66 глава
— Повелитель, Ферхат-паша перешёл из Дамаска в Кайсери, — сообщал на утреннем Совете Дивана Пири-паша. — Он держит там позиции с частью армии во избежание угрозы со стороны Ирана от шаха Исмаила. Главы санджаков Египта, Дамаска и Диярбакыра также следят за безопасностью. Всем правителям, через земли которых пройдёт путь, были даны указания. Дороги и мосты ремонтируются. Все склады с провизией заполнены. В Анатолии было куплено тридцать тысяч верблюдов. У крестьян был закуплен мелкий и крупный рогатый скот.
— Повелитель, пятнадцать тысяч воинов из Румелии готовы к походу, — добавил Ахмед-паша. — Они присоединятся к нам в Эдирне.
— А Ферхат-паша пусть присоединится к нам в Румелии. Ахмед-паша, сейчас же поезжай и проследи собрание армии в Эдирне.
— Слушаюсь, повелитель.
— Лала Касым-паша, пока мы в походе, империю доверяю тебе.
— Мой повелитель, для меня честь принять от Вас эту почётную обязанность. Даже не думайте беспокоиться. Счастливого Вам пути. Пусть будет священным Ваш поход.
Город Кайсери, или Кесария Каппадокийская, был в древние времена центром распространения христианства. В 1080 году город захватили турки-сельджуки, включив Кайсери в состав Румского султаната, а в 1515 году, после распада Сельджукского (Румского) султаната на ряд бейликов, небольших феодальных владений, его присоединили к одному из процветавших бейликов Османогуллары, основанным беем Эртогрулом, отцом известного султана Османа, родоначальника династии Османов и Османской империи. Изначально бейлик Османа Первого, не имеющий выхода к морю, уступал другим тюркским княжествам по размерам своей территории и по уровню социально-экономического развития. Осман Первый, а затем и его сын Орхан утвердились в звании бея на совете племенных старейшин. Бей выполнял роль военачальника, а его основной функцией была организация джихада (вооруженной борьбы за распространение ислама) и газавата (вооружённой войны) против неверных. Бея поддерживали его многочисленные родственники — сыновья и братья, которых после очередной победы над неверными он назначал правителями захваченных городов, крепостей, земельных наделов. Первоначальное внутреннее устройство Османского бейлика было примитивным по сравнению с Византийской империей. В отличие от Византии, в молодом бейлике не было налогообложения, а потому многие греческие крестьяне поспешили войти в его состав, так как желали избежать разорительных набегов гази. Но по мере роста его территории османы начинали перенимать у Византии навыки бюрократического правления. Вскоре в бейлике появились свои визири и казначеи. Когда же христиане начинали ощущать всё бремя второсортного статуса неверных «дхимми» (собирательное название немусульманского населения), было уже слишком поздно. У многих оставался лишь один выход — принять ислам и османский язык. В результате череды военных операций 1300—1337 годов османский бейлик полностью поглотил византийскую Вифинию. В 1326 году столицей княжества стала большая, хорошо укреплённая Прусса, где османы начали чеканить собственную монету акче. Наступил новый этап османской государственности.
Исмаил Первый, или Абул-Музаффар бин Хайдар ас-Сафави (17 июля 1487—23 мая 1524) — шахиншах Ирана, полководец, поэт, основатель государства Сефевидов, сделавший азербайджанский язык государственным на территории своих владений. После побед над Ширваном и государством Ак Коюнлу в 1501 году захватил Тебриз и принял титул шаха Азербайджана, в 1502 году — титул шаха всего Ирана. При Исмаиле Первом территория династии Сефевидов достигла наибольших размеров. У шаха Исмаила подрастал не менее воинственный старший сын — шах Тахмасп Первый, на которого отец возлагал великие надежды. Битва при Чалдыране между Исмаилом и султаном Селимом Первым, отцом Сулеймана, произошла 23 августа 1514 года. С того времени династии Османов и Сефевидов стали врагами на много лет. Исход битвы решила турецкая артиллерия, которую шах презирал, ибо считал недостойным воина «прятаться в укреплении из пушек». В результате Исмаил, кинувшись с мечом в руке под османский огонь, едва не попал в плен: его конь упал, и шаха спасло только мужество одного из его приближённых, выдавшего себя за шаха и убитого вместо своего господина. Кызылбаши — тюркские кочевые племена — понесли огромные потери и были разбиты. Османы взяли Тебриз, и только вспыхнувшие в Анатолии волнения янычар спасли Исмаила от полного поражения. После поражения в битве Исмаил укрепил дипломатические отношения с европейскими государствами: Венецией, Королевством Габсбургов, Венгрией, с которыми Сефевиды старались заключить союзы против Османской империи. При своей воинственности и великой физической силе, шах Исмаил считался одним из самых романтичных поэтов в своём государстве и писал стихотворения под псевдонимом Хатаи:
Бахария (отрывок из поэмы «Дех-наме», перевод В. Державина)
Пронеслась зима, весна пришла.
Мак зацвёл, и роза расцвела.
Подымают птицы крик любви.
Вновь огонь любви горит в крови.
Миг луга и рощи расцветил
И уста молчания открыл.
Тополь полы уронил в реку,
А кукушка вновь поёт «ку-ку!».
На лугу бутоны, смеясь, стоят,
И оскалил зубчики в смехе гранат.
О муках разлуки запел соловей,
Дождь апрельский падает в волны морей
И горою жемчужин ложится на дно.
И журавль расправляет крылья весной,
Сокол бьёт в облаках журавля на лету.
Тень от яблони белой глядит в высоту,
Издеваясь над облаком и луной.
Плачут тучи апрельские над землёй,
И стотысячный хор соловьёв гремит.
Посол Венеции продолжал узнавать от торговцев новости на городском базаре.
— Рад Вас видеть, сеньор! — приветствовал посла иностранный торговец Джошуа, один из дхимми, который несколько лет назад бежал из родных краёв вместе с женой в Османскую империю, чтобы сохранить свою жизнь и попытаться разбогатеть. В Османской империи и родилась его единственная и любимая дочь — Армин, после появления на свет которой его жена заболела и вскоре умерла, оставив девочку без матери. Джошуа так и не женился во второй раз, полностью посвятив себя воспитанию дочери и торговле ювелирными изделиями на городском рынке. Через несколько лет у него появилась собственная небольшая лавка, в которую иногда наведывались за украшениями для своих возлюбленных, жён, дочерей и сестёр известные в Османской империи паши, беи, визири.
— Надеюсь, Ваши дела в полном порядке, сеньор Джошуа?
— Да, эфенди. Вы слышали: в Давуд-паша был сооружён шатёр, а теперь ещё в сторону Юскюдара шатёр поставили.
— По какому же пути пойдёт султанское войско в поход? — настороженно переглянулся венецианский посол со своим помощником. — Как это можно узнать, сеньор Джошуа?
— Из дворца нет никаких вестей. Все хранят тайну.
— Великая игра султана Сулеймана с нашими государствами началась...