Глава 39
Зия смотрела на ручку двери, к которой они шли минут десять, чтобы быть тише и не попасться никому в глаза. Из комнаты не доносилось ничего, кроме тишины. Она царила везде в этом доме, так как все будто отключились, ожидая, пока солнце снова не взойдет. Зия не могла сказать, что все пошли спать, ибо верилось в это очень смутно.
Маркус выполнил просьбу Фитца и узнал, что Эрик спит в разное время, поэтому угадать его расписание очень трудно. Это стало маленькой, — ага, маленькой, примерно размером с гору Эверест, — проблемой, из-за которой нужно было постоянно смотреть по сторонам. Такая осторожность не давала быстро все закончить.
Почувствовав толчок в плечо, Зия расправила плечи и выставила руку, пытаясь создать портал. Скоро появилось фиолетовое свечение, и они с Фитцем за пару мгновений оказались внутри комнаты.
Темно. Зия почему-то ожидала увидеть, как Джеймс сидит за столом и что-то пишет, — такое уж представление о нем сложилось за эти месяцы, — но он лежал на кровати и тихо храпел. Пройдя ближе, Зия не заметила, чтобы рядом с ним была Амили. Это хоть и было странно, но уменьшало риск быть пойманными.
Девушка обернулась на Фитца и, словив его кивок, снова повернулась к Джеймсу и потянулась к нему рукой. Им нельзя разговаривать, лишний шум все испортит.
Боясь, что разбудит, она все же дотронулась до отца и прикрыла веки. Спустя пару секунд она почувствовала какие-то странные, но довольно знакомые покалывания на подушечках пальцев, а в голове заиграл красный свет. Так происходило всегда, когда Зия копировала способность.
Девушка остерегалась, что вторая способность Джеймса, то есть пирокинез, будет тоже тянуться к ней, но, видимо, то, что у Зии он и так есть сыграло важную роль, и телепатию легко удалось скопировать.
Зия не знала, сможет ли прочитать мысли Фитца, не касаясь его, как это умел делать Оливер, поэтому даже не попробовала, а сразу взяла его за руку.
«Сначала разбудить или попытаться найти что-то в голове?» — спрашивает она.
«Не думаю, что он не проснется, когда почувствует твое присутствие в своем сознании», — задумчиво отвечает парень, на что девушка согласно кивает. Чужое нахождение в твоей голове ощущалось не так сильно, но все же давало о себе знать.
«Надо его разбудить».
С этими мыслями девушка аккуратно похлопала Джеймса по плечу. Ощущалось это так, словно она будила его, как в обычные дни. Но этих дней, к сожалению, никто из них двоих не помнил.
— Пап, — зовет его Зия, поняв, что так быстро отец не проснется, — Пап, вставай, к тебе твоя дочь пришла.
Джеймс открыл глаза. Кажется, способ разбудить его «невозможной» новостью сработал.
— Что?.. — он вглядывается в лицо девушки и тут же охает, — Опять ты!
Зия испуганно затыкает ему рот.
— Тише! — шипит она, на что тот хмурится. Конечно, кто так легко послушает ту, кого вообще не знает, — Джеймс Вэйлер, прошу вас, выслушайте меня.
Мужчина скептически посмотрел на руку девушки, Зия поняла намек и убрала ладонь.
Джеймс еще немного помолчал, смеряя взглядом то Зию, то Фитца. Девушка так и видела в его глазах просьбу оставить его в покое.
— Пап, — не выдерживает такой долгой игры в переглядки Зия и смотрит на него с просьбой, — пожалуйста, хватит молчать.
Джеймс хмурится.
— Я не твой отец.
— Нет, ты — мой самый родной отец, самый настоящий. А Амили — моя мама. И я пришла сюда, чтобы напомнить тебе обо всем, что между нами было.
Мужчина качает головой.
— Мне жаль, но ты меня с кем-то путаешь. У тебя даже волосы черные.
Зия цокнула. Сколько раз она уже успела пожалеть и поблагодарить себя за то, что покрасила их?
— Пап, они крашенные. На самом деле у меня есть способность Рикардо, как у мамы, — решив доказать свои слова, Зия дотронулась до Фитца, исчезла и снова появилась. Джеймс был удивлен, — Я могу копировать силу другого человека.
— Это… это невозможно, меня ненавидят Рикардо и Вэйлер за то, что я женился на Амили, — мужчина хватает себя за волосы, — Нас с ней пытались убить прямо в пожаре, если бы не Эрик…
Зия нервно вдыхает воздух. Боже, Эрик так много наврал ему и изменил в его голове. В какой-то момент даже показалось, что она не сможет это исправить, но девушка быстро оттолкнула эту мысль, взяв себя в руки. Нельзя сдаваться на полпути. Джеймс не пытается их сдать Эрику, уже хорошо.
Взяв Фитца, Зия показала его Джеймсу.
— Помнишь его? Тот мальчик, которого Лукас, твой сын, привел к нам домой, упрашивая оставить его и его сестру у нас, — она надеялась, что такие мелочи Эрик оставил или хотя бы упустил.
Но Джеймс выглядел растерянно.
— Не понимаю, о чем ты.
— Господин Вэйлер, а что вы помните? Как именно Вэйлер и Рикардо проявляли к вам ненависть? — вклинился Фитц, заставляя мужчину смотреть на себя.
— Я… я, если честно, мало что помню… я даже лица вижу размытыми.
— Может, вы просто забыли их за эти несколько лет?
— Нет. Я не помнил их даже в первый день, когда Белый Ворон нас спас, — Джеймс потирает лоб, — Я помню обрывки диалогов и моментов с людьми, чьи имена даже не знаю. Но вот моментов с теми, чьи имена я знаю, я не помню. Только… только Амили, и все.
— Пап, — Зия отказывалась оставить эту форму обращения, как бы Джеймс шокировано на нее ни смотрел, — Ты помнишь очень мало, но веришь, что Эрик говорит тебе только правду?
— Я не верю ему настолько, — качает головой тот, — Но он спас меня.
— Он — человек, заставивший тебя поверить в то, чего на самом деле не было, и забыть то, что было, — девушка берет его за руку и кладет в ладонь зеленый блокнот, — Мы нашли это в твоей лаборатории, а рядом — записку с цифрами. Из слов под тем номером, который ты написал, получилось несколько предложений. Можешь прочитать и их, — она отдает ему тот заветный листок.
Джеймс читает и моментами уголки его губ дергаются. Зия знает, он не может поспорить, что все это писал он, ибо почерк с помощью телепатии или лишения воспоминаний нельзя исправить.
В конце концов, Джеймс закончил изучение собственных записей и поднял на девушку пару красных глаз.
— Это действительно мои записи.
Зия слышит, с каким облегчением выдохнул Фитц. Сама она была так же рада.
— Тогда, ты теперь веришь мне? — Зия отмечает неловкий кивок на свой вопрос, — Я рада. Хочешь, чтобы я покопалась в твоих воспоминаниях?
Джеймс немного медлит, но все равно дает согласие.
Зия сглотнула и взялась за его руку.
— Ты не сможешь пройти в мое сознание таким образом, если делаешь это впервые, — Джеймс обращается к Зие, — Нужно быть ближе к мозгу, грубо говоря. Возьми за виски.
Девушка переглядывается с Фитцем и снова смотрит на отца.
— Но я смогла буквально десять минут назад. И делала я это в первый раз.
Джеймс хмурится.
— Невозможно. Я учился этому достаточно много лет. Новички даже с таким близким контактом, как через виски, еле как справляются.
Зия хмурится, думая над словами Джеймса. Если так подумать, она сразу смогла воссоздать портал и стать невидимой по одному щелчку пальцев, хотя раньше даже не думала об этом, ибо считала, что такая способность ей точно не светит.
— Может, ты копируешь не просто силу, но и тот ее уровень, которым владеет тот или иной человек? — дает предположения Фитц.
— Возможно, — согласно кивает Зия, снова обращается к отцу, — Но сейчас это не важно. Мы обязаны закончить, пока Эрик нас не заметил. — она замечает недоверие в его глазах, — Если сомневаешься во мне, я не буду ничего делать, хоть мне и хочется.
Джеймс отрицательно качает головой.
— Нет, я верю. Вперед.
Девушка с готовностью сжимает его ладонь и закрывает глаза, концентрируясь на том, чтобы уловить эту тонкую ниточку связи между ее сознанием и сознанием отца. На это уходит около двух минут, пока Зия уже начинает паниковать. Но смутная красная вспышка дает понять, что контакт построен, главное, не отвлечься. Зия чувствует, как ее закидывает в бездну.
Она смотрит по сторонам. Все картинки в голове такие мрачные, что Зия сначала засомневалась, что попала в часть сознания с воспоминаниями. Но при виде знакомой по звукам картинки она поняла, что все, она на месте.
Это было воспоминание о том дне, когда горел дворец. «Хватай ее и беги!» — эта фраза. Значит, Джеймс кричал Амили, чтобы она спасала Зию. Девушка пригляделась к другому воспоминанию.
Джеймс бежит в лабораторию и начинает что-то активно искать, переворачивая все столы и бумажки. Он искал блокнот. В его руках оказывается ручка и еле как слышится радостное «вот оно!», после чего воспоминание обрывается. Боже, не успел же кто-то вырубить Джеймса в такой важный момент?..
Зия идет дальше и взгляд цепляется за новую картинку. Тут Джеймс с кем-то дерется. И это не простая тренировка, а настоящая схватка двух врагов. Но лица противника не видно за капюшоном, однако Зия готова была поклясться, что это Эрик Берхард. Его довольную собой ухмылку она ни с чем не спутает. Джеймса кидают на землю и придавливают к ней ногой, не давая встать. «Можешь распрощаться с жизнью, жалкий слабак», — весело говорит Эрик, но не успевает вонзить кинжал в Джеймса. Вэйлер скидывает его с себя, ударив ногами в грудь.
«Мой отец!» — радостно хихикает Зия, не удержав это в себе.
Но радость тут же исчезает, когда кулак Эрика бьет по лицу Джеймса, и тот падает. «Никчемный король, — слышится хохот Эрика, — Даже себя не можешь защитить, не то, чтобы народ. Тебе явно не место на троне». Джеймс не отступает и хватается за капюшон мужчины, пытаясь его стянуть, но тот оказывается быстрее. Кинжал прорезает ладонь, и Вэйлер вскрикивает. Кровь течет из раны, из которой Эрик не спешит достать лезвие. «Не стоит идти против истинного императора», — это были последние слова Берхард, прежде чем воспоминание начало расплываться.
Нет, нет, нет. Зия пытается ухватиться за тот момент, когда Джеймс видит часть лица Эрика. Вэйлер думает, что это кто-то из близких, хотя это совсем не так. Берхард сильно промыл ему мозги, оставив только то, что дало бы именно ту картинку, которую он придумал для Джеймса. Страдания, вопли, кошмары, драки. Все воспоминания до пожара были построены на одних муках, а те, что после, вызывали хоть какую-то надежду на спасение. Эрик всеми способами заставил Джеймса поверить, что он — его друг, а все родные — враги.
Зия чувствует себя очень странно, когда воспоминание начинает буквально виться вокруг нее. Она снова и снова концентрировалась на нем и пыталась найти что-то такое. Почему ты пытался стянуть с него капюшон? Ты ведь сомневался, что это кто-то из близких, не так ли? Ты хотел увидеть его лицо. Ты знал, что нельзя доверять Берхард, но не знал, почему. Зия задавала логичные вопросы и наталкивала на ответ к ним. Джеймс должен напрячь свой мозг и подумать над всем сказанным.
Вдруг, картинка начала трескаться. Конец воспоминания не стал испаряться, он продолжался. Вот Джеймс хватается за руку Эрика и с силой отталкивает от себя. Кровь стекает до самого локтя, когда мужчина достает из ладони нож и направляет его на мятежника. Тот смеется, лежа на земле и откидывая голову назад.
Сцена снова начала размываться. Зия напряглась. Почему ты хотел стянуть капюшон? Отлично. Воспоминание продолжилось.
«Я ни за что не отдам тебе свою дочь или жену», — Джеймс стаскивает с Эрика капюшон и с облегчением выдыхает. Хриплый смех Эрика стал слишком громким. Зия прикрыла глаза, пытаясь не потерять эту заветную связь. Но ее затрясло, как и все картинки вокруг. Они начали трескаться, словно хрупкие статуэтки. Каждая из них начала светиться и будто обретать все больше красок. Вдруг, они завертелись, закружились. Девушка не знала, плохо это или хорошо, но интуиция подсказывала, что да, она сделала все правильно. Звуки смешались, плач и смех, крик и шепот. Зия смотрела на все происходящее и еле верила тому, что все это происходит в голове ее отца.
Вдруг, взгляд метнулся к одной из картинок. Она не двигалась, как все остальные, а спокойно парила. Зия сконцентрировалась на ней. Это был момент во время пожара, не тот, что до этого видела девушка, другой.
Джеймс стоял у горящей лаборатории. В окне он видел свое отражение и смотрел себе в глаза. Зия прочитала в них напряжение, мужчина явно не знал, зачем заставил это здание гореть.
Зия снова напряглась. Ты не хотел, чтобы Белый Ворон все узнал. Картинка не дрогнула. Зия почувствовала, как начинает переживать. Если она не сможет узнать настоящую причину, весь этот путь сюда может оказаться зря. Почему-то девушке вспомнились слова Эрика: нужно уметь дергать за правильную ниточку. Зия задумалась. Если причиной была не скрытая информация, то вполне возможно, что мотивом была безопасность Амили. Ты пытался защитить свою жену. Нет, опять ничего. Вдруг, Зия вспомнила диалог между Оливером и Лукасом, когда Зия только-только узнала, что обладает пирокинезом. Оливер сказал, что никто не знал, что и зачем искал Джеймс. Он скрывал свои идеи от родных. И девушку осенило.
Она снова обратилась к воспоминанию. Ты не хотел, чтобы твоя семья пострадала. Тут же послышался треск. Да, она на верном пути! Ты не считал Берхард своим другом, именно поэтому последовал своим записям. Ты сжег лабораторию ради семьи. Ради Амили, Лукаса, Зии, Дарлы и Оливера Вэйлер. Каждый новый треск пробирал до глубины души, принося радость. Зия видела, как все вокруг светится, и мрачное сознание Джеймса начало сиять. От этого вида девушка и забыла, что она в чужой голове. Настолько все так завораживало.
Опомнилась она, когда картинки начали собираться воедино, словно огромный пазл из мелких кусочков. Этот светящийся ураган усиливался, и Зия почувствовала, как падает в чьи-то руки, пока голова еле поняла, что ее выбросило из чужого сознания. Открыв глаза, она посмотрела на держащего ее парня и сглотнула, убирая сухость во рту.
— Мы смогли?.. — с надеждой спрашивает она.
Фитц улыбается.
— Ты смогла.
Девушка смотрит, куда кивнул парень, и видит Джеймса, всем своим видом показывающего, что, да, вот он, живой и здоровый. Почувствовав, как ком в горле и слезы накатывают снова, Зия подходит к отцу и обнимает его. Боже. Она так ждала этого момента. Так хотела, чтобы Джеймс вот так стоял рядом и прижимал ее к себе. Ощущая теплоту этих объятий, она неосознанно дала волю слезам и чувствам. Хоть она и не помнит этого мужчину… Зия замерла. Господи. Она удивленно подняла голову на Джеймса.
— Что такое? — с странной улыбкой вопрошает тот. Девушка вдыхает воздух и закрывает глаза, чтобы точно убедиться во всем. И, о господи, это так. Она все вспомнила. Вплоть до самых мелочей.
То, как они вместе завтракали, обедали, ужинали. То, как играли, веселились. Она вспомнила задорный смех маленького Лукаса. Вспомнила теплую улыбку Амили. Вспомнила громкий хохот Джеймса. То, как Дарла читала ей книги перед сном, рассказывая о трех братьях. Как Оливер из угрюмого короля превращался в доброго дедушку, когда видел улыбку своей внучки. Филлипа, который подбрасывал ее вверх и тут же ловил, вызывая довольное детское хихиканье. Аврору, которая помогала ей собирать цветы. Зия вспомнила и то, как Рован играл вместе с ней. Они бегали по всему императорскому дворцу и кричали, смеялись, резвились. И никто не смел их останавливать, а лишь улыбаться этому детскому ребячеству. Зия почувствовала, как мужские руки сжимают ее плечо.
Она поднимает на Джеймса взгляд, полный непонимания.
— Я все вспомнила, — шепчет она, — Но как?
— Я должен извиниться за то, что сделал, — грустно улыбается Джеймс, — У меня не было выбора, кроме как забрать твои воспоминания, ибо ты видела слишком много из того, что я делал. Эрик мог любой ценой вытащить из тебя эту информацию.
Зия хмурится.
— Мои воспоминания были у тебя… — вслух проговаривает она то, что поняла, — Я думала, что потеряла их, ударившись, когда выбежала с мамой из горящего замка.
— Я оставил этот момент в твоей голове, чтобы Эрик подумал так же, — Джеймс гладит ее по волосам, — И это, я вижу, сработало. Он не тронул тебя.
— Ну, почти, — хихикает девушка.
Она не могла поверить, что наконец стоит перед своим отцом, разговаривает с ним, улыбается. На Земле об этом она даже мечтать не смела, а в Абелии видела в этом какое-то далекое, почти невозможное будущее. Именно поэтому она не стала утруждать отца рассказами о тех приключениях, что с ней произошли из-за Белого Ворона.
— А что насчет госпожи Вэйлер? — вклинивается Фитц. Джеймс хмурится и отходит к рабочему столу.
— Вам стоит уйти, как можно быстрее, — он смотрит на дочь, — Вы ведь не одни? Джуд с вами?
— Не только, — отвечает та, — Маркус Волт и мать этих двоих, Диана Бреккер, тоже здесь.
Джеймс кидает удивленный взгляд на Фитца.
— Ваша мама нашлась?..
— Сам только недавно узнал, — кивает парень.
— Я рад. Честно. Ей стоит гордиться таким сыном, как ты.
Фитц благодарит его, чувствуя, как хлопают по плечу.
— Не стоит сбегать всем вместе, это опасно, — Джеймс обращается к дочери, — Госпожа Диана может остаться здесь, как и мы с Амили.
Серые глаза Зии заполняются тревогой, и она начинает мотать головой.
— Я пришла сюда за вами и уйду тоже с вами. Я не хочу потом снова гадать, где же мои родные и живы ли они вообще. Все, что мы сделали, окажется зря.
— Зия… — пытается успокоить ее Фитц, но Джеймс его перебивает.
— Ничего из всего, что было тобой сделано, не будет напрасно, — мужчина смотрит ей прямо в глаза. Зия замирает. Эти два рубина действительно присваивали все внимание к себе, как это было с Оливером или Мари. Да с любым телепатом, девушка поняла, что это своего рода шарм их способности, — Ты поступишь так, как нужно: дашь нам больше шансов на выигрыш. Эрик ждет, чтобы мы сломались, но он не знает, что у нас есть нечто большее, чем его желание отомстить. У нас есть те, кем мы дорожим, и кто нас поддерживает. Так что, не ведись на его уловки и следуй моим приказам, пожалуйста.
Зия кусает губу. Джеймс прав, если ей хочется спасти всех, то нужно действовать быстро и незаметно. Хоть желание найти другой выход и рвалось наружу, она задавила его, сказав тихое:
— Ладно. Мы сбежим сегодня и предупредим Оливера обо всем, что происходит. Он нам доверяет.
— Эрик рассказывал мне, что договорился с Рованом, чтобы вас искали в каждом уголке Абелии, — Джеймс слегка ухмыляется, — Круто, все-таки, что он считал меня глупой марионеткой. Он говорил со мной, когда ты ушла, что ты пытаешься вернуть меня в Абелию и отдать в руки короля, чтобы он меня пытал.
— В чем-то он был прав, — выдает смешок Фитц.
— Я вернусь за вами, и все будет хорошо, обещаю, — Зия улыбается, — Не дай Эрику снова себя обмануть. Не хочу снова услышать слова «у меня никогда не было дочери». Аж в дрожь кидает.
— Прости, — мужчина целует ее в макушку, — Бегите, пока Эрик не вспомнил о своей марионетке. Я приведу Амили в чувства до вашего возвращения, поверь.
Девушка обнимает его, на этот раз сильнее прежнего, и берет Фитца за руку. Они тут же пропадают из виду и покидают комнату. Теперь их цель взять Маркуса и Джуд и сбежать. Главное: не сильно попадаться в глаза и не дать Волту думать, что его шуточки будут уместны. Почему-то последний пункт Зия считала достаточно уместным, ибо знала, какой Маркус клоун, даже в такие серьезные моменты.
— Я буду снова окружен вайбом вашей любви, как мило.
Зия хлопнула себя по лбу. Один из пунктов точно будет провален.