Глава 53. Разоблачение (掉馬 - слезть с лошади / раскрытие тайной личности)
Ли Синь несколько минут молча пялился в телефон.
Спустя эти несколько минут Гу Жань внезапно подошел поближе: — Всё еще не дочитал? — Он тоже заглянул в телефон, и когда увидел в комментариях сплошной поток безумного восторга, на его губах заиграла улыбка: — Реакция у всех отличная. — Он наклонил голову и сказал Ли Синю: — Я выиграл.
Ли Синь сердито сверкнул глазами: — Тебе не стыдно?
Гу Жань: — Почему мне должно быть стыдно?
— Кто сказал, что если я буду доволен, то... — Не договорив, Ли Синь проглотил оставшиеся слова и в досаде оттолкнул его: — Это не считается.
— Слова не держишь, — сказав это, Гу Жань снова взял на руки сына и в шутку начал его наставлять: — Видишь, А-Ван? В будущем нельзя быть таким, как твой папочка — говорить одно, а делать другое, не держа слово.
Ли Синь поспешно выхватил ребенка из его объятий: — Чушь собачья.
Затем он сказал А-Вану: — В будущем ни за что не будь таким упрямым занудой, как твой большой папа.
А-Ван изначально сосал соску, полуприкрыв глаза. Услышав это, он внезапно выплюнул соску, зачмокал губами и сморщил нос — непонятно, то ли засмеяться хотел, то ли еще что.
Хотя на фотографии, которую сделал Гу Жань, ничего толком не было видно, фанаты умудрились разглядеть на ней очень многое.
Поскольку больничная пижама была очень тонкой и слегка просвечивала, а в момент съемки Ли Синь сидел лицом к свету, полуденное солнце осветило его с головы до ног, пробиваясь сквозь тонкую ткань. Это отчетливо обрисовало необычайно красивые изгибы талии и живота юноши.
Несмотря на отсутствие фото в анфас, даже одного этого нечеткого снимка со спины хватило, чтобы в определенной степени нанести удар по измышлениям сетевых хейтеров.
Ли Синь продолжил листать Weibo.
Так как он только что заходил на главную страницу Гу Жаня и поставил лайк, теперь в его ленте постоянно мелькали посты, которые Гу Жань обычно лайкал.
Гу Жань редко заходил в Weibo. Говорили, что до возвращения в страну он даже ни разу не авторизовался в системе, поэтому лайки ставил крайне редко, не говоря уже о комментариях. Все посты, которые он отмечал лайком, были связаны либо с Ли Синем, либо с работой.
Ли Синь увидел, что кто-то пишет, будто съемки «Любовного письма» почти завершены.
Завершены и ладно, к нему это не имеет никакого отношения. Но когда Ли Синь пролистал ниже, его настроение стало весьма неоднозначным.
«"Любовное письмо" — это роман, написанный Ляо Шэном, и он же лично адаптировал его как сценарист для сериала. Хотя раньше из-за истории с главным героем всё выглядело довольно некрасиво, лично я считаю, что содержание этого романа очень трогательное».
«Более того, когда я услышал, что Ин Чжэ собирается начать съемки "Встречи с тобой", мне показалось это еще более любопытным совпадением. Этот фильм режиссера Ин Чжэ тоже является адаптацией романа. Я читал его, и еще тогда мне казалось странным... что во многих сюжетных линиях этих двух книг есть поразительное сходство. Тогда я не придал этому значения, но сейчас, если подумать...»
«Если подумать» — что?
Настроение Ли Синя сейчас было трудно описать словами — это был предел немого возмущения.
Это что, попытка примазаться к чужой славе (碰瓷 — мошенничество с подставной аварией / необоснованные претензии)?
Книгу Ляо Шэна он читал, сценарий режиссера Ин Чжэ тоже видел. Как он мог не заметить сходства?
Мало того что этот человек бросался голословными обвинениями, так он еще и так складно расписывал, не приводя никаких доказательств. Но даже несмотря на это, в комментариях куча народу поддакивала ему, мол, «и правда так и есть».
Ли Синь нахмурился и, пролистав пару страниц, внезапно кое-что вспомнил. Он вернулся назад и зашел на страницу этого «Топ-блогера».
Знакомая аватарка, знакомое описание профиля — этот человек был верифицирован как известный кинокритик. И ту статью, в которой его самого поливали грязью, тоже написал этот человек.
Чувствуя, что здесь что-то не так, Ли Синь вышел из профиля и спросил Гу Жаня: — Ты знаешь об этой ситуации с режиссером Ин Чжэ?
Гу Жань: — Угу.
— Он это проверял? — сказал Ли Синь. — Ладно еще попытки примазаться, но почему его поливают грязью?
Гу Жань: — Он ведет проверку.
Видя, что тот не намерен продолжать, Ли Синь не стал расспрашивать дальше. Он продолжил листать ленту, и его движения постепенно замедлились.
Увидев следующие записи, Ли Синь понурил голову, глубоко вздохнул и начал мысленно повторять себе: «Не злиться. Не злиться».
Следующие несколько страниц Weibo были целиком забиты постами, которые Гу Жань лайкнул за последние пару дней. И все эти посты принадлежали одному человеку.
У Ли.
Ли Синь процедил сквозь зубы: — Гу Жань.
Гу Жань как раз менял ребенку подгузник и, услышав, что тот назвал его по полному имени, поднял голову.
— С каких это пор ты так пристально следишь за У Ли? — Ли Синь изо всех сил старался, чтобы его голос звучал спокойно. Но голос всё равно дрожал, будто от сильной ярости.
Гу Жань уставился на него и не удержался — прыснул со смеху.
Ли Синь: — Чего ты ржёшь?! Какие у тебя отношения с этим У Ли? Зачем ты лайкаешь его посты?!
Говоря это, Ли Синь взглянул в зеркало и обнаружил, что в этот раз он действительно покраснел от шеи до самых кончиков ушей. Но в этот раз — от злости!
Гу Жань обычно не пользовался Weibo, до возвращения в страну он даже не заходил туда. Фанаты прекрасно знали характер своего господина Гу, поэтому, обнаружив, что он подписался на Ли Синя, они сразу же смело предположили: Гу Жань точно неровно дышит к Ли Синю, без вариантов. Вскоре пришли новости, что они поженились.
Изначально в его аккаунте были следы только одного человека. Но теперь!! Появился второй!
Чем больше Ли Синь думал об этом, тем сильнее закипал. Он был готов вцепиться Гу Жаню в воротник и начать его трясти.
Гу Жань же, словно не замечая его ярости, многозначительно улыбнулся: — Это же просто лайк, разве нет?
Ли Синь широко раскрыл глаза: — Сам посмотри, это по-твоему «просто лайк»?
Ну и ну, ты же чуть ли не каждый его пост пролайкал, начиная с самого первого дня открытия аккаунта и до текущего момента! И еще хватает совести говорить «просто лайк»?
Ли Синь: — Почему ты мне всё подряд не пролайкал?
— Хочешь? — Гу Жань взял телефон. — Тогда я прямо сейчас всё лайкну.
Ли Синь: — ???
Ли Синь: — Гу Жань, ты сейчас это делаешь совершенно без души, правда.
Пока он злился, Гу Жань переложил сына в коляску, в два шага подошел к нему, сел рядом и приобнял за плечи.
— И как же мне сделать это «с душой»? — спросил Гу Жань. — Может, заключим сделку?
Ли Синь вырвался из его объятий и отвернулся.
Гу Жань: — Ну как?
— ... — Ли Синь сердито глянул на него. — Что за сделка?
— Ты отдашь мне те бумажные звезды и журавликов, которых собирался подарить У Ли, — Гу Жань снова обнял его, еще крепче, будто боясь, что тот сбежит. В его голосе проскользнули редкие детские капризные нотки.
Ли Синь, услышав это, замер, не сразу сообразив, о чем речь. А когда понял — внезапно рассмеялся.
Когда он смеялся, его ресницы подрагивали, уголки глаз красиво приподнимались, а на щеках появлялись сладкие ямочки.
Гу Жань невольно придвинулся ближе, его кадык дернулся: — Ты чего смеешься?
— Угадай? — Ли Синь внезапно наклонил голову и встретился с ним взглядом. Гнев в его глазах мгновенно испарился, уступив место таинственности.
Он сказал: — Я смеюсь над тем, какой ты глупый. Глупый и бестолковый, прямо как хаски.
Ли Синь: — Если А-Ван будет похож на тебя, он же себе даже пару не найдет.
Гу Жань не совсем понял, к чему это он.
Ли Синь продолжил: — Я каждый день писал тебе в личные сообщения, ты знал об этом?
Гу Жань уставился на него и медленно покачал головой. Он действительно не получал никаких сообщений от Ли Синя. Хотя он долго не заходил в Weibo, он иногда заглядывал в основной аккаунт; если бы Ли Синь написал ему, он бы это заметил.
Подумав об этом, Гу Жань, кажется, нащупал какую-то ниточку, но не мог в это поверить и с сомнением посмотрел на Ли Синя.
Ли Синь продолжал интриговать: — Я точно тебе писал, ты наверняка их получил.
Несмотря на таинственность, выражение его лица было серьезным, он явно не шутил.
Гу Жань достал телефон, чтобы проверить свою догадку. Он вышел из основного аккаунта и зашел в твин (小號 — маленький аккаунт / дополнительный аккаунт). Он уже очень давно в него не заходил.
Ли Синь, заметив его действия, намеренно подсунул голову поближе, подначивая: — Ой-ой-ой, у господина Гу, оказывается, есть твин? Быстрее, быстрее, дай посмотреть!
Тут настала очередь господина Гу краснеть. Он начал прятать телефон и отбежал на пару шагов.
Ли Синь не стал его преследовать. Он сидел на кровати, прищурившись, и спокойно наблюдал за переменами в выражении лица Гу Жаня. Напряженно сдвинутые брови постепенно расслабились, появилась улыбка, а в глубине глаз отразилась нежность, впитывающая каждое слово на экране.
«День первый после обнаружения твина господина Гу, отмечаюсь».
«Почему господин Гу сегодня не зашел в супертему отметиться? Пропуск!!»
«Сегодня тридцать восьмой день, как Гу Жань не заходил в твин, скучаю по этому бессовестному».
«...»
«Хе, ну и ревнуй себе, всё равно не признаешься. Мало того что не признаешься, так еще и в твин не заходишь. А ведь проблему можно было решить, просто зайдя с твина и похвалив меня!»
«Я скажу тебе правду только тогда, когда ты найдешь эти сообщения».
История переписки тянулась очень далеко назад, Гу Жань даже не мог долистать до конца. Ли Синь начал писать очень давно и продолжал до сих пор. Иногда он присылал всего одну фразу в день, а иногда за сутки мог накатать несколько сотен сообщений. Весь чат был забит его монологами, на которые никто не отвечал.
Глядя на эти сообщения, Гу Жань впервые в жизни познал, что такое раскаяние. Ему было так жаль. Это был первый раз за долгие годы, когда он так сильно пожалел, что не обнаружил эти сообщения раньше.
— Вот, количество этих журавликов совпадает с количеством сообщений, и звезд тоже. Я давно их сложил и ждал того дня, когда ты соизволишь зайти в тот аккаунт и найдешь переписку, чтобы подарить их тебе, — Ли Синь с большим трудом спустил с верха шкафа несколько больших коробок. Они были полны банок и склянок всех цветов радуги, заботливо рассортированных владельцем.
Ли Синь присел на корточки, глядя на плоды своих долгих трудов, и вздохнул: — Но, как говорится, сообщения нашел не ты сам, а я тебе подсказал. Если бы я не напомнил, ты бы, наверное, всю жизнь больше не зашел в тот аккаунт. Я каждый день ждал чуда, ждал, когда мой маленький фанат зайдет и начнет петь мне дифирамбы (吹彩虹屁 — пускать радужные пуки / льстить / восхвалять) и признаваться в любви. А в итоге фанат отписался и перестал заходить.
Ли Синь пару раз цокнул языком и сгреб рассыпанных журавликов и звезды в охапку: — Ладно, не буду я это дарить, лучше выброшу.
Сказав это, он пошатываясь встал и действительно понес коробку в сторону мусорного ведра. Не успел он сделать и пары шагов, как Гу Жань обхватил его сзади за талию и притянул обратно вместе со всей коробкой.
Ли Синь лениво спросил: — Что-то случилось?
— Не выбрасывай, — голос мужчины был хриплым и низко звучал прямо в ушную раковину. — Я виноват.
Ли Синь: — Ой, не надо, господин Гу не должен передо мной извиняться.
Ли Синь: — Если вам нужно это барахло, просто выменяйте его на что-нибудь, мне всё равно от него нет проку.
Гу Жань придерживал его за талию, развернул к себе лицом и посмотрел прямо в глаза: — На что?
— На самом деле, пустяк, — Ли Синь прищурился и едва заметно улыбнулся. — Я подарю тебе эти звезды... — Он опустил голову и внезапно коснулся губами глаз мужчины напротив. — А ты подаришь мне себя.