверь класса.
Таки сидел у окна.
Один, без рюкзака, смотрел в окно. На улице был серый февральский вечер — темнело рано, фонари уже горели, на стекле чуть запотело снизу.
Арес остановился у двери.
Таки обернулся.
— Забыл что-то, — сказал Арес. Не вопрос — объяснение.
— Тетрадь, — добавил он и прошёл к своей парте.
Тетрадь лежала там где он оставил — под учебником, синяя, с загнутым уголком. Он взял её. Убрал в рюкзак.
Надо было уйти.
Не уходил.
— Ты чего здесь? — спросил он.
Таки помолчал секунду.
— Жду пока стихнет, — сказал он.
— Что стихнет?
— Голова.
Арес посмотрел на него. Таки снова смотрел в окно — профиль чёткий, спокойный, но что-то в плечах чуть напряжённее обычного.
Арес поставил рюкзак на парту. Сел — не на своё место, на соседнее, ближе к окну.
Не спросил почему голова. Просто сел.

Таки
Он не ожидал что Арес останется.
Люди обычно брали что пришли взять и уходили — особенно когда видели что кто-то хочет побыть один. Таки умел это транслировать — закрытая поза, взгляд в окно, никакого приглашения.
Арес сел рядом и не сказал ничего.
Просто — сел. Тоже посмотрел в окно.
Таки покосился на него. Арес смотрел на улицу — на фонари, на мокрый асфальт, на редких прохожих. Руки на парте, спина прямая, выражение лица — нейтральное, спокойное.
Он не пришёл спасать, — понял Таки. Просто остался.
Это было странно приятно.
Они молчали минут пять. Потом десять. Таки ждал когда станет неловко — обычно становилось, люди не умеют молчать долго, начинают заполнять тишину.
Арес не заполнял.
Молчание было — живым. Не пустым, не давящим. Просто двое у окна и февральский вечер за стеклом.
Таки почувствовал как что-то в плечах отпускает.
— У тебя бывает, — сказал он вдруг, — когда слишком много всего и непонятно с чего начать разбирать?
Арес помолчал.
— Постоянно, — сказал он.
— И что делаешь?
— Сижу у окна. — Короткая пауза. — Или иду куда-нибудь пешком. Долго.
— Помогает?
— Иногда. Иногда просто устаёшь и засыпаешь. Тоже вариант.
Таки почти улыбнулся. Не совсем — но рядом.

Арес
Они говорили мало — короткими фразами, с паузами между ними. Не о важном. О городе, о том что февраль в этом году теплее обычного, о книге которую Таки читал на каникулах.
Арес отвечал. Спрашивал иногда. Слушал.
И думал — краем, фоном, стараясь не думать — что вот так, вдвоём в пустом классе в пятницу вечером, ему... хорошо. Спокойно. Как бывает когда не надо ничего объяснять и не надо держать лицо и просто — есть.
Это было опасно.
Он это знал.
Достал из кармана флакон — автоматически, привычка. Вечерняя доза. Открыл, вытряхнул таблетку на ладонь.
Поднял взгляд.
Таки смотрел на него — спокойно, без вопроса. Просто видел.
Арес на секунду замер.
Потом — запил водой. Убрал флакон.
— Извини, — сказал он.
— За что? — спросил Таки.
Арес посмотрел на него. В серых глазах не было ни жалости ни любопытства — просто ровное принятие. Вижу. Нормально.
— Не знаю, — сказал Арес честно.
Таки кивнул. Отвернулся к окну.
За стеклом зажглись ещё несколько фонарей — стемнело пока они сидели.

Таки
— Тебе не холодно без них? — спросил Арес вдруг.
Таки не сразу понял о чём. Потом понял — подавители.
— Это не моё дело, — сказал он. — Я не спрашиваю.
— Я знаю что не спрашиваешь, — сказал Арес тихо. — Поэтому и говорю.
Таки посмотрел на него.
Арес смотрел в окно — не на него, в сторону. Говорил ровно, как будто о погоде, но пальцы на парте чуть напряжены.
— Без них острее, — сказал Арес. — Всё. Запахи, звуки, люди рядом. Как будто громкость убрать не можешь.
— И с ними лучше?
— С ними — тише. — Пауза. — Иногда слишком тихо. Но это лучше чем наоборот.
Таки молчал.
Думал о том что Арес только что сказал ему что-то настоящее — не то что говорят просто так, а то что обычно не говорят никому.
— Понятно, — сказал он наконец.
Арес кивнул. Снова замолчал.
И это молчание было — другим. Не просто тишина двух людей у окна. Что-то в нём изменилось — стало теплее, ближе, как будто расстояние между ними сократилось на что-то неизмеримое.
Таки смотрел в окно и думал что надо бы уже идти.
Не шёл.

Арес
Телефон завибрировал.
Аля.
«Ты где? Всё окей?»
Арес смотрел на экран.
Три слова. Раньше она писала больше — с подробностями, с вопросами, иногда с голосовым. Теперь три слова.
Стекло между ними становилось толще. Медленно, почти незаметно. Но становилось.
Он написал: «В школе задержался. Скоро буду»
Убрал телефон.
— Надо идти, — сказал он.
— Да, — сказал Таки.
Но никто из них не встал.
Ещё минуту — две — они сидели у тёмного окна и молчали тем новым молчанием которое Арес не умел назвать. Которое было не просто тишиной а чем-то живым, тёплым, немного страшным.
Потом Арес встал. Взял рюкзак.
— Пока, — сказал он.
— Пока, — ответил Таки.
Арес пошёл к двери. У порога — остановился на секунду, сам не зная зачем.
Не обернулся.
Вышел.

Таки
Он сидел ещё минут пять после того как Арес ушёл.
В классе было тихо. Пахло — чуть-чуть, едва уловимо — чем-то тёплым. Не запах омеги как таковой, не то острое что бывает без подавителей. Просто — его. Что-то своё, тихое.
Таки сидел и думал.
Думал о том как Арес сказал поэтому и говорю — просто, без подтекста, как будто это было естественно. Доверие которое не просят и не объясняют, просто дают.
Думал о том как они молчали и это молчание было — другим. Он не умел точнее.
Думал о том что надо идти домой, делать уроки, всё нормально, это просто пятница вечером и два человека случайно остались в классе.
Встал. Взял рюкзак.
Выходя — задержался у парты где сидел Арес.
На краю лежал маленький клочок бумаги — наверное выпал когда тот убирал тетрадь. Просто обрывок, ничего на нём.
Таки взял его. Повертел в пальцах.
Положил в карман.
Не знал зачем.
Просто положил.

Домой шёл пешком — долго, через парк, как говорил Арес. Посмотреть помогает ли.
Февральский город был тихим — мокрый асфальт, редкие прохожие, фонари в лужах.
Таки шёл и думал о молчании которое было другим.
И о том что он до сих пор не дал этому имени.
И о том что — наверное — скоро придётся.

— конец девятой главы —

Впереди — глава 10: март. Аля говорит Аресу правду — тихо, без слёз, по-взрослому. Арес остаётся один впервые за полгода. И в ту же ночь Таки пишет ему первое сообщение — просто так, без повода 🖤🌧️
Писать дальше? 👀