2
Гриша сорвался с места прежде, чем Артём успел его остановить. Ноги сами несли его к выходу, расталкивая случайных прохожих. В голове пульсировала только одна мысль: «Пять лет. Пять лет тишины и её глаз в отражении этой маленькой девочки».
Он выскочил на парковку. Холодный воздух ударил в лицо, но Гриша не заметил его. Он увидел Алину у белого кроссовера. Она судорожно пыталась пристегнуть Машу в детское кресло, её руки заметно дрожали, ключи едва не выпадали из пальцев.
— Алина! — крикнул он, сокращая дистанцию.
Она вздрогнула, резко захлопнула заднюю дверь и обернулась, загораживая машину собой. В её глазах, обычно спокойных, сейчас плескалась неприкрытая ярость вперемешку со страхом.
— Не подходи, — процедила она. Голос её сорвался, но она быстро взяла себя в руки. — Не смей к нам подходить, Гриша.
— Это она? — он остановился в паре метров, тяжело дыша. Весь его пафос, статус самого востребованного рэпера страны, дорогие шмотки — всё это сейчас казалось шелухой. — Ей пять? Алина, посмотри на меня. Это ведь моя дочь?
Алина горько усмехнулась, поправляя выбившуюся светлую прядь.
— Твоя? — она сделала шаг вперед, переходя в атаку. — Ты вспомнил про «своё» спустя пять лет? Когда ты уходил, ты сказал, что не готов. Помнишь? Ты сказал, что дети — это балласт для твоей карьеры. Ну так поздравляю, Гриш, твоя карьера в зените. У тебя нет балласта. У тебя нет ничего, кроме твоих песен.
— Я был идиотом... — начал он, но она перебила его.
— Ты был трусом.
В этот момент стекло задней двери опустилось наполовину. Маленькая Маша, заинтересованная шумом, выглянула наружу.
— Мам? А кто этот дядя? — звонкий детский голос разрезал тишину парковки.
Гриша замер. Он смотрел на неё, и его будто прошило током. Зеленые глаза девочки смотрели на него с тем же любопытством, с которым он сам когда-то смотрел на мир. Его вырез глаз, его упрямая складка у губ. Но носик был аккуратным, как у Алины.
— Маш, сядь обратно, — быстро сказала Алина, не оборачиваясь.
— Он похож на меня, — вдруг серьезно сказала девочка, рассматривая Гришу. — Мам, смотри, у него глаза как у меня.
У Гриши перехватило горло. Он хотел что-то сказать, сделать шаг навстречу, но Алина резко нажала на кнопку блокировки дверей.
— Уезжай, Гриша. У тебя своя жизнь, у нас своя. Ира была права — тебе никогда нельзя было доверять. Если ты хоть раз попробуешь приблизиться к ней или использовать её лицо в своих сторис для хайпа — я тебя уничтожу, клянусь.
Она быстро села на водительское сиденье. Мотор взревел.
— Алина, подожди! Дай мне хотя бы номер! — крикнул Гриша, ударив ладонью по капоту от бессилия.
Машина резко сдала назад, а затем, взвизгнув шинами, рванула к выезду. Гриша стоял на пустом парковочном месте, глядя вслед удаляющимся красным огням фар.
Сзади подошел Артём и молча положил руку ему на плечо.
— Она не простит, Грих. Такое не прощают.
Гриша достал телефон. На заставке — фото с последнего концерта, тысячи фанатов. А перед глазами — одна маленькая девочка с зелеными глазами.
— Мне плевать на прощение, — хрипло ответил Гриша. — Я должен знать, как она жила все эти пять лет. Найди мне адрес Иры Петренко. Она точно знает, где они.
Продолжение следует...