Chapter seventeen.
Возможно я и выглядела спокойно, но на самом деле внутри меня раздирали противоречивые эмоции.
С одной стороны — поведение Итана за два дня. Он одновременно простой и невыносимо сложный. Итан нравиться мне и не смотря на то, каким он может быть агрессивным придурком, то все равно я выбираю его. Но он для меня кажется совсем недоступным только потому, что сам же все портит и никак не даёт нашим отношениям наладиться на ровную черту. И пока нас связывает лишь работа, ни о каком нормальном раскладе быть не может. Поэтому наш вчерашний поход в кафе был обычным дружеским обедом, как он, наверно, и имел в виду. Возможно, я не должна была влезать не в своё дело, ведь он тоже человек, которому нужно дать право на голос. В любом случае, я не должна была отвечать на флирт Грэйсона, хоть я этого и вообще не заметила, но судя по его настроению после такой "сценки" мне кажется, что он ревнует меня. Но, как бы мне не хотелось, он не мог меня ревновать к своему брату. Просто, судя по всем событиям между нами, я ему вовсе не интересна для дальнейших отношений. Даже с Грэйсоном у меня отношения завязались лучше, чем с Итаном, поэтому я не хочу навязываться в "друзья" кому либо из них, чтобы делать, только хуже каждому.
С другой стороны — Грэйсон полная противоположность Итана. Его отношение ко мне намного лучше, и он гораздо милее и приветливее. Я не могла не заметить, что, может, и нравлюсь ему, но как подруга, хорошая подруга, для вечерних разговоров наедине. Он выглядит намного старше, пока Итан даже не заморачивается над тем, как выглядит, что делает его более привлекательнее.
Мне хочется высказаться кому-нибудь, но понимаю, как я настолько слаба, даже не имея тех, кому можно выговориться. Моя мама начнёт учить меня тому, как плохо было связываться с парнями, зная моего бывшего, но и Итан при знакомстве с моей мамой был...стеснительный, что ли? Я до сих пор не верю, как он вёл себя с моей мамой и, каким он был со мной. Мне тогда казалось, что я начинаю влюбляться в него...
Выхожу из ванной слегка встряхивая волосами. Я до сих пор не знаю, чья футболка находиться на мне, да и где все мои вещи: одежда, сумка, телефон. Все о чем я думаю сейчас, это сколько сейчас времени и сколько я проспала. На ощущения я немного кажусь всыпавшей. Голова уже не так сильно болит после пребывания под горячим душем около двадцати минут и таблетки обезболивающего. Мышцы уже не сводит от синяков.
Моментально, когда я выхожу из ванны, я лбом врезаюсь в широкую грудь парня, и только по запаху, я понимаю, кто это. За то недолго время, что я знаю этого человека — Итана Долана — я успела выучить все его жесты, которые показывают его неловкость или нервозность и его запах. Тот, который имеет каждый мужчина и у каждого определённый. Мне он напоминал лёгкий запах ванили с горьковатостью на языке, но мне это казалось столь приятным, что я запомнила это, только с его ассоциацией.
— Мэл, — хрипит Итан, пытаясь взять меня за руку, но я отстраняюсь назад.
Я не хочу разговаривать с ним, после того как он обвинил меня в какой-то нелепой глухости. И вся эта беготня полная глупость и все только из-за того, что я связалась с этим Доланом. Ещё две недели назад, я не думала, что буду убегать от Итана, и мы будем ссорится, как супружеская пара после первой брачной ночи, то есть по пустякам.
Пытаюсь не обращать на него должного внимания и стараюсь обойти, но он не даёт мне этого сделать, перегораживая мне путь.
— Мэл, — он снова повторяет мое имя, но менее громко, чтобы нас не услышали, наверно, Грэйсон.
Я опускаю руки, кладя перед этим полотенце на плечо. Смотрю краем глаза, как он нервно дергает руками и чувствую, как он нервно дышит.
— Я сожалею обо всем... — Итан начинает заикаться, что совсем напоминает мне тот вечер, как, когда ему было неловко с моей мамой.
Я пытаюсь унять свою нервозность, но это не получается.
— И о чем же именно? — отрезаю я, все ещё не поднимая на него глаз.
Он хватает полотенце и берет его руками по краем, скручивает в жгут и забрасывает его за мою спину, притягивая меня к себе и прижимая полотенце к моей пояснице, что заставляет меня посмотреть на него. Мы впервые так близко друг к другу. Я впервые ощущаю его дыхание на своё коже, как его глаза смотрят в мои, и как его руки дрожат, находясь на моей талии.
— Обо всем, что произошло между нами,— парень шепчет это так медленно и так опьяняюще, что я перестаю дышать. — все, что я говорил — из-за моего характера, а не из-за ненависти к тебе, правда.
Я краснею, не зная от чего, от злости или смущения, которое внезапно нахлынуло на меня. Не знаю, как вести мне себя сейчас.
— И почему же я должна тебе верить? — пытаюсь отстранится от него, кладя ладони на его руки, но он лишь сильнее прижимаешь меня к себе.
Его рука – оказывается на моем лице, и сердце бешено колотится. Наши взгляды встречаются, и он наклоняется, еще не осознавая, что происходит.
— Потому, что я говорю это искреннее, — шепчет он, проводя большим пальцем по моим губам.
Он отводит нас в сторону, все ещё прижимая меня к себе, пока он всем телом не прислоняет меня к холодной стене. Его лицо – всего в нескольких сантиметрах от меня, и я чувствую, как тяжело он дышит. Хочу крикнуть, чтобы он от меня отстал, чтобы ушел, хочу дать пощечину, заставить его убраться. Но не могу. Я замираю у стены, загипнотизированная огнем, горящим в его карих глазах.
Он убирает одну руку, но вторая рука такая большая, что удерживает меня за талию, держа так же крепко, как и прежде. В момент мне кажется, что он ударит меня, но его рука движется к моей щеке, и он нежно заправляет мои мокрые волосы за ухо. Чувствую его пульс, когда он приближает губы к моим, и в моей груди полыхает пожар.
Я не знаю, почему не смогла противостоять этому. Когда его губы прикасаются к моим, и мы сливаемся в поцелуе. Я порывисто выдыхаю и в горле становиться невозможно сухо. На вкус его губы такие же, как я и могла представить. Вкус мятной жвачки, которую он жуёт, когда нервничает, как он мне рассказывал. Я вся горю, такого я ещё никогда не чувствовала. Его язык касается моего неба, а руками он проходит по моим разгоряченным щекам. Обвиваю руками его широкие плечи, и утопаю.
Я давно этого хотела, правда, но все равно. Я не умею долго злиться на людей, особенно если между нами произошла такая неразбериха.
– Мэл, – выдыхает он, затем снова прижимается губами ко мне, сжимая руками футболку на мне. Слышу легкий хлопок полотенца о пол и легкий воздух проходящий по мои оголенным ногам.
Голос разума внезапно напоминает, что это плохая идея, но я не обращаю на него внимания. Он отрывается от моих губ, но прежде чем я успеваю что-то сказать, Итан уже ласкает мою шею. Я чувствую каждое движение его языка. Он запускает руку в мои волосы и придерживает голову, пока целует шею. Его зубы касаются моей ключицы, и я не могу сдержать стона, когда он начинает покрывать мое тело поцелуями.
Как далеко я позволю ему зайти? Я задаю себе этот вопрос и не могу ответить.
Ещё вчера бы я не смогла сказать, что сегодня поцелуюсь с Итаном. Я и не могла мечтать об очередном прикосновений губ парня, который мне нравиться настолько, насколько бы меня не хватало для Адама. И признаюсь честно, меня ещё никто не целовал так, как Итан. Адам не был тем парнем, который был готов целоваться так медленно и чувственно, что ощущать тепло друг друга.
Когда мы отстраняемся друг от друга, Итана прислоняется своим лбом к моему и все ещё с закрытыми глазами глубоко дышит, а я смотрю на него, покусывая губы и чувствуя, как они горят. Я не могла убрать свои руки с шеи Итана, пока он сам крепко держал меня за талию. Мне казалось, что никого больше, кроме нас не существовало. И было ощущение, что если я его отпущу, то провалюсь в глубокую яму, из которой не смогу выбраться.
— Извини, извини, — шепчу я все ещё не поднимая глаза.
Итан открывает глаза, и я вижу, как на его лице возникает легкое замешательство.
— За что ты извиняешься? — спрашивает Итан, когда я опускаю свои руки на его.
— Я...я не знаю, — хриплю я.
Он поднимает мои руки себе на плечи, а своими он обхватывает мое лицо и поднимает мою голову так, чтобы я смотрела прямо ему в глаза.
— Тогда и не зачем...
Наверно, как я и ожидала, но от поцелуя нас отделила не я, а Грэйсон, который неожиданно подошёл к Итану со спины. Я отшатнулась от страха, что чуть не упала на задницу, но меня спасло то, как крепко Итан держал меня. Конечно, было неловко, когда он слишком близко прижал меня к себе, и я почувствовала, как что-то упирается мне в живот. Мне становиться так неловко, от чего я краснею. Но мне приятно ощущать, как Итан реагирует на меня.
— Знаете, — начал Грэйсон, — не хочу прерывать, но вылет уже через три часа, а мы даже не собрали вещи.
И в этот же момент, я мысленно бью себя по голове. Все, что я помнила, начисто стерлось из моей памяти. Я пытаюсь отстранится от Итана, но он прижимает меня сильнее к себе, не давая выбраться из его хватки.
— Итан, отпусти ты её и иди собери свои вещи, а мы пока поговорим, — приказным тонном Грэйсон обращается к брату и тот в свою очередь отпускает меня.
Господи, я краснею ещё больше, когда он отходит от меня на метр и краем глаза замечаю, как натянуты его штаны спереди.
— Ладно, — Итан отходит от меня, все ещё не прерывая контакта с моими глазами, а потом скрывается за дверью в конце коридора.
Грэйсон оглядывает коридор и толкает меня в ванну, а потом закрывает дверь. Знаю, что сейчас он начнёт меня расспрашивать о том, как мы разговаривали и померились ли наконец-таки.
— Ну, что теперь между вами? — начинает он, потирая ладони и облокачиваясь о раковину спиной.
Я по глазам вижу, что ему не очень хочется это знать. Не знаю почему, но мне так казалось.
— Я даже не знаю, — я опускаю глаза в ноги и тереблю края футболки.
Он прискорбно улыбается.
— Вы хотя бы померились?
Я улыбаюсь и немного краснею, вспоминая, как сквозь поцелуй он называл меня по имени и как он целовал мою шею.
— Ммм...да, да, — я мотаю головой и лохмачу волосы.
Я думаю, что он знает, что было между нами две минуты назад. Просто всю информацию он хочет услышать именно из моих уст. Он наверняка, слышал мои стоны.
— Ладно, не хочу тебя допрашивать, потом сам Итан все мне расскажет, — Грэйсон поднимает руку и заносит её за голову, чтобы почесать затылок, — но, по крайней мере я должен сейчас отвезти тебя домой, чтобы ты забрала вещи и мы поехали в аэропорт. Ты же не против того, что мы тебя подбросим?
Я мотаю головой. Конечно, я была не против, поскольку не особо хотела беспокоить маму или тратить деньги на такси, потому что, зная цены, я бы отдала половину своих денег. Но как только я хотела ответить ему, то из коридора было слышно возмущение, а оттуда следовало, что это был Итан.
— Я отвезу её, — восклицает он и тут же распахивает дверь в ванну.
Я открыла рот, что бы что-то сказать, как Итан уже берет меня за руку и тащит из ванны.
— Ну, ладно, — мычит Грэйсон и остаётся стоять на месте. .
Итан тащит меня по коридору по направлению к той комнате, где я и проснулась сегодня. Он открывает дверь и практически заталкивает меня в комнату, а потом закрывает дверь.
Итан открывает шкаф и даёт мне мою одежду. Она ещё немного влажная, но я не понимаю от чего, ведь я помню вечер с Джеком и как он меня раздел и как потом Грэйсон, одев меня в свою куртку и взяв на руки, унёс.
— Переодевайся, а футболку положи на кровать, — сказал Итан, стоя напротив меня.
Мы не так далеко друг от друга и, когда я это понимаю, то он целует меня снова, но не так долго, как пять минут тому назад. Этот поцелуй короткий, но такой нежный.
— Тебе приятно носить мою футболку? — шепчет Итан, дыша мне на губы, а я лишь смущённо улыбаюсь.