Chapter eighteen.
Поздней ночью мы вылетели из Лос-Анджелеса. Наш рейс задержали на пять часов, и тогда мне казалось, что время тянулось невыносимо долго. Полет же проходил на нервах, из-за плохой погоды, которая была над Нью-Джерси, мы несколько раз попадали в глубокие воздушные ямы, которые заставляли меня почти не позвать врача, чтобы меня откачивали от приступа астмы.
Итан и Грейсон сидели на два ряда позади меня, но все равно, когда Итан проходил мимо, я замечала, как блестят его глаза. Я до сих пор не осознаю, что он поцеловал меня. Мне казалось, что он ненавидит меня и всем сердцем не желает, чтобы я находилась с ним рядом. До сих пор помню вкус его губ и мне хочется повторять этот поцелуй снова и снова. Что на меня нашло? Ещё несколько часов назад я ненавидела его, а сейчас я хочу, что бы он всегда был рядом.
Почти весь полет я не отрывалась от ноутбука, просматривая все фотографии, которые я сделала на том вечере перед походом в бар. Я не хочу больше о нем вспоминать, хочу забыть Джека, тот вечер, как страшный сон и стереть его из памяти, будто он и не появлялся, и мы вовсе не знакомились. Все события эти иногда мне кажутся лишь сном, как будто этого и не было.
Беру телефон в руки и смотрю на время. После перелёта я проспала почти десять часов и спала так крепко, что не услышала будильник, который я поставила на половину восьмого. Замечаю на экране несколько сообщений от Грэйсона, присланных поздней ночью, и два звонка мистера Эйдриана, которые были совершены около двух часов назад. Надеюсь, что он не будет зол, когда я приеду к двенадцати или позже, но главное не забыть весь материал, который я делала на протяжении выходных.
Как знать может быть, я все таки решусь стать личным помощником мистера Эйдриана. Впервые за столько лет я могу согласиться с мамой, что я не могу всю жизнь зарабатывать на фотографиях, поскольку это даже и не очень прибыльное дело. Конечно, смотря на кого и где работать. Я все ещё думаю, чтобы пересдать экзамены в конце августа и все таки поступить в университет, чтобы иметь высшее образование, но даже с ним, я не надеюсь, что меня возьмут на работу после получения диплома.
Только есть один минус — у меня никакого опыта в этой работе.
Собираю сумку и ношусь по комнате, чтобы найти, хоть одну приличную рубашку, но в конце концов останавливаюсь на платье белого цвета с длинными рукавами и широкой юбкой. Я надевала это платье пару раз в школу, но потом перестала. Не знаю из-за чего. Может быть потому, что было холодно или каждый раз я рвала колготки о школьные стулья, но на этот раз, я не хочу искать колготки. Расчесываю волосы и закалываю пару прядей от челки на затылке, что бы они в случае не упали мне на лицо.
В последний момент, когда я выхожу из дома, решаю надеть туфли на небольшом каблуке с открытыми пальцам. Я настолько редко надеваю такую обувь, что я и вспомнить не могу, когда носила их в последний раз.
Когда я приезжаю в офис, сразу же подхожу к девушке на ресепшн, но когда я начинаю называть свою имя, то мистер Эйдриан идёт мне навстречу, улыбаясь.
— Мэлани, — восклицает он и настигает меня раньше, чем я могла сделать и шагу.
— Здравствуйте, мистер Эйдриан, — я отвечаю ему на улыбку и поправляю сумку на плече.
На нем зауженные чёрные брюки и белая рубашка, как и тогда в пятницу, но не хватало лишь того темно-синего, почти чёрного, пиджака, который подчеркивал его плечи. Я немного смущена тем, как я одета сегодня, но я надеюсь, что это будет выглядеть соответствующе.
— Ну, я же просил называть меня Кристофер, — он складывает руки на груди, — я думал ты подъедешь к восьми, но, вспоминая утренние новости о погоде, я не стану насчёт этого возражать. Извини, за утренние звонки, надеюсь не потревожил.
Мне казалось, что он будет упрекать меня насчёт того, что я так поздно, но, услышав эти слова, я расслабилась и мои плечи опустились.
— Извини, Кристофер, — я смотрю на его лицо, — ва... твои звонки вовсе не побеспокоили.
— Это радует, — он опускает глаза на часы на левом запястье, а потом снова поднимает их на меня, — я не хочу сегодня переносить совещание в третий раз, поэтому можешь отдать мне все бумаги и мы встретимся в следующую пятницу.
Я с удивлением смотрю на него. Может я показала себя с не очень хорошей стороны, раз он решил перенести нашу встречу?
— Я сейчас уезжаю в Вашингтон, поэтому не смогу вернуться раньше, а так мы бы встретились в понедельник или среду, но эти обстоятельства вовсе не позволяют.
Я выдохнула.
— Хорошо, — я улыбнулась и почувствовала, как краснеют мои щёки, поэтому опустила голову, делая вид, что что-то ищу в сумке, пока Кристофер рассматривал бумаги, что я дала ему в руки.
— Хорошо, хочу кое-что обсудить с тобой по быстрому, если ты сейчас можешь?
Я задумалась, к чему бы это могло быть?
— Да, конечно.
Мы идём по направлению к лифтам, где ещё множество сотрудников спешат из лифтов по пути на обеды в ближайшие кафе. Кристофер здоровается с половиной из них, наставляя на серьёзной работе и приятном аппетите. Он хватает кофе из рук секретарши, стоявшей поодаль от него и благодарит её.
Кристофер практически протолкал меня ближе к дверям лифту и о чем-то рассказывая мне, но я вовсе не могла его услышать.
И в этот момент двери лифта открываются и каре-зеленые глаза смотрят прямо в мои. Мое волнение просто не передать словами, поскольку после вчерашнего, что было у них дома, мы даже не разговаривали, да я и вообще не хочу заводить разговор о том, что между нами или хочу?
— О, Мэл! — восклицает Грэйсон, пролизавший сквозь людей, спеша ко мне с распростертыми объятиями.
Он сжал меня так крепко, что на секунду я забыла, как дышать.
— Да, привет, — отвечаю я, немного кашляя.
Люди постепенно рассасывались, кто-то уходил в лифт, кто-то расходился по сторонам по своим делам. Кристофер остался стоять неподалёку от нас троих. И, когда я украдкой замечаю Итана и то, как он спешит в нашу с Грэйсоном сторону, я начинаю незначительно нервничать.
— Почему ты не ответила на мои сообщения?
Мысленно бью себя по голове, что даже не думала их хотя бы прочитать.
— Не приставай к ней, — говорит Итан, становясь позади брата.
Сердце на секунду останавливается от его пристального взгляда, который так и прожигаете меня насквозь. Что они оба здесь делают? Не считая того факта, что они работают с этим журналом, раз меня наняли к ним фотографом, но что они делают здесь именно сегодня и именно сейчас? Взъерошенные чёрные волосы, зачёсанные неаккуратно на правую сторону, синие поношенные джинсы, белая футболка и кеды. В голове образуется каша из мыслей и все, что я могу из себя выдавить - это мычание.
— Я вовсе и не собирался, — Грэйсон поднимает руки вверх в знак защиты и немного отходит в сторону.
А я все так и смотрю на него, думая о том, чем унять свою нервозность, но моментально встряхиваю головой, чтобы попытаться собраться с мыслями. Сердце выстукивает бешеный ритм и от его взгляда потеют ладони. Господи, что со мной? Я все эти ощущения ощущая только с ним, да и впервые, как бы я не переставала говорить об этом.
— О, Мэлани, привет, — восклицает Итан, будто бы только сейчас замечает меня здесь.
Его голос низкий и грубоватый, и он так растекается в моей голове, что меня начинает раздражать то, как я реагирую на него.
— Привет, — бормочу я, — Рада вас видеть.
Думала, что смогу унять своё волнение, когда отведу взгляд от Итана, но все не так просто, даже, когда я чувствовала его взгляд на себе, я все равно думала только об этом.
— И я, — и он улыбается.
Боже, никогда бы не подумала, что буду тащиться от его улыбки. Что со мной происходит? Ещё вчера же все было нормально, и я не нервничала так сильно, как сейчас.
— То есть, — Грэйсон возвращается к нам и обнимает брата за плечи, — он хотел сказать, что МЫ рады тебя видеть.
Сразу видно, что Грэйсон не хочет оставаться в стороне и слава богу, что он не бросает меня с Итаном наедине.
Кристофер подходит к нам, поправляя воротник рубашки, а потом и улыбается. Но его улыбка не производит на меня огромного впечатления, даже, когда он выглядит лучше, чем Итан.
— Хорошо, что вы знакомы, — вставляет мистер Эйдриан, и одной рукой он лезет в задний карман брюк.
— А разве по-твоему не должны? — удивляется Грэйсон, продолжая обнимать брата.
— Как обычно складываются рабочие отношения, то нет. Я имею ввиду, что обычно сотрудники не знакомятся так близко.
— Мы были близко знакомы и до этой работы, Крис.
Итан все так же смотрит на меня, не думая его отводить и не замечая Грэйсона и Кристофера возле себя, поскольку они находятся к нему ближе, чем ко мне.
Эйдриан достаёт телефон из кармана, сказав нам троим, что нужно отойти на пару минут. И, когда он возвращается, начинает приводить себя в порядок.
— Было приятно увидиться, — протягивает Кристофер и смотрит на меня, — Лучше поговорим об этом в пятницу, Мэлани. Сейчас возможности не осталось, оставим на потом.
Кристофер отводит взгляд и смотрит на Итана, который улыбается, как Чеширский кот, с хмурыми бровями и горящими глазами, смотрящие на меня.
— До встречи, Мэлани, твой телефон у меня есть, — Кристофер в последний раз бросает взгляд на меня и уходит так быстро, что я не успеваю даже попрощаться.
Возможно, ему звонили по поводу поездки в Вашингтон или работы, но зачем я сейчас думаю об этом?
Я не сразу поняла, что в коридоре уже давно никого нет, кроме двух сотрудников около лифта и кофейного автомата, да и что между нами стоит тишина. Я просто чувствовала на кеде взгляд двух братьев, которые меня так и пожирали, пока я дергала себя за края рукава.
— Как дела? — нарушает тишину Итан. Чувствую он не просто так задал этот вопрос, наверно, специально, чтобы заставить меня нервничать, но я уже более менее успокоилась, поэтому могу ответить с легкостью.
— Хорошо.
Телефон издаёт звук, похожий на колокольчик, прежде чем я понимаю, что это пришло сообщение, наверно от мамы, поскольку я ей так вчера и не позвонила после того, как прилетела.
— Думаю, что сейчас бы нас не мешало расслабиться, — он скидывает руку брата с плеч и поправляет волосы. — Ты голодная?
Этот вопрос застал меня врасплох. Я даже не помню, чтобы я хоть что-нибудь съела по дороге сюда. Я даже не задумывалась об этом, пока он не спросил и мой желудок не ответил тем же.
— Я? Нет, нет вовсе нет.
Грэйсон кидает меня на растерзание тигра.
— Странно, мне кажется, что да.
Я набираю полную грудь воздуха и стараюсь не заикаться.
— К чему тебе это, Долан? Может я не хочу сейчас говорить об эт... — и он прерывает меня, заставая врасплох, когда обнимает одной рукой за талию, удивляя меня и Грэйсона.
— Что ты так возмущаешься? Я просто хотел пригласить тебя на завтрак или уже обед в ближайшее кафе, поскольку ты уж точно не ела ещё сегодня.
Грэйсон смотрит на своего брата, будто не понимая, что происходит между нами, как и я сама. Что изменилось в Итана Долане за эти короткие четыре дня? Ещё в пятницу он был стеснительным и скромным, а сейчас он дерзкий, настойчивый и игривый, я даже не знаю, почему это мне в нем нравиться.
— Какое тебе вообще дело до моего питания? — я возмущаюсь и поднимаю руки, чтобы упереться ими ему в грудь.
И когда я поднимаю на него глаза, он смотрит на меня, как ястреб: губы плотно сжатые, глаза слегка зажмуренные. Я — его жертва, а он — хищник, поймавший меня в свои крепкие руки.
— Никакого, я просто пытаюсь быть любезным, — Итан усмехнулся.
— Ну вот и не пытайся, потому что я все равно с тобой никуда не пойду, — я стараюсь выпутаться из его рук, но он лишь прижимает меня к себе ближе.
— Черт, Мэл, я хочу загладить вину за все обиды, а ты даже не хочешь находиться рядом со мной... — сказал Итан, немного ослабляя хватку, что даёт мне шанс увеличить между нами расстояние. — Тебе разве не понравилось?
На секунду я не поняла о чем он говорит, но потом до меня дошло, и я почувствовала, как мои щёки начинают краснеть.
— Ребят, — встрял Грэйсон, появляясь со стороны от нас, — вы не увлеклись? Итан, мы хотели ехать на...
— Езжай без меня, я догоню, — прервал Грэйсона брат, продолжая смотреть на меня.
Мысленно я умоляла Грэйсона не уходить. Конечно, он не принимал особого участия в разговоре, но все равно я хотела, чтобы он был рядом. Смотрю на него умоляющими глазами, но он на меня даже не смотрит. Что с ним? Сейчас он не такой как несколько минут назад, сейчас он угрюмый и какой-то обиженный? У этих парней что вообще? Эти дни?
— Ладно, — он медлит, — увидимся на пляже, — его глаза смотрят на меня, — возможно, до завтра, — он поворачивается, чтобы уйти, и я теряю его, когда он скрывается за дверьми выхода.
Я сдергиваю руки Итана с себя и собираюсь, как можно быстрее уйти от него, когда он нагоняет меня и хватает за руку.
— Постой, Мэл, — Итан разворачивает меня к себе лицом и пытается снова прижать к себе, но я не даю.
— Отстань от меня, — дерзко отвечаю я, снова пытаясь убрать его руки.
— Хватит убегать от меня, — отвечает Итан, я вижу, как он пытается держать себя в руках. — Я просто хотел пригласить тебя позавтракать, а ты даже и не ответила.
— Тогда я отвечаю сейчас, нет, спасибо!
— Что такого в том, чтобы поесть со мной?
— Да потому что я не хочу идти с тобой, — я начинаю брыкаться, но он сжимает мои руки сильнее. — Перестань преследовать уже меня!
— Я и не преследовал тебя, я просто хотел, чтобы ты пошла, поела со мной, и мы забыли бы все обиды...
— Обиды?
Главное не сорваться. Вдох, выдох, я спокойна.
— Ну, да все, что было между нами — закончилось, точнее все, что я сделал тебе.
— А что ты сделал?
Я знаю, что мы уже говорили об этом, но мне хотелось услышать, что он думает об этом, точнее, как он представляет себе то, что произошло между нами за все эти дни.
Итан прижал меня к себе за поясницу и так крепко, что мои кости готовы были сломаться. Мне нравилась наша близость и это меня отвлекало от серьезных разговоров. Он вечно отводил их в сторону, завлекая меня своей красотой и очарованием.
— Многое о чем жалею, — шепчет он, проводя рукой мне по лицу.
Мои колени дрожат и в момент, кажется, что я упаду.
— Мне нужна конкретность, Итан, я хочу слышать это.
Он сжимает ладонью мои предплечьях, пока я стараюсь не обращать внимания на то, как мне больно.
— Я повёл себя, как сукин сын, — бросает парень, ослабляя хватку. Чувствую, как расслабляются его руки.
— А конкретнее? — чувствую себя любопытным ребёнком, требующим конфету вместо супа на обед. Не знаю, возможно, Итан так и думал, но мне было сейчас важнее поскорее отсюда уйти.
— Я... разве я не сказал все вчера? — он отводит глаза в сторону, даже не имея малейшего шанса смотреть на меня со стороны, — Мэлани!
Все идёт быстрым ходом — я, как самый неуклюжий человек на планете спотыкаюсь о собственные ноги и практически падаю назад, когда Итан успевает дёрнуть меня за руку и снова прижать к себе. Сколько можно? Сумочка падает на пол и, наверно это слышали все, но для меня это было неважно, потому что сейчас мое сознание не хотело думать о других — оно думало, лишь обо мне и парне, который держит меня за руку и сильно обнимает.
Я не злилась на него, я все равно мечтаю об этих губах, руках и о всём теле, которое сейчас прижато ко мне. Да и потом, все что было между нами на выходных, кажутся мне сущим пустяком. Я просто тот человек, который умеет легко прощать.
Итан смотрит мне прямо в глаза, и я начинаю таять под напором этого настойчивого и прожигающего взгляда. Боже мой, впервые за столь короткое время, я и вправду захотела, чтобы этот парень — Итан Гранд Долан — поцеловал меня, как в первый раз, с той же страстью, как вчера в ванне, чтобы я могла себя чувствовать нужной.
— Хотя бы давай поговорим? Только не здесь... — Итан оглядывается по сторонам, перемещая свои руки на мои предплечья.
Я киваю, а что мне ещё остаётся?
— Я пойду, но только потому что я ужасно голодна.