🌧️До первого дождя

Арес
Март пришёл с ветром.
Не тёплым — ещё холодным, февральским по ощущению, но уже с запахом чего-то другого. Чего-то что только начинается.
Аля написала в воскресенье утром:
«Можем сегодня встретиться? Погуляем немного»
Арес смотрел на сообщение долго.
Не давай сходим куда-нибудь и не соскучилась. Просто — погуляем немного. Нейтрально. Закрыто.
Он знал что это значит.
Знал уже давно — с января, с каткa, с того утра когда проснулся и увидел как она смотрит на него думая что он спит. Просто не называл.
«Окей. Где?» — написал он.
«У нашей лавочки. В три»
Наша лавочка — в парке за школой, они нашли её в седьмом классе и с тех пор это было их место. Для важных разговоров, для тихих вечеров, для всего что не помещалось в обычные места.
Арес убрал телефон.
Достал флакон. Утренняя таблетка.
Запил. Поставил флакон на тумбочку.
Лёг обратно и смотрел в потолок ещё час.

Аля
Она пришла раньше.
Сидела на лавочке и смотрела на парк — голые ещё деревья, прошлогодняя трава пробивалась сквозь остатки снега, небо серое и высокое. Март.
Аля думала что скажет.
Она репетировала несколько недель — не слова, слова придут сами. Репетировала как. Как говорить честно и не жестоко. Как отпустить человека так чтобы он не почувствовал себя брошенным.
Она любила Ареса. Это не изменилось.
Просто она видела его — по-настоящему, лучше чем он сам — и знала куда ему надо идти. И это было не к ней.
Удержать его означало бы держать за руку человека который смотрит в другую сторону. Она не хотела так. Ни для него, ни для себя.
Арес появился в три ровно — в куртке, руки в карманах, смотрел на неё когда подходил. Серьёзно. Он тоже знал.
Сел рядом.
Они помолчали секунду.
— Аля, — начал он.
— Подожди, — сказала она тихо. — Я скажу. Можно?
Он закрыл рот. Кивнул.

Арес
Аля смотрела прямо — не на него, на деревья впереди. Говорила ровно, без надрыва, как человек который думал об этом долго и пришёл к чему-то настоящему.
— Я тебя люблю, — сказала она. — Это правда и это не изменится. Но я вижу тебя, Арес. Я вижу тебя лучше чем ты думаешь.
Пауза.
— Ты последние месяцы — не здесь. Не полностью. Ты держишься, стараешься, я знаю. Но что-то в тебе — там, где меня нет. И я не говорю что это плохо. Я говорю что это правда.
Ветер качнул ветки над головой.
— Я не хочу быть человеком которого ты держишь за руку пока смотришь в другую сторону, — сказала она просто. — Не потому что злюсь. А потому что ты заслуживаешь смотреть туда куда хочешь. И я заслуживаю чтобы меня держали потому что хотят — а не потому что боятся отпустить.
Арес слушал и чувствовал как что-то сжимается в груди — не злость, не отрицание. Что-то похожее на стыд и облегчение одновременно. Странная смесь.
— Аля, — сказал он тихо.
— Не надо объяснять, — перебила она мягко. — Я не прошу объяснений. Я просто говорю что вижу.
— Я не хотел тебя hurt, — сказал он. Слово вышло по-английски, он не заметил.
— Я знаю, — сказала она. — Ты никогда не хотел. Это не делало тебя плохим. Просто — честным, в конце концов.
Она наконец повернулась к нему.
Смотрела на него — тепло, серьёзно, без слёз. Аля не плакала. Она уже всё прожила — раньше, одна, в темноте у окна. Сейчас просто говорила вслух то что знала.
— Я хочу остаться твоим другом, — сказала она. — Если ты захочешь. Настоящим — не для вида. Просто не сейчас. Сначала нам обоим нужно время.

Аля
Арес молчал долго.
Она смотрела на него — на знакомый профиль, на то как он смотрит в землю и думает. Она знала этот взгляд — когда внутри много всего и он не знает с чего начать разбирать.
Потом он поднял глаза.
В них было — всё сразу. Боль, облегчение, вина, что-то ещё глубже чего она не стала называть.
— Ты лучше меня, — сказал он тихо.
— Нет, — сказала она. — Я просто вижу дальше. Это другое.
Он кивнул. Медленно.
— Мне жаль, — сказал он.
— Не надо жалеть. — Она чуть улыбнулась — не весело, но по-настоящему. — Ты ничего не сломал. Просто всё оказалось немного не так как мы думали в начале. Это бывает.
Ветер снова прошёлся по парку — холодный, мартовский.
Аля встала.
Арес тоже встал — автоматически.
Она посмотрела на него последний раз вот так — как на своего. Потом что-то тихо переключилось внутри. Не погасло — просто стало другим.
Она обняла его — быстро, крепко.
Он обнял в ответ — и держал секунду дольше чем она ожидала.
— Всё будет хорошо, — сказала она ему в плечо.
— Откуда ты знаешь, — сказал он.
— Знаю, — сказала она просто.
Отступила. Улыбнулась.
И пошла — не оглядываясь, потому что если обернётся то не сможет не остановиться, а останавливаться уже не надо.

Арес
Он стоял у лавочки и смотрел ей вслед пока она не скрылась за поворотом.
Потом сел обратно.
Парк был тихим — только ветер и птица где-то высоко. Голые ветки, серое небо, остатки снега у корней деревьев.
Арес сидел и не думал ни о чём конкретном. Просто — был. Один, впервые за полгода по-настоящему один, и это было — странно. Не страшно. Странно.
Достал флакон. Посмотрел на него.
Убрал обратно. Не сейчас.
Сидел ещё долго — пока не стемнело почти, пока не стало совсем холодно. Потом встал. Пошёл домой.

Дома было тихо.
Арес разулся. Прошёл на кухню. Налил воды. Выпил стоя у раковины.
Лёг на диван в темноте — не в кровать, на диван, в куртке. Смотрел в потолок.
Телефон молчал.
Он думал об Але — о том как она говорила. Ровно, честно, без злости. Я вижу тебя лучше чем ты думаешь. Это была правда и это было больно именно потому что правда.
Думал что она права. Что он держался за неё не только из любви — ещё из страха. Страха перед тем что внутри, перед тем что не называл.
Теперь не за что держаться.
Телефон завибрировал.
Арес посмотрел на экран.
Незнакомый номер — нет, не незнакомый. Просто никогда не писал первым.
«Ты сегодня в порядке?»
Таки.
Арес смотрел на сообщение.
Откуда он знает, — подумал он. Потом подумал что не важно откуда. Просто — написал. Первый раз. Просто так.
Арес лежал в темноте и смотрел на три слова на экране.
Потом написал:
«Не очень. Но буду»
Ответ пришёл через минуту.
«Окей»
И через секунду:
«Я здесь»
Два слова. Простые, короткие, без лишнего.
Арес выдохнул — медленно, как будто держал воздух весь день.
Положил телефон на грудь. Закрыл глаза.
За окном шёл дождь — первый настоящий весенний дождь, тёплый, живой.
До первого дождя, — подумал он.
Дождь уже шёл.

— конец десятой главы —

Впереди — глава 11: и вот оно. Первый разговор после. Таки приходит сам — без причины, просто приходит. И всё что копилось семь месяцев наконец выходит наружу 🖤🌧️💥
Готова к одиннадцатой? 👀​​​​​​​​​​​​​​​​