3
Все что я буду писать дальше, про Иру, будет выдуманно.
В салоне Гришиного «Гелендвагена» стояла мертвая тишина. Гриша сжимал руль так сильно, что костяшки пальцев побелели. Перед глазами всё еще стоял образ Маши — маленькой, живой и такой пугающе похожей на него самого.
— Адрес Иры, Тём. Живо, — повторил Гриша, не оборачиваясь.
Артём тяжело вздохнул и откинулся на кожаное сиденье.
— Грих, ты понимаешь, что просишь? Мы с Ирой разошлись три года назад. И разошлись, мягко говоря, не на дружеской ноте. Она заблокировала меня везде, где только можно.
Гриша резко повернул голову. Его взгляд был безумным.
— Она единственная, кто был с Алиной всё это время. Пока я тусовался, записывал фиты и думал, что «не готов», Ира была там. Она видела, как росла моя дочь. Если ты не дашь мне способ выйти на неё, я переверну всю Москву, но найду её сам.
Артём выудил из кармана телефон.
— Я знаю, где она работает. Открыла свою студию груминга где-то на Пресне. Но предупреждаю: Ира тебя не просто ненавидит. Для неё ты — главный злодей в истории её лучшей подруги. А учитывая, что я тогда был на твоей стороне и оправдывал твоё «исчезновение»... нам обоим там не рады.
— Погнали, — коротко бросил Гриша и вдавил педаль газа.
Спустя полчаса они стояли перед уютной вывеской «Pet Style». Через панорамное окно было видно Иру — она всё так же носила короткую стрижку, только теперь выглядела увереннее и строже. Она как раз расчёсывала какого-то шпица, когда колокольчик над дверью звякнул.
Ира подняла голову, и её лицо мгновенно окаменело.
— Вон, — просто сказала она, не дожидаясь, пока они поздороваются.
— Ир, привет... — начал Артём, но она прервала его взмахом ножниц.
— Тём, я тебе еще три года назад сказала: если я увижу твоего дружка или тебя рядом со своим заведением, я вызову полицию. А если это касается Алины — то и что-нибудь потяжелее.
Гриша сделал шаг вперед, снимая темные очки.
— Я видел их сегодня. В центре. Машу видел.
Ира замерла. Её взгляд на секунду стал сочувствующим, но тут же снова наполнился ядом. Она отставила собаку в сторону и вышла из-за стойки.
— Видел? И как тебе? Красивая девочка, правда? Твои глаза, твоя упрямая челюсть. Только вот она не знает, что её папаша — Og Buda. Она думает, что её папа — герой, который погиб где-то в экспедиции. Потому что Алина не смогла сказать правду. Не смогла сказать, что отец просто струсил.
— Ира, я хочу всё исправить, — хрипло произнес Гриша.
— Исправить? — Ира подошла вплотную к Грише, игнорируя Артёма, который пытался не отсвечивать у двери. — Пять лет, Гриш. Пять лет Алина работала на двух работах, пока я сидела с Машей. Пять лет она не спала ночами, когда у мелкой резались зубы или поднималась температура под сорок. Где был ты со своими миллионами и концертами? Ты хоть раз позвонил?
— Я не знал, что она её оставила... — Гриша опустил голову.
— Ложь! — выкрикнула Ира. — Ты просто не хотел знать. Тебе было удобно думать, что она «решила проблему». А теперь ты увидел, что «проблема» выросла в очаровательную девчонку, и у тебя проснулись чувства?
Артём не выдержал и сделал шаг вперед:
— Ир, ну хватит. Он реально в шоке. Он хочет помочь.
Ира перевела взгляд на бывшего.
— Помочь? Деньгами? Ей не нужны его грязные деньги. У Алины своя кондитерская, она сама справляется. Всё, что ей нужно от вас — чтобы вы исчезли. Навсегда. Так же, как исчезли пять лет назад.
— Я не исчезну, — Гриша посмотрел Ире прямо в глаза. — Покажи мне, где они живут. Я не буду лезть к Маше сейчас. Я просто хочу поговорить с Алиной нормально.
Ира усмехнулась и скрестила руки на груди.
— Нормально? После того, как она увидела тебя сегодня и три часа проплакала в туалете, пока Маша рисовала тебе «дядю с зелеными глазами»? Уходи, Гриша. И ты, Артём, проваливай. Адреса не будет.
Ира развернулась, чтобы уйти, но Гриша тихо добавил:
— Она ведь до сих пор хранит тот мой старый худи, в котором уехала из моей квартиры?
Ира на секунду замешкалась. Это было попадание в цель. Алина действительно не смогла выбросить ту единственную вещь.
— Если ты сделаешь ей больно еще раз, Ляхов, я тебя сама закопаю, — не оборачиваясь, бросила Ира. — Ждите на улице. Я напишу ей. Если она разрешит — скину локацию. Но не надейся на теплый прием.
Когда они вышли, Артём нервно закурил.
— Жесткая она стала.
— Она защищает свою семью, — Гриша смотрел на свои руки. — А я свою — разрушил.
Спустя десять минут на телефон Артёма пришло сообщение с геопозицией. И подпись: «Она будет у старой детской площадки в парке через час. Маша у моей мамы. Это твой единственный шанс, Гриша. Не просри его».
Продолжение следует...