Глава 40
Зия чувствовала сильную усталость. Ее руки и ноги уже несколько часов настойчиво ныли, будто крича о пощаде. Девушка никак не хотела терять ни минуты, но после того, как Маркус первый выдвинул желание передохнуть, она сдалась и с большим согласием уронила рюкзак на землю.
Сбежать из логова Белого Ворона оказалось очень просто лишь потому, что Зия с великим удовольствием дала Маркусу право высадить их вдалеке от дома с помощью портала. Испытывать судьбу на сей раз особо никто не рвался. Хотя они и использовали телепорт каждые полчаса, тело все равно уставало от прыжков. Маркус брал достаточно приличные расстояния, от чего уставал сам в первую очередь.
— Откуда ты их взял? — Зия смотрит на буханку хлеба и несколько яблок, которые Маркус достает из рюкзака. Странно, но при побеге ее не особо волновало, что и где берет Волт. Ей просто хотелось уже свалить.
— Джуд собирала, — отвечает парень, слегка улыбаясь.
— Не волнуйся, я их уже пробовала, они не ядовитые, — уверяет Джуд, демонстративно кусая фрукт с сочным хрустом.
— Доверять еде от Эрика, конечно, так себе идейка, — она все же оставляет эту затею и просто откидывается спиной к дереву. Маркусу все равно, и он, доверившись словам Джуд, начинает есть.
Фитц тоже решил прилечь.
Спустя полчаса они продолжили свой путь. Хоть Джуд и намекала, что стоило бы отдохнуть чуть дольше, Зия никак не хотела поднимать эту тему. Она понимала их усталость, у самой вон ноги чуть не отваливаются, но голос в голове нагнетал, говоря, что время идет.
Маркус в очередной раз открыл портал, впуская всех, и тут же послышалось, как чья-то туша падает на землю.
— Маркус! — взволнованно тянется к парню Джуд. Тот скулит, сжимаясь всем телом, и Зия чувствует, как в груди начинает собираться комок совести. Это она виновата.
— Мне кажется, я переоценил свои силы, — не смотря на свое положение, умудряется хмыкнуть Волт, — Давно я так долго не прыгал.
Джуд поднимает на подругу взгляд, полный упрека.
— Довольна? Хотя бы так пощадишь его и позволишь отдохнуть?
— Джуд! — пытается заткнуть ее Фитц, но та не унимается, строя гримасу, мол, «и что я не так сказала?».
— Простите, — мнется Зия, наблюдая, как Маркус еле встает при помощи Джуд и Фитца. Она не выдерживает и идет в сторону, игнорируя, что ее зовет рыцарь.
— Вот стоило тебе говорить ей это в лицо? — цокнул на сестру Фитц, сажая Маркуса спиной к дереву.
— Стоило, — сразу отвечает та, не выдавая ни капли сомнений, — Она не маленькая девочка, должна знать, что мы не обязаны следовать ее прихотям всегда и везде. У нас тоже есть слабости.
Это было последнее, что успела уловить Зия, прежде чем с тихим всхлипом прикрыть ладонью рот и опуститься на землю. Не хотелось, чтобы ее плач был слышен, хотя она и была уверена, что именно в этом ее и подозревали друзья.
Взявшись за ствол дерева, Зия села, скрываясь за ним, пытаясь как можно сильнее быть незаметной. Слезы лились рекой. Все это время она держалась, чтобы не заплакать, а сейчас, из-за одной правды, сказанной в лицо, ее начали душить собственные мысли о своей никчемности. Джуд права. Зия виновата во многом. Хоть она и не сказала это вот так, но контекст понял каждый: девушка слишком требовательна не только к себе, но и к остальным. Маркус не так хорош в телепортации, чтобы долго перемещаться и перемещать с собой нескольких человек. А Зия, решив, что время идет, заставила его достичь своего максимума.
Всхлипывая, она не могла унять дрожь в теле. Сзади еще слышалось, как троица о чем-то говорит, но разобрать, что именно, Зия не могла. Она отбежала достаточно далеко, чтобы ее не нашли так быстро. И чтобы не слышали тоже.
В какой-то момент этой истерики девушка начала перебирать воспоминания. Было странно думать о них и помнить все это, но в то же время удивляться тому, что помнишь. Всего несколько часов назад она не знала ничего о своем детстве в Абелии, а сейчас видит все картинки у себя в голове, точно зная, что это было на самом деле.
Внезапно Зия задалась вопросом, а что же такого она видела в лаборатории Джеймса, что тот был вынужден забрать ее воспоминания? Ответ пришел сам, словно девушка знала это всегда.
Джеймс искал способ, как выявить у Амили силу. Да. У нее не было способности Рикардо. Даже если и были белые волосы и необычные серые глаза, молнии, как у Филлипа, создавала на публике не она, а император, чтобы не опозорить дочь. Амили жила нормальной жизнью, пока Джеймсу не пришлось приступить к данного рода исследованиям. Она пила таблетки, которые он создавал, и чувствовала себя все ужасней и ужасней с каждым рассветом. Единственными, кто знал о том, чего хотел Джеймс от экспериментов, были старшие члены семей Вэйлер и Рикардо. Они поддерживали данную идею лишь потому, что Амили сама была согласна на все это. Ни горничные, ни Лукас с Зией, ни Рован ничего не знали. Пока Зия не пробралась в лабораторию и случайно не подслушала разговор Джеймса и Оливера.
«Ты убьешь ее этими препаратами!» — крикнул посреди диалога Оливер, скидывая пустую металлическую чашу со стола.
«Она этого хочет, а я выполняю, — на удивление спокойно ответил Джеймс, — Вы просто не знаете причину, почему она так желает обрести силу».
«Так расскажи».
Они еще долго спорили, но Джеймс так ничего и не рассказал. Он не хотел сломать сердце родителей, как своих, так и Амили, информацией, что Белый Ворон охотится вовсе не за Филлипом, а за его дочерью, думая, что она такая же способная. Эрик мог поставить на кон и жизнь Зии, как наследница Рикардо, но Амили напрочь отказалась это делать. Она выбрала себя в качестве жертвы. Джеймс долго плакал, рассказывая этот секрет дочке, когда застал ее в укромном уголке своего кабинета. Было понятно, что он больше не может выдержать эту боль в себе. Ему хотелось разделить ее с кем-то, и этим «кто-то» стала, грубо говоря, виновница торжества. Зия наивно верила в слова отца, когда он прижал ее к себе, поцеловал в голову, шепча фразу «все будет хорошо, обещаю» еле слышным шепотом. Но она совсем скоро даже не помнила, как попала в этот уголок. Джеймс выговорился и забрал воспоминания. Ребенка было легче обмануть, нежели взрослого.
Часто Зия слышала плач из комнаты родителей, когда прижималась к двери ухом. Чаще всего всхлипы принадлежали Амили, но редко плакал и Джеймс. Эта безысходность убивала.
Джеймс часто уходил куда-то посреди ночи, а возвращался под утро, чтобы его отсутствие никто не заметил. Единственным человеком, кроме Амили, кто об этом знал, была Зия. Она прекрасно понимала: отец либо ушел в лабораторию, либо на переговоры с Эриком.
Но она все забыла.
Ночь, когда Джеймс наконец устроил поджог, стала решающей. Мужчина уже тогда очень мало что помнил о днях, проведенных за созданием лекарств, но все же последовал своим записям и лишил воспоминаний Зию и Амили. Зию — для того, чтобы она не проговорилась, Амили — чтобы не стала слишком страдать по родным.
Девушка вспомнила момент своего падения, как пальцы отца жмутся к ее руке, как память потихоньку покидает ее детскую голову. Она не готова была к такому, но и не могла обвинять кого-то.
Сейчас, вспоминая те дни, Зие хочется заплакать. Все были так счастливы, когда солнце светило днем, и так страдали, когда поднималась луна. Зия сомневается, что станет от этого ненавидеть ночь, ведь точно знает, что вина тут вовсе не в ней. В Эрике. В Белом Вороне. Вот в ком.
Зия до сих пор не понимает, как Джеймс стер собственные воспоминания об исследованиях. Ведь не сделай он этого, Эрик бы уже давно, наверное, сделал из Амили терминатора-убийцу и покончил с Абелией. Но этого не произошло. Джеймс явно сильно постарался.
— Какая же я дура… — тихо ругает себя Зия, сжимаясь. Слезы еще текли, из-за этого голова начала болеть. Казалось, что страдать по тому, что было аж несколько лет назад, не придется, но все оказалось намного сложнее. Эту истерику девушка сдерживала всю дорогу, отвлекаясь на боль в теле, чтобы игнорировать ту, что в душе. Пытаясь успокоить себя, она заставила друга упасть без сил. И как после этого смотреть Маркусу в глаза?
— Тш-ш, никаких резких движений, крошка.
Зия замирает, когда над ухом слышится знакомый голос, а рот закрывают ладонью. Она уже хотела пойти против приказа, но остановил нож у горла.
— Вот так, хорошая девочка.
Девушка всхлипывает. И снова она в ловушке.
— Ну-ну, не плачь, — Николас гладит ее по волосам, — Я пришел с хорошими новостями.
Зия резко ударяет его головой в нос и, высвободившись, встает, отходя в сторону. Его мерзкие руки не знают никаких границ.
— Ожидал, что так будет еще в самом начале, — сообщает Николас, усмехаясь, — Но, видимо, воспоминания вернулись, а вместе с ними и твоя слабость.
— Можешь сколько угодно болтать, — фыркает Зия, хотя внутри задается вопросом, как он понял, что память к ней вернулась.
Николас улыбается.
— Я привел к тебе твоих друзей. Они очень сильно хотят тебя увидеть, — он встает и поднимает руки, словно устраивает какой-то праздник, — Если угадаешь, кто это, выполню любое желание.
Зия сжимает рукоять кинжала в ножнах. Мужчина может обманывать ее, но с другой стороны, вряд ли это так. Николас не был похож на того, кто всецело покорился Эрику. У него могли быть свои планы насчет Зии.
Еле взвесив за и против, она одарила его холодным взглядом, направив на него нож. При этом она обещала себе следующее: если будет хоть капля подозрений, что он ее обманывает, она пырнет его без всяких раздумий.
— Веди меня.
— Даже не попытаешься угадать?
— Закрой рот и веди.
Николас разводит руками, мол, ладно, молчу, и идет мимо девушки, в противоположную от того места, где разбили лагерь ребята, сторону.
Следуя за ним, Зия обдумывала, кто же это может быть. Какая-то часть ее надеялась, что это Лукас, но другая уж слишком была против этого. Девушка не особо хотела, чтобы Николас смог стать сопроводителем ее брата. То, что тот мог бы ему довериться, вызывало толику ужаса. «Нет, — останавливает саму себя Зия, — Лукас не такой глупый. Он бы все понял».
Девушка отвлеклась от своих мыслей, когда Николас постучал по ее плечу, указывая рукой вперед. Взгляд Зии метнулся к двум блондинам, сидевшим в пяти метрах от них. Оба выглядели уставшими, но спать явно не собирались. Они ждали. И Зия поняла, кого именно.
Николас свистит, заставляя обоих подростков взглянуть на себя.
— Я привел ее, как обещал!
Макс и Мари поднимаются с места, смотря на Зию. Они будто не верят, что это действительно она. Сама девушка тоже еле верила, что увидела именно их. Почему-то их она ожидала чуть ли не в последнюю очередь.
Стоя на месте, Зия не поддавалась желанию побежать и обнять друзей. Николас еще перед ней, она не станет разворачиваться к нему спиной.
Словно услышав ее мысли, Мари первая кинулась к Зие и крепко обняла. В этих объятиях таилась сильная тоска. Девушка сразу почувствовала, как приятное тепло расплывается по всей груди.
— Ты цела… — с радостью шепчет Мари, выпуская подругу.
— Конечно, — улыбается Зия, — Пока не прикончу Эрика, мне нельзя сдаваться.
— А вот это хорошие мысли, — вклинивается Макс, улыбаясь уголками губ. Зия фыркает и обнимает его тоже. Блондин не держит ее долго, но смотрит с такой теплотой, что Зия уверена: он на нее не злиться. Не злиться, что она ранила его отца, не злиться, что сбежала, ничего не сказав. Как бы то ни было, именно Максу она была обязана за ту поддержку на дебютном балу, Доктрине и тренировках. Макс всегда читал ее эмоции и, если это были нужно, поддерживал парой слов.
— Как там Дерек? — через страх спрашивает Зия, отойдя на пару шагов, чтобы лушче видеть обоих друзей.
Макс ухмыляется.
— Тренируется, как сумасшедший, все солдаты в шоке. То, что ты сожгла ему руку, совершенно не дало ему повода жалеть себя.
Зия почувствовала, как внутри что-то трескается. Они все знают. Знают, что она владеет пирокинезом. Знают ее хоть и не такой скрытый, но секрет. «Ну а что ты думала? — говорит сама себе она, — Сейчас, наверное, вся Абелия знает об этом. Не ожидала, что Филлип не удержит все в себе? Глупая». Она смеялась сама над собой.
— Зия, не стоит от нас ничего таить, — Мари кладет руку на плечо подруги, глядя с ноткой просьбы, — Николас все нам рассказал, и мы…
— Николас? — закипает девушка, оборачиваясь на мужчину, — О, ну да, почему я удивляюсь? Ты ведь и в это свой нос должен был успеть сунуть!
— То, что ты пережила, несправедливо, — если бы Зия не знала его настоящего, она бы поверила в то, что он говорит искренне, — Я хотел лишь помочь.
Зия поднимает кинжал прямо на него.
— Колин, тебе стоит сейчас же признаться, что ты мне вовсе не друг и даже не союзник. Вы с Чадом сдали нас Эрику, после чего ты убил Чада и забрал всю награду себе.
Николас широко открывает глаза и поднимает брови так, что они готовы слететь с лица.
— Меня оклеветали! Я полностью на твоей стороне, Зия!
Слышать его речь без издевательского «крошка» или «ваше высочество» было не очень-то привычно, но Зия этому была только рада.
— Зия, — раздается сзади голос Мари, — Я прочла все его мысли. Он не врет. И вас он не сдавал.
— Он телепат, если ты не заметила, — грубее, чем хотелось бы, сообщает Зия.
— Но я не чувствую от него эмоций, что он врет, — подхватывает защиту Николаса Макс, сводя брови вместе, — Даже сейчас, пока вы спорили, на ту, кто сомневается в собственных словах, была похожа только ты.
А вот как идти против такого факта, Зия не знала. Мари можно было как-то обмануть, не показав или скрыв некоторые воспоминания, а вот Макса… Зия сомневалась, что Николас способен искажать свои или чужие эмоции.
Но даже несмотря на это, Зия продолжила стоять на своем.
— Я видела, как он с насмешкой обходится со мной и с другими. Одна из мятежников, которые меня охраняли, рассказала мне, что именно он привез нас к Эрику.
— Ты видела, чтобы он с вами дрался? — пытливым взглядом смотрит Мари. Зие не остается ничего, кроме как отрицательно покачать головой. Эванс права: Зия не видела ничего сама. Ей рассказали, — Нельзя верить всем, особенно тем, кто держит тебя в заложниках. Николас не может быть предателем, он служит Оливеру. Он служит Клевердэйлу.
Зия удивленно дергается и ловит на себе взгляд Макса.
— Ты не знала, что он из королевской стражи?
— Он… что?
— Она мало чем интересовалась, ее беспокоило только то, как бы убить Эрика, — с толикой грусти вздыхает Николас.
Зия сжимает клинок.
— Не стоит врать на каждом вдохе. Вредно для здоровья.
— И чем же?
— Я могу даже не моргнуть и сломать тебе что угодно, хоть хребет.
— Ты слишком груба, — Макс кладет руку на второе плечо Зии, — Мы понимаем твое беспокойство, но, я тебя уверяю, Нику можно доверять.
Нику. Джуд обращалась к нему так же.
Зия, не став погружаться в эту пучину споров насчет доверия и неприязни, повернулась к друзьям, взяв обоих за руки. Сейчас, когда воспоминания к ней вернулись, она чувствовала гораздо больше привязанности к ним. Они вместе провели детство, выросли рядом друг с другом, могла ли она не ощущать эту дружескую любовь к ним?
— Вы лучше скажите мне, с какой целью пришли сюда? — она обеспокоенно смотрела на обоих, — В то, что вы просто соскучились, я не поверю, знайте.
Макс ехидно хмыкает, пока Мари перебирает пальцы.
— Нас прислал Оливер, — лицо парня стало серьезнее, когда Эванс начала объяснять все, — Он знал, что Эрик не оставит вас просто так. До него обязательно дойдет информация, что вы сбежали. Так сказал король.
Зия глубоко вдыхает.
— И что же предлагает мой дедушка?
— Он хочет, чтобы вы вернулись и сдались Филлипу.
— Даже не буду рассматривать это предложение.
— Но так вы сможете вернуться домой! — вклинивается Макс, — Филлип Рикардо обещал, что не станет вас убивать.
Зия презрительно фыркает.
— И зачем ему я? Он сам бросил меня в темницу, словно собирался оставить там навсегда.
Мари качает головой.
— Император не хочет, чтобы ты была на стороне Эрика. Зия, прошу, одумайся.
Зия отпускает руки друзей и с сожалением смотрит им в глаза. Мари и вправду выглядела так, будто ее возвращение решит много проблем. Но сама Вэйлер в это не верила. Она держала путь в Абелию только для того, чтобы предупредить о предстоящей войне с Берхард, но никак не затем, чтобы снова потакать Филлипу. Он показал, что Зия ему нужна лишь в качестве добросовестной императрицы, а она такой не была. Увы.
Вдруг, Зия почувствовала что-то странное в груди. Ее мысли насчет того, что идея сдаться Филлипу — полный абсурд, стали искажаться. Почему-то в груди заиграла другая мелодия, другие краски. Теперь девушку тянуло домой намного сильнее.
Вдохнув воздух, Зия попыталась избавиться от этого, но не смогла. И тут же она поняла. Меняются не ее мысли. Меняются ее эмоции, чувства. Она резко повернулась к Максу.
— Не думала, что ты так подло будешь манипулировать моими чувствами.
Но Макс удивленно раскрыл глаза, явно намекая, что он и не пытался.
— Я ничего не делал, — сообщает он, и Зия понимает, что он прав. У него не такой уровень эмпатии, он умеет только читать эмоции, а не менять их.
Зия обернулась на Николаса. Тот улыбался так широко, словно получил бесценный подарок.
— Ты… — кряхтит Зия, смотря в его зеленые глаза. Он не только телепат. Не будь девушка сейчас в его ловушке, оценила бы этот трюк, как нечто умное.
Макс закрывает собой Мари и Зию.
— Николас, — сквозь зубы цедит он, — Прекрати это.
— Больше нет смысла скрываться, — с усмешкой отвечает тот, — Я узнал все, что мне было нужно, и добился доверия и почета перед королем. Стоит всего лишь угомонить вас троих, и мой план сработает на ура. Даже Эрик не покажется мне помехой.
— Уж кого угодно, но человека с той же силой, что у тебя, ты вряд ли сможешь подчинить себе, — ухмыляется Макс. Зия знала, к чему ведет Дариан, но очень сомневалась, что он так в себе уверен.
Николас хохочет, поднимая руку в сторону Макса.
— Бедный мальчик, до сих пор слепо верит в сказки матери, что эмпат эмпату не соперник, — Макс хватается за сердце, — Тебе говорили подобное, чтобы с родителями не спорил. Ну, скажи спасибо, что я открыл тебе глаза.
Зия бросилась вперед Николаса и, схватив его за затылок, нагнула, ударяя коленом в живот. Удар был несильный, но этого хватило, чтобы мужчина потерял контроль над Максом. Достав ножи, Макс и Зия встали перед Мари. Эванс была обучена, как настоящая дочь графа, поэтому особых владений оружием у нее не было. Зато информацию запоминает, как никто другой!
Николас хмыкнул.
— Меня не так обучали, чтобы с детьми…
Он не успел договорить. Зия кинулась первой и замахнулась, пытаясь задеть его клинком, но тут же была перехвачена. Лезвие вошло в предплечье мужчины, но он успел поймать Зию и повернуть к себе спиной.
— Еще одно движение, и я перережу ей глотку, — Николас довольно смеется, прижимая кинжал к горлу Зии.
— Зия… — шепчет Макс, но та отрицательно качает головой. Не получится. У Николаса с самого начала было больше шансов на выигрыш.
— Хорошая девочка, хорошая, — Колинс проводит рукой по щеке Зии и целует ее в макушку, после чего резко хватает за волосы, дергая назад, — Кто бы мог подумать, что раньше Эрика Берхарда ты сдашься мне.
— Я не собираюсь тебе подчиняться… — сквозь боль рычит Зия.
— Уж поверь, под моим давлением ты не то что почувствуешь, что я твой друг, ты меня и полюбить успеешь.
Зия втянула воздух, сжимая веки. Нет. В груди снова что-то сжалось, и она почувствовала странный жар.
Макс дергается, округляя глаза.
— Не смей!
— И что ты мне сделаешь, будущий герцог? Убьешь? — смеется Николас, продолжая давить на Зию, — Через пару минут она станет моей пешкой, и ваши родители найдут вас в виде горелого пепла.
— Николас, мы можем пойти на компромисс, — Мари осторожно выставляет руку, двигаясь ближе, но не сильно, чтобы суметь избежать опасности, — Я могу обещать тебе свободу, если отступишь сейчас.
Николас выдает смешок.
— С монстрами нельзя договориться. Они идут до конца.
Зия задрожала, чувствуя, как же быстро меняются ее эмоции. Несколько минут назад она готова была обнимать Макса и Мари от радости, что они живы, но сейчас же она начала питать к ним неприязнь. И догадаться было совсем не трудно: Колин хочет, чтобы она убила своих же друзей. В голову ударила идея.
— Выпусти меня, — кряхтит она, поднимая руки, в которых уже начал загораться огонь.
— Ну уж нет.
Девушка невольно опускает ладони. Нет, она не в силах противостоять Николасу. Он слишком хорошо знает, что делать. Новая эмоция поглотила Зию с головы до ног. Кажется, Николас ей начал казаться не таким уж и плохим.
— Зия, не слушай его!
— Ничего не выйдет, маленький Дариан, — улыбается Николас, выпуская Зию, — Она уже полностью в моей власти.
* * *
Фитц готов был поклясться: его сердце все сильнее сжималось, пока он шел до этого места. Его тело автоматически бросилось в сторону знакомых людей, стоящих в десяти метрах от него. Самое страшное было осознавать, что в руках мускулистого мужчины он видел дрожащую Зию.
— Зия! Приди в себя, за что тебе злиться на нас? — Макс закрывает собой Мари, пятясь назад, пока девушка холодным взглядом смотрит на них. Фитцу все было слышно. Он увидел, как лицо Зии исказилось, изображая смятение.
— Не слушай их, — кричит сзади нее Николас, подняв руку, — Разве не из-за его отца ты видишь кошмары, виня саму себя?
Зия тут же стала уверенней.
Макс напрягся.
— Я ни капли не виню тебя, Зия. Это не твоя вина, что ты родилась с пирокинезом.
— Но в Абелии считают иначе, — отвечает вместо девушки Колинс, — Берхард — монстры, говорят они.
Фитц еле уловил момент, когда пламя в ладонях Зии загорелось сильнее.
— Зия… — попыталась сказать что-то Мари, но ее перебили.
— Довольно, — стальным тоном говорит Николас и обращается уже к Зие, — Из-за них у тебя столько страданий. Спаси Абелию от таких людей. Убей их.
Макс и Мари стали бежать, уже, кажется, не надеясь на спасение. Зия уверенно подняла руки, создавая огненный шар побольше. В ее лице не читалось ничего, кроме холода.
Впервые Фитц видел в ней такую пустоту.
— Зия!
Девушка не поворачивается на зов Фитца. Он, увидев, как быстро летит шар, бросается впереди Макса и Мари, закрывая их спиной.
Спину жжет.
Парень с немощным криком падает на землю, чувствуя, как горит кожа. Перед глазами все расплывается. Фитц осознает, что вот-вот отключится. И прямо перед этим он видит только одно: Зия смотрит на него холодными, как никогда, глазами, пока вокруг происходит нечто странное. Людей, почему-то, больше, чем должно было быть.